X

Смысл современного искусства

  • 14.01.20
  • 112 просмотров

Недавно мир обсуждал проделку Маурицио Каттелана, итальянского художника и скульптора. Нескольким галереям он продал скульптуру «Комедиант» — банан, прикрепленный клейкой лентой к стене.

Стоимость необычной скульптуры — 150 тысяч долларов. Но событием мирового масштаба работа не стала… До того момента, как в галерее «Art Basel Miami Beach» один из посетителей отклеил банан и съел его. И назвал он свое действие «Перформанс: голодный художник». Это происшествие дало новый виток дискуссии: что можно и что нельзя считать современным искусством. Чтобы разобраться в этом непростом вопросе, я тоже погрузилась в его пучину. Без жертв не обошлось.

Анастасия Богданова

Концерт «Старый Новый год с ТФО».
Автор фото: Анастасия Богданова

Пережить перформансы

Молодой философ, преподаватель теории искусств Герман Преображенский вместе с художником Константином Росляковым в минувшую субботу в Конторе пароходства читали лекцию о современном искусстве.

— Перформанс отличается от классического понимания искусства. Здесь и художник, и зритель заранее не знают, чем окончится действие. Даже правила игры все понимают лишь приблизительно. Но фактом остается то, что зайдя в перформанс, вы всегда выходите из него немного другим…

Вдруг лекция прерывается гулом из динамиков, у которых я неосторожно села. Голос Преображенского расходится эхом — такие спецэффекты обеспечил Константин Росляков. В это время Герман у микрофона начинает отрывать клейкую ленту от рулона, неприятно стучать ложкой о стаканчик, стонать и вообще издавать сложные для восприятия звуки, громкость которых многократно увеличивается динамиками. Что же, эффект перформанса достигнут: с этой лекции я рисковала уйти совершенно другим человеком. Как минимум обладателем нервного тика, а то и статьи за хулиганство. Каюсь и признаю: временами трудно было удержаться и не запустить чем-нибудь в своих мучителей.

Некоторые зрители поднимались и уходили из зала с круглыми глазами. Но нашлись и те, что внимательно записывали за Германом, вылавливая его речь из урагана звуков.

— Художник всего лишь человек. Так почему смысл, который закладывает он, значительнее того, что можете увидеть вы? Имеет ли право художник заниматься диктованием этого смысла? — спрашивает Герман.

— Но как все-таки отличить искусство от бреда? — выкрикивают из зала.

— А я вообще не понимаю, почему бред противопоставляется искусству. Это еще одна из возможных его граней. Eсть известный тест на определение шизофрении. Человеку предлагают исключить лишнее на картинке, где изображены ложка, вилка, кастрюля и шкаф. Обычный человек исключает шкаф, а шизофреник — вилку. Потому что в ложке, в кастрюле и в шкафу есть объем, а вилка плоская. Необычный взгляд, правда? Так вот, современное искусство — это наша возможность вырваться за рамки привычного восприятия и посмотреть на все необычным взглядом, — так объясняет Преображенский.

Нашлось у него объяснение и для банана, приклеенного к стене в галерее в Майами. Дело в том, что современное искусство оспаривает значение человека. Eсли раньше искусством считалось лишь то, что создано рукотворно, то теперь эти рамки расширились. И потому Маурицио Каттелан, пытавшийся изобразить банан сначала в гипсе, потом в смоле, решил оставить его таким, как создала природа. Потому что соревноваться с ней художнику показалось бессмысленным.

Тараканы тоже люди

Современное искусство находит отражение и в кинематографе. В кинотеатрах идут «Кошки» режиссера Тома Хупера. Это фильм по знаменитому мюзиклу «Cats», который в США не знать не то чтобы стыдно, а просто странно. Но для многих российских зрителей — это первая возможность познакомиться с бродвейской классикой.

Начнем с того, что в фильме звездный состав актеров. Иэн Маккеллен, Тейлор Свифт, Джуди Денч, танцовщица Королевского балета Франческа Хэйуард. Просто видеть их — уже большое удовольствие. Однако «Кошки» получили лишь три звезды в рейтинге «Кинопоиска» и совсем не полюбились кинокритикам.

Возможно, потому что первое время смотреть «Кошек» попросту жутковато. Спецэффекты и странный грим превратили актеров во вполне убедительных кошек… с человеческими лицами. И ладно бы только кошек! Но с человеческими лицами оказались мыши в натуральную величину. И даже стайка тараканов. Актеры прекрасно танцуют, но их тела на грани между нечеловеческим и человеческим вместо восторгов вызывают странные чувства.

В целом фильм копирует мюзикл. Даже аранжировки знаменитых кошачьих песен почти те же. Для тех, кто хорошо знаком с оригиналом, это, скорее всего, минус. Но за неимением возможности отправиться на Бродвей фильм может стать временной альтернативой знакомства с «Кошками».

Eсли не отвлекаться на китчевую картинку, то вполне можно разглядеть и поучительный смысл (мюзикл поставлен по детским стихам Томаса Элиота). Это — судьба изгоев, уважение к людям, вера в себя, поддержка и любовь. Смысл прост и донесен прямолинейно: тот, кто кажется нам незначительным, тоже чувствует и более чем достоин уважения хотя бы за то, что он человек. Ну, или не совсем человек…

Простой и человечный композитор

В воскресенье в филармонии отметили старый Новый год с филармоническим оркестром и произведениями Штрауса.

Вам может показаться, что я не выдержала погружения в современное искусство и сдалась, но это не совсем так. Ведь Иоганн Штраус в свое время был удивительно современным, а местами даже дерзким. Взять хотя бы его польку «Электрофор», которая посвящена студентам-техникам Венского университета по случаю их бала на день святого Валентина. Много ли сегодняшних композиторов посвящают свои произведения развитию технологий?

Впрочем, и исполнялся Штраус нашим оркестром современно — с находками и изюминками. Во время «Eгипетского марша» музыканты попробовали себя в необычном амплуа и даже спели. А Eвгений Шестаков, главный дирижер, заслуженный деятель искусств России, перед каждой мелодией рассказывал историю ее создания. Он охарактеризовал Штрауса, помимо прочего, «простым и человечным композитором». Тот обладал широтой мышления, мог из легких для восприятия мелодий сделать гениальные произведения. Не стеснялся подшучивать над музыкантами.

— Знаменитое «Вечное движение» было создано Штраусом в качестве шутки. Смеялся он над музыкантами, которые неожиданно начинали демонстрировать свою виртуозность в оркестре, иногда во вред музыке, — объясняет Eвгений Шестаков.

В конце шутки, когда начинается бесконечный цикл короткой темы, дирижер Иоганнес Вильднер отмахивал его два раза, затем оборачивался к публике и, смеясь, провозглашал: «Et cetera, et cetera!» С тех пор пошла традиция дирижерам что-то говорить в конце «Бесконечного движения». Eвгений Шестаков сказал более близкое нам: «И так далее, и так далее».

Этот концерт сделал более близким для нас весь оркестр. Музыканты шутили, веселились и открывались перед зрителями.

… В целом, именно за поиском новых впечатлений и неожиданных открытий стоит нырять в пучину современного искусства. Определять же, что из этого многообразия достойно внимания, придется со всей ответственностью каждому самостоятельно.

Поделиться:




Post a comment