X

Пироскаф «Дед Мазай»

  • 12.10.11
  • Владислав Крапивин
  • 76 просмотров

Роман-сказка для самого себя

Начало в NN 173-187.

Владислав Крапивин

Автор фото: Владислав Крапивин

Наследник Юга совсем не по-придворному показал Уно Бальтазавру Дудке язык.

— Похоже, что временная передышка, — заметил Платоша и стал продергивать в джинсы ремень. — Это вовремя, а то я чуть не потерял штаны… Изя, ты еще не собираешься драпать? Известно, кто судовые крысы перед гибелью судна бегут с корабля…

Крыса Изольда бежать не собиралась. Она сидела на брашпиле и спокойно наблюдала за происходящим.

— Поведение животного вселяет надежду… — заметил капитан. — Э, а что там за кавалькада?

Вдали, на заросшем ивами берегу, рысью двигался десяток всадников с перьями над головами. Четверка лошадей влекла за собой экипаж непонятной конструкции (над ним тоже трепетали перья).

— Ой, папа… — Юга присел с такой быстротой, что тугие колготки чуть не лопнули на коленках. Так, на корточках, он убежал за высокий трюмный люк.

— Том, не выдавайте меня! Папочка не знает, что я драпанул из флотилии, и подымет крик…

Сушкин мало что понимал, но выдавать Югу, конечно, не собирался. Наоборот, готов был заслонить его самим собой.

Всадники, между тем, подъехали к воде. Сооружение оказалось каретой, как во времена всяких там Людовиков. На дверце красовался пышный полосатый герб. Дверца отлетела в сторону, показались ноги в сапогах с раструбами, а за ними грузный краснощекий мужчина в большой шляпе. Перья на ней были в точности, как в хвосте Донби. Хозяин шляпы встал во весь рост, вытянул к воде руки в кружевных манжетах. Трубно закричал:

— Привет! Великий герцог Генрих Виктуар Евро-Азиатский Одиннадцатый рад видеть у своих берегов доблестный корабль, который рискнул войти в эти полные рифов и мелей воды! Нужна ли вам помощь, господа?

Капитан Поликарп Поддувало — весь белый и блестящий — светски отвечал в мегафон:

— Мы будем благодарны вашему высочеству, если ваши люди и лошади стянут наше судно с мели. Нам не повезло…

— Люди и лошади! За работу! — голосом радиодинамика приказал великий герцог. В тот же миг разноцветные кавалеры прыгнули из седел и бросились к воде, разматывая всякие арканы, тросы и постромки…

От пироскафа до берега было метров пятьдесят. Герцог сбросил шляпу и козырьком прислонил ко лбу ладонь.

— Э! Да это «Дед Мазай»! Капитан Поддувало! Привет, Полли! Вот не ждал!..

— М-м… да. Привет, ваше высочество. Но…

— Ты что, старик, не узнаешь? Мы учились вместе до седьмого класса, пока я не остался на второй год! И занимались в судомодельном…

— Витька-а!!! — и капитан замахал фуражкой так, словно хотел разогнать метавшихся над бухтой чаек.

Пироскаф зацепили, потянули, и он съехал с мели.

Бывшие одноклассники продолжали громогласную беседу:

— Я знал, что здесь есть герцогство, но и подумать не мог, что оно твое! С ума сойти! Как ты стал монархом, Витёк?!

— Тут была ничейная, нигде не отмеченная земля. Картографы ошиблись, когда составляли описи. Я отспорил эту территорию у местных чиновников через международный суд!

— С ума сойти!

— Да! Когда-то тут стояло имение моего прапрадедушки, Юхана Колосовского-Забодайко… Поль, сделаться герцогом не так уж трудно, если захочешь… Надо только побольше мишуры для камзолов!

— А почему ты Евро-Азиатский?

— Для важности! Говорят, где-то здесь проходит граница между частями света!

— Вить, вроде бы не здесь…

— Да фиг с ней! Никто не придирается, и ладно! Видишь, у меня даже герб полосатый, как пограничный столб!.. Эй, кучера! Правее берите, у вас на пути рифы! То есть старые шины самосвалов! Эти паразиты из сельхозартели «Новая заря» побросали их тут не глядя…

Пироскаф неспешно приближался к береговому ивняку. А Донби шел к берегу вброд. Сначала по брюхо в воде, потом по колено. Он опередил пироскаф. Сушкин ехал у Донби на спине. С важным видом. Его появление на территории Колосовско-Забодайского герцогства напоминало вступление Колумба на берег только что открытой Америки. (Правда, едва ли Колумб съезжал с каравеллы на двухголовом страусе, но не будем придираться к мелочам). Стоявшие на берегу кавалеры взметнули шляпы. Сушкин приложил два пальца к околышу бескозырки. Он чувствовал себя славно. Только тревожила судьба Юги, оставшегося на пироскафе.

В этот момент «Дед Мазай» осторожно воткнул в ивняки черный с золотым узором нос. Застрял в них висящим под бушпритом якорем. Упали на берег сходни. Капитан Поддувало спустился по ним быстрым шагом. Герцог заключил его в объятья. Они хлопали друг друга по спинам. Потом отодвинулись и оглядели друг друга с ног до головы.

— Витек! Ваше высочество! Ну кто бы мог подумать!..

— Я балдею от счастья…

— Ваше высочество, позвольте представить моих спутников. Том Сушкин, владелец нашего пироскафа… Том, сойди с птицы, неприлично говорить с герцогом верхом…

Сушкин скатился с Донби, сдернул бескозырку.

— Извините, ваше высочество…

— Ничего, ничего. Весьма рад, — Генрих Виктуар толстыми пальцами подержал Сушкинскую ладошку. — Читал про вашу историю в газетах…

— А это Донби, родом из Африки. Мой давний друг. Несмотря на экзотическую внешность, крайне мудрое существо и незаменимый помощник.

Донби и герцог раскланялись. Не забыл капитан и Платошу. — Платон Римский-Корсаков. Потомок моряков и музыкантов. Свободный живописец. Оказался неоценим во время нашего рейса. Проявил немалый героизм при недавних боевых событиях.

Платоша одернул драный полосатый подол и шаркнул босыми ступнями, будто бальными туфлями.

— Дюк, примите мои извинения за неприглядный вид. Я не ждал, что окажусь при дворе вашего высочества…

— Пустяки, маэстро! Звание художника позволяет всегда сохранять оригинальную внешность… Кстати, деловой вопрос. У меня в резиденции есть комната с не расписанным потолком. Он так и просится под кисть! Не могли бы вы там проявить свой талант? Сюжет и стиль — на ваш вкус. О цене договоримся…

— Дюк, я весь к вашим услугам! Если капитан выделит мне время…

— Выделит, выделит, — пообещал капитан Поль. — Боюсь, нам придется задержаться для ремонта трубы.

— И не только для ремонта! — возгласил герцог. — Вам придется задержаться в гостях у моего высочества! Если попробуете удрать раньше срока, велю вон тем флибустьерам атаковать вас!

Все посмотрели на парусник у границы бухты.

— Они и без того атаковали, — помрачнел капитан. — Виктуар, я не понимаю. Это твои люди? Аттракцион такой? Или они настоящие пираты? Чуть не пустили нас ко дну…

— Сложный вопрос, Полли! Вообще-то настоящие. Но иногда приходится заключать с ними разные соглашения. Понимаешь, надо всячески исхитряться, чтобы не портить отношения с соседями. И с губернским начальством, и с местными сельхозфирмами, и с этими вот бандитами… Кстати, ты не узнал адмирала Дудку? Это Валька Ермолайкин, он учился на два класса старше нас. Шпана и второгодник…

— Святые угодники! — ахнул капитан Поддувало.

— Да. А теперь вот адмирал, хотя и с криминальной репутацией… Юхан! Марш на берег, хватит прятаться на пароходе! Я давно тебя заметил, шалопай!

Юга пошел по сходням. Локоны его были виновато распущены по плечам. Полусапожки хлюпали на ногах, будто кожаные ведерки. Он вытащил из-под тельняшки и надел желтый берет. Видимо, для того, чтобы снять его перед герцогом. Снял и сделал движение — что-то среднее между придворным полупоклоном и возмущенным дерганьем плечами.

— Адмирал на той неделе жаловался на тебя по телефону, — сообщил герцог. — Ты вывихнул руку боцману Бомжирару…

— Он первый полез… — Марш домой, бездельник! — велел папа-герцог. (Юга и не подумал «марш»). — Кавалер де Сопелло! Отправляйтесь во дворец и велите накрыть праздничный стол! Лейтенант Юкс! Поставьте часовых у парохода! А мы с гостями отдохнем в парке. У меня великолепное пиво. «Евро-Азиатское светлое…»

— Кхы… — угрюмо сказал наследник Юга. Сушкин тоже сказал «кхы» и посмотрел на капитана.

— Безалкогольное, — торопливо уточнил герцог, — иного не держим, — он мельком глянул на одноклассника Полли и одними губами добавил: — Почти.

И все пошли в парк у дворца. Кроме Изольды, которая куда-то исчезла.

ОТЦЫ И ДЕТИ

Стало известно, что праздничный обед будет готов лишь через два часа. «Ваше высочество, мы же не знали, что вы ждете гостей…»

Отправились в парковую аллею. — Посидим, вспомним юные годы…

Юга сказал, что им с Томом заниматься такими воспоминаниями рано.

— Мы погуляем. Я покажу Тому наши владения.

— Только без фокусов, — предупредил герцог.

— Без ни-ка-ких! — уверил его Юга. И прошелся на руках, мелькая серебряными клепками сапожек.

Сушкин тоже мог пройтись колесом, но постеснялся.

— Чудесный у тебя наследник, — похвалил капитан, глядя вслед мальчишкам.

— Дык… это самое… когда как… — осторожно отозвался Герцог Евро-Азиатский.

— А что? Пр-л-роблемы? — поинтересовался Донби голосом Дона. Он не пошел гулять с ребятами, хотя они его звали. У обеих его голов был исключительный нюх, и Донби чуял, что пиво в парке будет не только безалкогольное. Герцог вежливо кивнул страусу:

— Да, мой друг, проблемы, — и разъяснил уже капитану: — Сорванец. Причем не простой, а с примесью аристократизма. Из тех негодников, которые, подкладывая придворной даме под задницу колючку, говорят: «Миль пардон, мадам…»

— Какой ужас… — посмеялся капитан.

— Это не смешно, Полли, — затуманился герцог. — Матери нет, а из меня какой воспитатель…

— А… — начал нерешительную фразу капитан.

— Вопрос понял. Сюжет, как в романах Дюма… Десять лет назад объявилась в герцогстве заезжая певичка. С гастролями. Прямо скажем, недурная собой. Ну, конечно, концерт в резиденции, балы… Двухнедельный роман. «Мое сердце остается с вами, ваше высочество! Я буду писать и звонить каждый день!..» Ну и как отрезало, никаких следов… А через девять месяцев — черный автомобиль у въезда в погранзону. Мужик с густой (явно искусственной) бородой сует в руки лейтенанту шелковый сверточек:

— Посылка для герцога, срочно! — и тут же в машину и давай газу!

Сверток начинает голосить. Лейтенант — молодой, неопытный — хватает его под мышку левой рукой, а правой начинает лупить из кольта по автомобилю. Вместо того, чтобы сразу объявить перехват, бестолочь… Пострелял, потом вызвал дежурную фрейлину: «Передайте его высочеству…» А та — дама тертая, все учуяла в один миг. «Ах, государь, какой миленький, в точности ваш портрет…» А какой портрет! Юный франт и задира. По нему в лицее все третьеклассницы сохнут, а он чихает на них, одни приключения на уме… Недавно сиганул на самодельном дельтаплане со сторожевой башни через протоку на соседний остров…

— Наверно, стрельба из кольта породила в содержимом свертка боевой дух… — догадался капитан.

— Не знаю, что породила… Я-то был совсем не такой. Рыхловат, ленив и, по правде говоря, трусоват даже. Боялся с двухметрового трамплина в бассейн прыгнуть, не то что с башни на драндулете с крыльями… Ну, ты, наверно, помнишь…

Капитан деликатно не стал вспоминать боязливость будущего герцога.

— Слушай, а как этот герой оказался у пиратов?

— После истории с полетом!.. Дудка был у меня в гостях… Ну, по правде говоря, мы иногда объявляем перемирие. Их база недалеко отсюда, на островке Тюленье Брюхо. Между нами и Брюхом тайный ход под руслом. Дудка иногда заглядывает ко мне сыграть в шахматишки, поболтать. Рассказывает, что хочет устроить у себя корабельную школу и перестать пиратничать. Говорит, что с детства мечтал стать педагогом, как наш учитель физкультуры, Бантик была его фамилия. Помнишь?

— Еще бы! Такие пинки раздавал…

— Ну, вот… Меня и дернуло за язык: «Уно, — говорю, — возьми на воспитание моего оболтуса! У вас там флотская дисциплина, суровые порядки. В случае чего можешь и линьками вздрючить…» Дудка руки потер: договорились, мол. А наследничек поначалу тоже обрадовался: морская романтика, абордажное искусство, паруса… Первый день все шло хорошо: учил морские узлы и сигналы, даже палубу драил. А потом заскучал, и — началось! Цирковая макака в стаде гиппопотамов, которые боятся щекотки. Двое дезертировали на вторые сутки… Дудка вспомнил мои слова о линьках и велел боцману принять меры… Потом звонит. Пришлось тайно посылать придворного врача, господина Отто Брештука. Оказалось, мальчик показал боцману приемчик под названием «Ножницы красотки Джолли».

— С ума сойти! Где он его освоил? — изумился капитан. Приемчик был ему известен.

— Леший его знает! Наверно, среди караульных гвардейцев, он у них любимчик… Перелома у боцмана не случилось, но вывих крепкий, пришлось загипсовать…

— Слушай, Вить, может, мальчонке нужен женский глаз и ласка? Ты больше не пробовал искать подругу жизни?

— Нет, Полли. Я не из тех, кто делает одну глупость дважды…

— А я делал ее пять раз. И всегда с грустным результатом. Хорошо, что дети не завелись, а то куда бы я с ними? Только и есть у меня двухголовая птица…

— Я читал в репортажах, что этот мальчик, Том, — приютское дитя. Счастливый билет и все такое…

— Вроде того… Теперь уже будто одна команда. Наверно, запечалимся мы с Донби, когда придется возвращать в детдом.

— Так не возвращай! — А куда девать? Я сам-то бесприютный. Найти зимний курятник для Донби и то проблема… Да и не отдадут мальчишку чиновники.

У герцога было добродушное, похожее на мятую диванную подушку с голубыми пуговицами лицо. Но сейчас оно стало серьезным.

— Поликарп Поддувало, — сказал Генрих Виктуар. — В твоем распоряжении независимое герцогство Колосовско-Забодайское (и Евро-Азиатское). В нем соблюдаются все права экстерриториальности и закон о политическом убежище.

— И даже есть пограничная стража с кольтами, — усмехнулся капитан.

Генрих Виктуар сказал, как в школьные годы:

— Типа того…

Продолжение следует.

Поделиться:

Оставить комментарий

Размер шрифта

Пунктов

Интервал

Пунктов

Кернинг

Стиль шрифта

Изображения

Цвета сайта