X

Рогатая сага

  • 15.07.11
  • Владислав Крапивин
  • 63 просмотров

Продолжение.

Начало в NN 117-124.

Рисунок художника Евгении Стерлиговой

На книжной репродукции: «щиты викингов полыхали на солнце».
Автор фото: Рисунок художника Евгении Стерлиговой

Джонни, Мишка и Юрик подошли к воротам Самохинского дома. У Джонни была свернутая в рулон бумага. Мишка размотал и поднял на палке привязанное к ней белое полотенце. Юрик поколотил кулаком в калитку. Поколотил старательно, однако из-за ворот никто не отозвался. Тогда Джонни поправил в Мишкиных руках и поднял повыше парламентерский флаг. Затем погремел висевшим на калитке старинным железным кольцом.

Тяжелая щеколда рядом с кольцом поднялась — видимо, кто-то на дворе потянул проволоку. Калитка отошла. Джонни вздохнул, набираясь решимости, и твердо шагнул на территорию неприятеля. Юрик и Мишка — за ним.

На крыльце стояли Толька Самохин, Пескарь и еще один «викинг».

Самохин сделал вид, что очень удивился (больше, чем на самом деле).

— Во, гляньте, люди добрые! Делегация!.. Это как понимать?

— Это Джонни Макарона! — известил Пескарь. — Сам в руки идет! Напинаем?

— Это не просто Джонни Макарона, а пар… лар… ментар… тьфу! Пар-ла-мен-тер. С белым флагом, — хихикая, объяснил Самохин.

— Можно и с флагом напинать, — рассудил Пескарь. — И башкой в репейники.

— Не имеете права, — сказал Джонни. — Это запрещает конвенция.

Самохин опять сделал вид, что удивился.

— Чего-чего? Какая-такая конвенция?

— Дженевская! — отчеканил Джонни.

— Ну-у, если женевская, — протянул Самохин и повернулся к другому викингу. — А че, Шурик, правда есть такая?

— Вроде бы есть, — отозвался Шурик (он был, видимо, умнее Пескаря).

— Жалко… ну, ладно, — вздохнул Самохин. И обратился к парламентеру: — А че надо-то?

— Получите письмо! — Джонни широким жестом протянул предводителю викингов бумажную трубу. Тот хмыкнул. Взял. Развернул. Прочитал. Хмыкнул опять.

— Во, парни, слушайте, — обратился он к соратникам. — Пишут: «Вызываем на решительный бой! В овраге за музеем! Завтра. В четверг. В девять часов утра!»

Пескарь и Шурик захихикали. Сначала неуверенно, потом громче. Затем — полный смех. Наконец Самохин выговорил:

— Давно так не веселился… А братскую могилу вы уже приготовили?

— Для вас, что ли? Ройте себе сами, нынче везде самообслуживание, — дерзко отозвался Джонни.

— Может, все-таки дать по шее? В Женеве не узнают… — сказал Шурик.

— Подождем до завтра, — решил Самохин. — Не будем опережать удовольствие… Все. Гуляйте, пока живы… парлым… ментарлы…

И тут проявил себя маленький Юрик Молчанов.

— А ответ на письмо будет? — напомнил он отважным голоском.

Ярл Самохин скрестил руки. Глянул с высоты крыльца. Пообещал:

— Будет. Завтра в девять.

Вечером Джонни читал «Трех мушкетеров». Он лежал на кровати, взгромоздив пятки на спинку дивана, а тяжелый том держал на груди. На книгу падали уютные лучи настольной лампы. Высвечивали картинки с отважными персонажами романа. Джонни чудилось, что сквозь стены доносятся темпераментные восклицания на французском языке и звон клинков. Джонни от удовольствия облизывал губы и со вкусом переворачивал страницы…

Вернулся с поздней работы папа. Заглянул в дверь.

— Ну-с, как дела, мушкетер? Джонни, не отрываясь от книги, показал большой палец.

— Читаем? — догадливо сказал папа.

— Ага… Я уже шестьдесят восемь страниц прочитал. Мог бы больше, да днем не было времени…

— Днем у него с-совершенно не было времени, — сообщила из другой комнаты Вера Сергеевна. — Он сманивал из лагеря младших ребят и устраивал с ними сомнительные операции…

— Да, Валерий, — поддержала Веру мама. — Видел бы ты, во что он превратил свой именинный костюм…

— Подумаешь, чуть-чуть капнул краской… — подал голос Джонни сквозь боевое звяканье шпаг.

— Чуть-чуть! — ахнула Вера. Мама сообщила: — Я кое-как отмыла этого авантюриста и хотела засадить дома, но твой ненаглядный сын…

— М-м… и твой, между прочим… — осторожно вставил папа.

— Увы… он заявил, что у него нынче еще одна операция… кажется, «Оранжевые рога»…

— «Рогатая атака»… Но это была пока репетиция, — уточнил Джонни.

— С ума сойти! — ахнула мама. — Валерий! Ты полностью увяз в своих монастырских фресках и совершенно забыл о воспитании сына. А у него наступает ответственный возраст…

Папа сокрушенно кивнул:

— Каюсь… Приму меры… — Он присел на край Джонниной постели. — Но сначала хотелось бы уточнить причины… Может быть, наше дитя рвется на улицу не из-за каких-то операций, а… может быть, есть сердечная причина? Уж не объявилась ли в округе какая-нибудь фея, из-за которой невозможно усидеть дома?

Джонни наконец отложил книгу.

— Кто объявился?

— Фея… — усмехнулся папа.

— А это кто?

— Ты не знаешь? Так называют загадочных особ женского рода, которые вызывают у юношей радужные надежды и вдохновение…

— А-а!.. Похоже, что появилась, — не стал отпираться Джонни. — Вызывает надежды. На победу…

— Вот как! И что же? Симпатичная?

— Ну… папа, главное ведь не внешность, а характер. А характер что надо! Сережка Волошин сказал, что в ней, наверно, испанская кровь…

— Не «Сережка», а «Сережа», — машинально подала реплику стоявшая в дверях мама.

— А! Значит, темпераментная особа, — сделал вывод папа. — А где она живет? Я ее встречал? И как она все-таки выглядит?

— Нормально выглядит… Ну, бока гладкие, с бронзовым блеском. И бородка красивая, как у кардинала Ришелье. А рога знаешь какие крепкие!..

Папа потерянно глянул перед собой. Взялся за сердце. Слабым голосом сказал Джонниной маме (которая сама была близка к обмороку):

— Аллочка, мне, кажется, нужен валокордин…

Джонни развеселился…

Утро решающей битвы было безоблачным. Щиты викингов полыхали на солнце. Их боевой строй по-прежнему образовывал ромб (средняя шеренга — четыре человека, затем впереди и сзади — трое, потом по два бойца и, наконец, в хвосте и во главе строя — по одному; первым был, конечно, Толька Самохин). Из-под глухих щитов были видны только ноги, а над верхними кромками — рогатые шлемы: чайники, кастрюли, миски, старые каски…

Серое знамя с изображением рогатого черепа реяло над шлемами.

Строй под сдержанный барабанный рокот следовал по-середине улицы. Компания дошколят с трехколесными велосипедами и самокатами быстренько убралась с тротуаров и укрылась за калитками. Из-за заборов вылетели несколько гнилых картофелин и кочерыжек и ударились о щиты. Из глубины строя донесся ропот:

— Давайте, поймаем этих головастиков!

— Ноги выдергаем!.. — Не поддаваться на провокации! — приказал Самохин. — Надо беречь силы для главного боя!

Его адъютант Пескарь осмелился на возражение:

— Да какой бой! Они побегут, как только увидят нас!

— Молчать! Забыли о дисциплине?! — пресек возражения грозный ярл.

Сильнее загудел барабанный марш…

У пивного киоска два милиционера (наши прежние знакомые) проводили викингов довольными взглядами.

— Молодцы ребята. Сила и сплоченность.

— Таких хоть сразу пиши в ОМОН. Не подведут…

Разведчики с мобильниками сообщили командиру из листвы густых крон:

— Противник собрался на пустыре…

— Построились…

К счастью для отряда Сережки Волошина, разведчики викингов не могли видеть его с тыла и сообщить ярлу интересные подробности…

— Вперед! — скомандовал Самохин.

Викинги проследовали вниз по склону и вышли на заросший пустырь. Его окружали кусты, а с краю подымались несколько деревьев.

Между деревьями викинги увидели строй своих противников.

Среди рогатых воинов опять началось неприличное, подрывающее дисциплину веселье. Так жиденько и беспомощно выглядели враги.

— Тихо! — приказал Самохин. Но как было не веселиться! Противник был такой! Пять человек стояли поперек дороги, вооруженные, чем попало. У девчонки вместо щита была жестяная крышка от бачка. Джонни Макарона держал игрушечный автомат, бесполезный в настоящем бою. У Сережки Волошина вообще не видно было оружия. Лишь братья Дорины укрылись за настоящими, как у викингов, щитами. Пятерка эта растянулась в редкую шеренгу, только Борька и Стасик стояли рядом, сдвинув некрашеные щиты.

— Сейчас побегут, — пропищал Пескарь. — Не будет никакого боя.

Но противник не бежал. Это вызвало у викингов… не то, чтобы опасение, а… некоторое непонимание. Из-за щитов, из-под шлемов смотрели недоуменные лица. Слышались реплики:

— Психи какие-то… — В натуре, будто мешками ушибленные…

— Ребята, вы их сильно не бейте…

— Может быть, они решили геройски погибнуть? — опасливо спросил Пескарь.

— Помолчи… — оборвал его Самохин. — Пленных заприте до вечера в нашем штабе. А Джонни — сразу ко мне. Я из него сделаю чучело…

Но Джонни был уверен, что чучело из него не сделают. Поэтому смотрел на врага с дерзким прищуром. Он был в своем «адмиральском» костюме — более или менее отчищенном от краски и превращенном в боевой наряд. Талию Джонни перехватывал командирский ремень.

Викинги склонили копья и мерным шагом двинулись на жиденькую шеренгу своих врагов. Опять загудел барабан.

— Левой!.. Левой!.. — пискляво командовал Пескарь.

А Сережкин отряд ждал врага. Стасик нервно сказал Сережке:

— Не тяни. Оставь место для разбега.

— Серега, давай! — нервно выдохнула Вика.

Продолжение следует.

Поделиться:

Оставить комментарий

Размер шрифта

Пунктов

Интервал

Пунктов

Кернинг

Стиль шрифта

Изображения

Цвета сайта