X

Тишина в школе необычна и обманчива

  • 10.04.20
  • Инна Горбунова, Евгения Гольдберг, Оксана Корнеенкова, Константин Лубин, Мария Самаркина, Вероника Шапиро, Полина Сидорова.
  • 315 просмотров

Закрытый формат, в котором сейчас вынуждены работать школы, не означает, что процессы развития образования остановились. Наоборот, школа будто проходит некий инкубационный период, за которым возможно последует трансформация. То, что в других условиях заняло бы годы (например, переход на дистанционную форму обучения), случилось в один миг. Как оценивают этот эволюционный скачок молодые учителя? Нашими собеседниками стали педагоги, которые в этом году вошли в тройку победителей городского конкурса «Учитель года», — Анастасия Камитова, учитель начальных классов гимназии N 5, Сергей Предеин, учитель истории школы N 63, и Мария Петрова, учитель русского языка и литературы школы N 33. По всем правилам самоизоляции дискуссию мы вели дистанционно.

***

Мария Петрова

— Готовы ли дети к дистанционному, значит, самостоятельному обучению? Или они воспринимают его как возможность похалявить?

Камитова: Надо уточнить для начала, что дистанционное обучение — не синоним самостоятельному: самообучение предполагает добровольность, а у нас образование является обязательным. Что сейчас мы видим? Часть детей, имеющих навыки работы с компьютером и интернет- ресурсами, справляется с поставленной задачей. Но, к сожалению, есть дети, которые этими навыками не обладают. И здесь возникает проблема. Я не думаю, что дети могут халявить. Наоборот, им нужно себя организовать, чтобы все успеть. Думаю, что многим детям дистанционное обучение позволит только развить способности.

Предеин: Да, в сложившейся ситуации дистанционное обучение — прекрасный выход, но вводить его нужно постепенно. И не только потому, что у кого-то нет компьютера и он не может прослушать новый материал с монитора. Общество не готово. Родители и раньше не могли, и теперь не смогут постоянно контролировать детей, школа в этом плане, конечно, очень выручала их.

Петрова: Дети больше нас готовы ко всему. Важно разобраться, что вообще понимается под дистанционкой. Eсли учитель просто отправляет детям задание прочитать параграф и не дает обратной связи, то о какой мотивации к самостоятельному обучению можно говорить? Тут у любого проснется желание похалявить.

— Учителям ведь тоже внове вести уроки из дома!

Камитова: И на сегодняшний день не у всех учителей есть такая возможность. Но если говорить не о технической стороне вопроса, то вообще-то учитель должен быть готов ко многим переменам, готов к трансформации, ему только немного нужно адаптироваться. Так и сейчас возникают проблемы, которые, как раньше казалось, решить невозможно. Но мы их решаем, мы выходим на новый уровень собственного развития.

Предеин: Пусть для некоторых это в новинку, пусть кому-то придется долго разбираться. Он может выбрать пока платформу попроще. Вспомните, как проходил процесс перехода от бумажных журналов к электронным! Было много возмущений, многие не понимали, как работать. В итоге разобрались и теперь уже работают легко. И могу назвать еще один огромный плюс дистанционного обучения — дети захотели в школу!

— Чем хороша и чем плоха дистанционка для учителей?

Петрова: Она, безусловно, хороша для нас тем, что дает шанс пересмотреть собственный опыт, отточить педагогическое мастерство. Но есть моменты, которые выстегивают. Например, чтобы подготовиться к ОДНОМУ онлайн-уроку, мне нужно минимум ЧEТЫРE часа, а потом его провести, проверить все выполненные уроки. Тут никакие принципы тайм-менеджмента не помогут, пока все это не войдет в систему.

Камитова: Большой минус — ненормированный рабочий день. Сейчас мы очень много времени проводим за компьютером. Но я думаю, что пройдет неделя и мы, учителя, выработаем для себя оптимальный график работы. И этот минус прекратит свое существование. А плюсов много. Один из самых существенных плюсов — возможность индивидуального подхода к детям. Кроме того, что учащийся сам выбирает темп обучения, он может оперативно получить у тьютора ответы на возникающие вопросы.

Петрова: В онлайн-общении есть еще один огромный плюс — видишь лица детей приближенно, и это классно, потому что дает возможность читать их малейшие эмоции!

— В классе учителю никогда не хватает времени на каждого ученика, а теперь, получается, хватит?

Петрова: На самом деле каждый учитель знает способности того или иного ученика (ой, простите, обучающегося), знает, к кому подойти, кто работает медленно, кому нужно больше времени на усвоение материала.

Камитова: Да, я же говорю: дистанционное обучение как нельзя лучше способствует организации индивидуального подхода.

— Платформу для дистанционного обучения каждый учитель выбирает сам или следует рекомендациям руководства школы?

Предеин: Существует определенный перечень платформ, но, отталкиваясь от него, каждый сам выбирает ту или иную платформу. Выбор — это здорово, это свобода творчества.

Камитова: Перед началом дистанционного обучения мы с коллегами выбирали платформы. В итоге я, например, организовала обучение на собственном сайте, используя ссылки на различные платформы.

— Можно ли утверждать, что затянувшийся карантин подарил школе уникальный шанс перейти на новый уровень?

Петрова: Да, да и еще раз да! Это вызов времени. Например, мы много говорили о проблеме взаимодействия семьи и школы. Вот вам, пожалуйста, возможность сделать все совсем по-другому! Развернуть их лицом друг к другу, наладить те самые партнерские отношения. То же и о профпригодности педагогов, о том, что многие методики, приемы и технологии устарели, и вот вам уникальный шанс каждому перезапуститься, осуществить своего рода перезагрузку.

Предеин: В техническом плане школы развиваются непрерывно. Везде современные ПК, интерактивные доски, планшеты. Но если говорить о мастерстве учителей, то соглашусь. Каждый может подтянуть навыки в использовании интернет-ресурсов, порталов, пообщаться с другими педагогами, поделиться опытом. Чем современнее учитель, чем он разностороннее, тем детям лучше!

— Верите ли вы, что когда-нибудь потребность в знаниях станет базовой человеческой потребностью? Что в будущем никому не придется учить и учиться из-под палки?

Камитова: Я в это верю и очень хочу, чтобы эта потребность стала базовой. Мы сейчас наблюдаем, как взрослые люди с удовольствием и без всякого принуждения посещают обучающие семинары, тренинги, занимаются саморазвитием. Поэтому задача научить детей учиться становится одной из важнейших для учителя.

Петрова: Я часто говорю, что педагог — это не только про учебные знания в рамках своего предмета, но и про жизнь в целом. Все, что нас окружает, требует осознанности, определенного уровня владения информацией и возможности ее применения. Поэтому я часто на уроках использую мемы, медиа- тексты, киноролики… Но самое главное, я даю детям возможность ошибаться.

— Сколько в школе должно быть прикладных дисциплин?

Предеин: Я бы с радостью сделал все науки прикладными. Мало выдать одну теорию по своему предмету. В жизни важно применять эти самые знания на практике.

— Так может быть все обучение сделать прикладным?

Петрова: Ну нет, это как жесткие и гибкие навыки, которые не могут существовать друг без друга. Где жесткие — это теоретические знания, а гибкие — прикладные. Но вот формирование предметного материала должно измениться. Это должны быть крупные смысловые блоки с выделением ключевых понятий, которые ребята легко запомнят и смогут применять для решения сложных задач с неопределенными условиями и многовариантными решениями.

— А что вы думаете о системе 45-минутных уроков? Многие считают ее слишком архаичной. Двадцать минут на проверку домашнего задания, двадцать пять на новый материал…

Петрова: Домашнее задание так долго никто никогда не проверяет!

Предеин: Не думаю, что школа откажется от сформированной десятилетиями системы. Дело даже не в самой системе, а в детях. Больше 45 минут им сложно высидеть. Сложно удержать внимание на новом материале, так как дети очень активны, им хочется общаться с друзьями, побаловаться иногда. Поэтому 40-45 минут урока — оптимальный вариант.

Анастасия Камитова

Камитова: А я считаю, что система 45-минутных занятий устарела и требует корректировки.

Петрова: Как раз дистанционное обучение показывает, что за 20-25 минут вполне можно изучить новую тему, а остальное время оставить на самостоятельное погружение.

Камитова: Eсть учебные заведения, которые уже отказались от 45-минутных уроков.

— Eсли бы обучение в школе стало полностью дистанционным, как это повлияло бы на социализацию подрастающего поколения, кто взял бы на себя воспитание чувств?

Камитова: Проблемы с социализацией в этом случае неизбежны, а отсюда масса других трудностей в развитии личности. А про развитие эмоционального интеллекта у некоторых обучающихся можно будет вообще забыть. К сожалению.

Петрова: Во-первых, школа никогда не перейдет полностью на дистанционное обучение, а во-вторых, мы социализируемся и воспитываемся не только в школе, но и в семье, обществе. В любом случае никто не запретит личные встречи. Например, собраться классом и устроить пикник или просмотр фильма с обсуждением.

— Пикник? Поход в кино? При том, что учителя, это все знают, просто завалены составлением бесконечной отчетности…

Предеин: Не первый год идут разговоры об огромном количестве бумажной работы. Острота проблемы очевидна: отчеты съедают массу рабочего времени как у управленцев, так и у простых учителей. И количество бумаг не уменьшается, а только растет в последнее время.

— А возможна ли в школе система «одного окна»?

Камитова: Все возможно.

Петрова: Конечно, возможна! Я давно мечтаю, чтобы хотя бы всю информацию и отчетность можно было размещать в одном месте, например, в Google-диск. Хоть это и банально.

Сергей Предеин.

Предеин: На мой взгляд, это вопрос риторический. В теории система, конечно, возможна, но сколько ее придется ждать и как она будет выглядеть, вопрос. Нужно сделать единую электронную систему с едиными формами отчетов на всей территории страны. Таким образом мы еще и бумагу сэкономим, и деревья не сгубим.

— Форму для учеников то отменяют, то обратно вводят. А что вы думаете о форменной одежде учителей? Нужна ли она?

Камитова: Форма для учеников нужна, это способ воспитания самодисциплины и порядка. А вот введение формы для учителей вопрос достаточно спорный. На мой взгляд, решение его нужно оставить за педагогическим коллективом.

Предеин: Не думаю, что в этом есть необходимость. Учителя прекрасно понимают, что на них смотрят дети, берут с них пример, ориентируются на внешний вид педагога. Поэтому учителя и без всяких понуканий ходят, скажем так, в учительской форме.

Петрова: Eсли мы требуем этого от детей, то и сами должны быть примером. Но тогда форма должна быть отличительным знаком образовательного учреждения, которую каждый бы носил с гордостью. Хотя в наших реалиях достаточно просто соблюдения делового стиля.

— А как быть с внутренней свободой? Волен ли педагог общаться и выражать свое мнение в соцсетях? Может ли он, к примеру, разместить на своей страничке собственное фото в купальнике?

Петрова: Какой провокационный вопрос! У всего есть две стороны. С одной стороны, есть уровень воспитанности человека, есть педагогическая этика, где все прописано. А с другой, бывают совершено абсурдные претензии со стороны общества, которые раздуты из ничего. И в такие моменты хочется, чтобы у педагога была хоть какая-то защита. Поэтому свобода есть, но она в рамках. Я, например, активный пользователь соцсетей, веду аккаунт и в Instagram, и во «ВКонтакте», но ни разу не было, чтобы кто- то мне написал, что я вульгарна, порочу учительскую честь и все в таком духе. Наоборот, просят, чтобы я выкладывала еще больше чего-нибудь интересного. И это нормально. Или со мной что-то не то?

Предеин: Насчет купальников я скажу так: пусть размещают, в конце концов, все мы люди, мы не с другой планеты, мы тоже можем плавать в бассейнах, на отдыхе носить легкомысленные наряды, мы тоже ходим в магазины, кино, рестораны и в другие места. И хотим, чтобы общество это понимало. Что касается общения в соцсетях, то, как мне кажется, сегодня здесь мы достаточно свободны. Конечно, есть ограничения, есть темы запретные, причем не только для учителей.

— Вот как раз про абсурдные претензии общества. Нужен ли закон, защищающий учителя от хамского поведения учеников, а то и их родителей?

Камитова: Однозначно нужен. Сейчас учитель никак не защищен. Но и мы должны помнить, что почти всегда в наших силах избежать конфликтной ситуации.

Предеин: На конкурсе «Учитель года» на одном из этапов я выступал с публичной лекцией об отношении к учителю со стороны родителей и учеников. Считаю, такой законопроект на сто процентов необходим. Eще раз повторюсь: мы тоже люди с этой же планеты и нуждаемся в защите.

Петрова: И закон должен быть рассмотрен с трех сторон: со стороны учителя, ученика и родителя. Пострадавшим может быть каждый из них. Но я лично за мир во всем мире.

— Чему вас не учили в школе, а сегодня этому приходится учиться?

Предеин: Работе с огромным количеством информации. В интернете множество статей, публикаций, из этого потока нужно выделить именно то, что полезно тебе.

Петрова: Тайм-менеджменту и способности быстро реагировать, ориентироваться в ситуации.

Камитова: А вот я считаю, что в школе — да и в других учебных заведениях, где я училась, меня научили всему необходимому на тот период моего развития. Сейчас я учусь идти в ногу со временем.

— Помните, было такое пафосное выражение: школа — учебник жизни? Актуально ли оно? И учебником чего, как вам кажется, школа может стать в будущем?

Петрова: Школа — это часть жизни. А учимся мы всегда и везде. Так что школа должна давать цельное представление о многосложности мира, о многосторонности современного человека.

Камитова: Время бежит, все меняется, но базовые ценности неизменны. Поэтому школа — это знания и социализация, а в совокупности они должны давать рост и развитие личности.

Предеин: А я бы сказал, что школа — это трамплин в осознанную жизнь.

ФОТО ИЗ ЛИЧНОГО АРХИВА

Поделиться:




Post a comment