X

Как не дать исказить историю

В Государственной Думе обсуждается законопроект, который предусматривает уголовное наказание за искажение исторической правды. Насколько может быть эффективна такая борьба?

Eще в 2013 году Владимир Путин сказал: «Нужна единая концепция учебника, единая линейка, которая в хронологическом порядке показывает официальную оценку исторических событий. Иначе молодые люди не понимают, в какой стране они живут, и не чувствуют связи с предыдущими поколениями».

С точки зрения политики слова президента оправданны. Действительно, чтобы граждане нашей большой страны имели точки соприкосновения, необходима общая база правдивых знаний. То, что будет однозначно понято и в Сибири, и на Кавказе, и в Москве. Но здесь мы имеем некоторые риски: от исторической цензуры до полного исчезновения исторической дискуссии, без которой развитие науки невозможно.

Историческую цензуру мы уже переживали и отказались от нее навсегда. Согласно исследованию публициста Максима Назарова, началом такой цензуры стала статья Сталина «О некоторых вопросах истории большевизма», где он раскритиковал работу историка Слуцкого «Большевики о германской социал-демократии в период ее предвоенного кризиса». После этого власти запретили дискуссии по вопросам истории, монополия на историческую правду оставалась только у Сталина. В 1937 году Слуцкого арестовали, он провел в лагерях 20 лет. Некоторые правители России, угодные Сталину, получили в новых учебниках лестные оценки как защитники Отечества. В том числе Иван Грозный и Петр I. К Ивану Грозному у Сталина было особое отношение. Он считал первого русского царя примером для себя: опричнина и внутренняя политика Грозного, по его мнению, были хорошим способом объединить страну, и Сталин вдохновлялся им.

Долгий период сталинского и постсталинского СССР история служила политике. И только в 1990-е годы она пережила свой расцвет как самостоятельная наука. Были открыты архивы, отменена цензура. Стали известны многие факты, перевернувшие наш взгляд на исторические события. Мы узнали о пострадавших от репрессий, о пропавших на войне. Но одновременно с этим появились сомнительные монографии, которые откровенно искажали события. Случались даже настоящие войны историков, иногда довольно грязные. Это и стало поводом для разработки официальной истории — хотя бы для школьников. Для стандарта подготовили три линейки учебников издательств «Просвещение», «Русское слово» и «Дрофа».

Мне понятны предпосылки к появлению официальной истории в современной России. Уверена, что цели исключительно благие — не дать запудрить головы школьникам. Но в какой-то момент с борьбой против искажения истории, очевидно, что-то пошло не так. Юристы международной правозащитной группы «Агора» подготовили доклад о преследованиях «за фальсификацию истории» в России. Наибольшее число дел приходится на описание истории XX века, Второй мировой войны и роли СССР в ней, — пишет «Медуза». Например, жительницу Смоленска оштрафовали за публикацию во «ВКонтакте» фотографии своего дома времен нацистской оккупации (на заднем плане — видны солдаты вермахта и флаг Третьего рейха). Жительницу Краснодара — за публикацию карикатур Кукрыниксов времен войны. А в Архангельске только апелляционная инстанция отменила штраф активисту Михаилу Листову за публикацию фото с Парада Победы 1945 года, на котором советские воины бросают на землю нацистские знамена.

Теперь же депутат Алексей Журавлев предлагает ввести уголовную ответственность за фальсификацию исторических фактов… Мне же видится, что ужесточение законодательства — слишком грубый инструмент для решения этой проблемы. По крайней мере, так показывает правоприменительная практика. Воспитание критического мышления, умение и желание работать с историческими документами, открытый доступ к таким документам — помогли бы защитить школьников (и не только их) от лжи и манипуляций гораздо лучше. Да, этой цели достичь сложнее. Но ведь и легкий путь не всегда правильный.

Поделиться ссылкой:

Оставить комментарий

Размер шрифта

Пунктов

Интервал

Пунктов

Кернинг

Стиль шрифта

Изображения

Цвета сайта

ОК