X

Пироскаф «Дед Мазай»

  • 11.10.11
  • Владислав Крапивин
  • 61 просмотров

Роман-сказка для самого себя

Начало в NN 173-186.

Владислав Крапивин

Автор фото: Владислав Крапивин

Сушкин укрылся с головой и заплакал.

И уснул. Проснулся утром, потому что кто-то вошел. Сушкин по шагам и дыханию догадался, что дядя Поль.

— Том… — он через парусину тронул его за плечо.

Сушкин не стал прятаться. Откинул жесткую материю, бесстрашно глянул мокрым и глазами.

Капитан был в парадном кителе и фуражке. Он спросил:

— Том, ты — из-за девочки?

— Да, — дерзко сказал Сушкин

Капитан Поль встал очень прямо.

— Том… Я, может быть, порой чересчур фантазирую, но сейчас говорю совершеннейшую правду. Том, я даю капитанское слово… — он поднес пальцы к козырьку. — Вы с Катей обязательно увидитесь…

Слезы высохли в один миг.

— Да?! А скоро?!

— Не могу сказать, скоро ли. Но этим летом — точно…

Была еще тысяча вопросов. И Сушкин собрался залпом выпалить их в дядю Поля. Но другой залп, снаружи, потряс пироскаф «Дед Мазай». Капитан и Сушкин рванулись на палубу.

АДМИРАЛ ДУДКА

Все что угодно ожидали увидеть они, только не такое.

Зажимая пироскаф с двух бортов, его догоняли два парусника. Вид у парусников был старинный, неуклюжий и такой, про который говорят «расхристанный». Грязные паруса — не только белые, но и рыжие и даже черные — пестрели заплатами. И раздувались пузырями. На реях и на вантах махали руками и болтали ногами свирепые дядьки во всяком рванье. По сравнению с ними щетинистый и ободранный Платоша выглядел джентльменом. Кстати, он был на палубе и сообщил, что «эти придурки только что вывернули из-за вон того мыса и сразу шарахнули из пушки».

— Р-л-романтика, — хладнокровно высказался Дон. Бамбало выразился точнее:

— Хулиганство, — страусиные головы торчали из рубки.

— Дядя Поль, неужели пираты?! — Сушкин не знал, пугаться или радоваться.

— Да ну, чушь какая, — поморщился капитан. — Дешевый трюк. Аттракцион для туристов… Хотя откуда здесь туристы?

— А откуда пир-л-раты? — сказал Дон.

Капитан помрачнел:

— Пираты бывают откуда угодно…

То, что это не трюк и не аттракцион, подтвердилось в ту же минуту. На парусной посудине, которая шла слева и сзади, снова грохнула пушка. Ядро пробило верх широкой черно-зеленой трубы выше нарисованного зайчонка. Железная кружевная корона покривилась. Пироскаф густо задымил — видно, от неожиданности. Сушкин присел и, кажется, даже прижал к ушам ладони (колечко было горячим). Ободранные мужики на парусниках радостно завопили и засвистели, махая тесаками музейного вида.

— Ребята, рупор! — приказал капитан. Страусиный клюв протянул из окна рубки мегафон.

— Эй, на корытах! Вы что, спятили?! — заорал капитан. И добавил несколько слов — наверно, от сильного раздражения (мы их не приводим).

К этому времени правый парусник слегка обогнал «Деда Мазая», и его высокая корма с балкончиками находилась сбоку от рубки пироскафа. Как говорят, «на траверзе». У кривой балюстрады появился тип в лиловом камзоле и треуголке с галунами. Он был длинный и тощий, но с большущим животом, и походил на удава, проглотившего украденный со школьного подоконника глобус. Явно предводитель. Над ним колыхался поднятый у кромки заднего паруса флаг. Размером с театральный занавес. Разумеется, черный и с костлявой рожей. Под рожей были намалеваны скрещенные сабля и сигнальная труба.

У предводителя над широким ртом торчали рыжие тараканьи усы. Он скрестил руки над животом-глобусом и закричал неожиданно тонким голосом:

— Я адмирал каперской эскадры Кувшинного залива Уно Бальтазавр Дудка. Предлагаю спустить флаг и сдаться!

Капитан Поль тоже скрестил руки. Расстояние сократилось до десятка метров и можно было обойтись без мегафона.

— Я капитан коммерческого грузопассажирского судна «Дед Мазай» Поликарп Поддувало! У нас мирные цели, но если ты, Бальтазавр, не прекратишь пиратство, я поддую в твою дудку такую музыку, что она будет играть до заката!

Адмирал Уно Бальтазавр Дудка отвечал с ноткой учтивости:

— Капитан Поддувало, я слышал про вас и знаю, что вы храбрый человек! И готов оказать уважение! Сдавайтесь по-хорошему, тогда мы сохраним вам жизнь и карманные деньги, чтобы вы могли добраться домой с ближайшей станции!

Второй корабль двигался слева и сзади, на расстоянии примерно пяти пароходных корпусов. На нем снова бабахнула пушка. Ядро свистнуло над рубкой, у локатора. Сушкин сдержался, не присел.

— Спускайте флаг и сдавайтесь! — опять завопил адмирал Дудка. — Не вздумайте оказывать сопротивление!

— Что делать, капитан? Сдадимся или окажем? — громко спросил Платоша.

— Сперва окажем, — решил капитан Поддувало. — Сдаться никогда не поздно… Дон, возьми с полки ракетницу и дай мне… — он покачал в ладони ракетницу, похожую на тяжелый пистолет, и заметил: — Хорошо, что я в парадной форме…

«Ой, а я!..» — ахнул Сушкин. Кинулся в каютку, где ночевал, натянул недавно поглаженные шорты и водолазку с якорем. Насадил на голову бескозырку и поскорее высочил на палубу — чтобы не подумали, будто он дезертировал. Теперь можно было воевать в достойном виде или, по крайней мере, так же достойно погибнуть (впрочем, о таком варианте Сушкин подумал лишь мельком).

Кипел бой. Капитан несколько раз выпалил из ракетницы, и на плывущем за кормой корабле теперь пылал передний парус. Там громко ругались. Платоша метал снаряды. Он успел сбегать на камбуз, притащил корзину с картошкой, выдернул из джинсов ремень и, как пращой, пускал картофелины во врагов. Надо сказать, что праща — серьезное оружие. В древности пущенным из нее камнем угробил злодея-великана Голиафа мальчишка-пастух Давид. Известная история. Правда, там была не картошка, а камень, но и клубни — подходящие ядра. Одна картофелина угодила точно в пасть Бальтазавра. Застряла. Он мычал, мотал головой и не мог отдавать команды. Его пираты действовали на свой страх и риск — пытались забросить на пироскаф привязанные к веревкам крючья. Донби умело отшвыривал их когтистыми лапами.

Сушкин, чтобы не оказаться без дела, начал хватать картофелины и метать вручную. У него ведь был опыт швыряния мячиков по мишеням. Первый же бросок оказался удачным. Клубень вляпался под глаз лысому бородатому дядьке. Тот завопил и уронил соседу на босую лапу абордажный крюк…

Капитан ругался с электронным Куда Глаза Глядят:

— Почему ты прозевал появление этих бандитов?!

КГГ огрызался через динамик на мачте:

— Я навигатор, а не военспец! Откуда я знал, что они пираты?

— А теперь что? Я тебе велел: полный ход!

— Я и даю полный! Кто виноват, что кашеварий третьего сорта?

— Бездельник!

— Уволюсь!..

Дон и Бамбало дружно пели:

Венсеремос, друзья!

Не страшаны нам враги,

С нами наша машина и парус.

Кто полезет на нас,

Заработает в глаз

И получит горчичного пару.

Паруса не было, зато хватало боевого азарта. А горчичного пару нахальные флибустьеры получили полную дозу. Хотя, может быть, и не горчичного, но достаточно вонючего и горячего.

Пироскаф наконец прибавил ходу. Парусник с горящим кливером лег в дрейф, адмиральский парусник начал понемногу отставать. Пираты уже не решались на абордаж. Зато, когда их корма оказалась рядом с кормой пироскафа, с нее на брезентовый навес пароходного трюма метнулся кто-то легонький и гибкий. С тонкими белыми ногами, с летящими по ветру локонами. Он подлетел на упругой парусине, вскочил, прыгнул на палубу.

— То-ом!!!

— Юга!

Они радостно вцепились друг в дружку. Сушкин не стал кричать: «Откуда ты здесь?» Это потом. Главное, что Юга — вот он!

Юга издалека крикнул капитану: — Не бойтесь, у них нет больше пороха! А сами они сейчас получат!

И получили! У средней мачты парусного флагмана взметнулся зеленый дым. От него ядовито воняло. Даже на пироскафе пришлось зажать носы, а экипаж парусника ничком полег на палубный настил.

— Я подложил им бомбу «драконья пукалка»! Будут кашлять до вечера! — отмахиваясь от запаха, радостно сообщил наследник Юга. — Капитан! Поворачивайте вон за тот мыс!

— И что за тем мысом? — поинтересовался не потерявший хладнокровия капитан Поддувало.

— Там Большая Кувшинная бухта! Они туда не сунутся!

— Почему же, юноша?

— Там для них запретная акватория! Это же остров Зеленая Лошадь!

ДРУЗЬЯ ДЕТСТВА

Парусник со сгоревшим кливером больше не пытался преследовать «Деда Мазая». Но адмиральский корабль, несмотря на взрыв «драконьей пукалки», все еще надеялся на победу. Скорость его упала, экипаж кашлял и задыхался от дыма, но адмирал Дудка посылал вслед пироскафу грозные ругательства. Сушкин и Юга, обняв друг друга за плечи, стояли на корме, смотрели на Дудку и смеялись. Вдвоем было им ни капельки не страшно.

Дудка вдруг заорал: — А вы, господин Юга, совершенно… кха… бессовестное высочество! Ты нарушил обычаи пиратской солидарности! Записался во флотилию, а теперь переметнулся к врагу! За это вешают на рее!.. Кха!.. За левую пятку!

— Во-первых, я не сам записался! Меня записали! — чистым своим голосом кричал в ответ Юга! — А во-вторых, я предупреждал: не трогайте «Деда Мазая», там мои друзья!

— Мало ли где чьи друзья! — побабьи голосил адмирал. — У нас пиратская флотилия, а не бла… кха… твори… кха, тьфу!.. тельное общество! Если мы не будем трогать ничьих друзей, останемся без добычи! Куда ни сунься, везде друзья!

— А вы как думали, адмирал! — радовался Юга.

— В следующий раз, когда вы попадете к нам, я… кха!.. прикажу тебя выдрать линьками, как юнгу-новобранца!

— Ага, один уже пробовал! До сих пор в гипсе!

— Я, кха… фу… пожалуюсь вашему папе!

— Давай! Он опять сделает вам детский мат в полтора хода!

— Вы… тьфу, ой… невоспитанный мальчишка!

— А вы дырявая дудка!.. Ой, капитан! Держите левее, посреди бухты мель!

Дело в том, что пироскаф уже обогнул плоский мыс и бодро шлепал через бухту с гладкой зеленой водой. Парусник повернул за ним и двигался с боковым ветром. Этот ветер унес от него зеленый дым.

— Лево руля! — снова закричал Юга. Уже с отчаянной ноткой.

Но было поздно. «Дед Мазай» своим плоским днищем с ходу въехал на песчаную мель. Еще немного, и он проскользил бы по ней до другого края, но не хватило инерции. Украшенный завитушечным узором нос замер в нескольких метрах от глубокой воды. В ней туда-сюда сновали длинные рыбешки.

Донби перепрыгнул через поручни и с невозмутимым видом начал ходить вокруг пироскафа. Наверно, смотрел, как можно освободить днище.

Наконец Дон сообщил: — Кр-л-репко пр-липечатались… — Эй ты, который Куда Глаза Глядят! — закричал капитан Поль, обращаясь к динамику на мачте. — Куда глядели твои глаза?!

— Глядели вперед, — хладнокровно сообщил электронный навигатор. — Этой мели нет на схеме. Засуньте голову в рубку и посмотрите на экран…

Капитан засунул и чертыхнулся. — Здесь-то они нас и накроют. Платон, готовь свой картошкомет…

— Не-а, не накроют, — сказал Юга.

— Смотрите сами…

Корабль адмирала Дудки развернулся носом к ветру и убирал паруса. На нем загремела цепь — в воду ушел тяжелый якорь. Адмирал грозил кулаком и кричал что-то вроде «мы… кха!.. еще встретимся!»

Продолжение следует.

Поделиться:

Оставить комментарий

Размер шрифта

Пунктов

Интервал

Пунктов

Кернинг

Стиль шрифта

Изображения

Цвета сайта