Свой первый футбольный репортаж он провел на… торпедном катере
![](https://tm-courier.ru/wp-content/uploads/2020/08/151367.jpg)
Зимы в поселке Слюдянка Иркутской области, наверное, до сих пор суровые. Звери дикие вокруг поселка бродят, да ветер воет. Но не этими страстями славится земля иркутская, а тем, что рождает на свет крепких людей, которым и жизнь в радость, и ветра нипочем…
В январе 1927 года здесь в семье механика и учительницы русского языка родился мальчик. Назвали его Борисом, что с греческого означает — «северный ветер». Любил Борис Слюдянку и диких зверей не страшился. Но однажды к ним в ограду пришел… медведь. Борис с родителями укрылся в доме. А медведь побродил-побродил да восвояси ушел. Тогда мальчик понял: никого и ничего не надо бояться, ведь зверь был совсем близко, а ничего страшного не произошло…
В 1937 году Алексея Мишатина, отца Бориса, пригласили работать в Тюмень в «Мелиоводстрой». Вскоре он перевелся на фанерокомбинат, где стал главным механиком. В 1940-м пришел на судостроительный завод… А потом грянула война, и отца призвали в инженерные войска.
— Он погиб в Берлине, уже после Победы, — рассказывает Борис Алексеевич Мишатин, ветеран Великой Отечественной войны, заслуженный тренер России. — Когда отец уходил на фронт, я готов был бежать следом… Да не взяли. Слишком молод был. Но… не из робкого десятка! И вскоре мы с друзьями — Мишкой Рудавиным и Волькой Карповым — решили: «Все равно будем за страну воевать!»
Тогда из Тюмени эшелоны на фронт шли, вот мы в один и забрались. Спрятались под брезентом, что пушки и другое оружие прикрывал, и в путь! Правда, в Ярославле нас с поезда сняли и домой отправили… Мы снова сбежали. На этот раз нас в Кирове «тормознули» и — опять домой. И родителей предупредили: «Если эти сорванцы снова на фронт вздумают удрать — в тюрьму посадим!»
Но все воевали, и нам хотелось! А в апреле 1943 года в Тюмень приехали матросы — в форме красивой, важные такие… За ними все мальчишки гурьбой ходили. А мы гадали: «Зачем моряки приехали?» Оказывается, набирали ребят в школу юнг!
… Так, горя желанием попасть на войну, Боря Мишатин, Лева Бурдуков (в будущем — чемпион Тюменской области по боксу) и Витя Кантышев (ныне отличник народного образования) пришли на комиссию, которая заседала в здании горкома комсомола. У дверей толпились ребята, все хотели попасть на флот. Но Боря, Лева и Витя зашли первыми.
Бурдукова спросили: «Мальчик, чего хочешь?» — «Хочу служить на флоте. И воевать!» — «А спортом занимаешься?» — «Занимаюсь!» Так и прошел комиссию…
Вторым явился Кантышев, но поскольку ростом был невысок, ему предложили «прийти на будущий год». А вот высокого, выглядевшего старше своих лет, Мишатина взяли сразу, узнав, что он и в хоккей играет, и плавать умеет.
Вскоре из Тюмени провожали с оркестром почти сто будущих моряков. Под проливным дождем шли по улице Первомайской в сторону вокзала. Ребят посадили в теплушки.
Первая остановка в Омске. Ребята подумали, что здесь вагоны отцепят, и «всех повезут на фронт». Но вместо этого появилось еще два вагона с мальчишками, и поезд тронулся дальше… И так до Владивостока, точнее, до станции Угольной, что недалеко от этого города. Там была школа младших авиационных специалистов. Возле нее расставили палатки. После отправились по мандатным комиссиям. Мишатина спросили: «Кем хочешь быть: стрелком-радистом, механиком?» «Я моряком хочу быть!» — гордо заявил юноша. На что услышал: «Вы прибыли в морскую авиацию, и у нас кораблей нет!»
Тогда Борис решил бежать во Владивосток.
— Таких «любителей флота» набралось человек сто. Но убегать не пришлось, начальство решило в нашу пользу: «Отвезем ребят во Владивосток на остров Русский. Пусть там служат». И отвезли… А там были и электромеханическая школа, и школа связи, и школа оружия. Меня зачислили в последнюю, где я стал учиться на торпедиста. И форму выдали — бескозырку с лентами, тельняшку, ботинки… Правда, все на несколько размеров больше. Но никто на это внимания не обращал. Все были рады: «Теперь мы настоящие моряки!»
В начале 1944 года нас распределили по военным частям морского флота. Я попал в первую Краснознаменную бригаду торпедных катеров. Здесь, кстати, и провел свой первый радиорепортаж! Стояли как-то наши катера на одной маневренной базе (это все равно, что на границе стоять и смотреть, чтобы чужой корабль не прошел). Порой по две недели на одном месте дежурили, потом нас сменяли… А пока стояли, пришла мне в голову идея. Говорю нашему радисту: «Колька, включи громкую связь и дай мне микрофон!» Раньше я часто слушал спортивные репортажи Вадима Синявского, поэтому коечто в этом понимал. Получил микрофон, вышел на палубу и начал: «Внимание! Говорит Москва! Наш микрофон установлен на столичном стадионе «Динамо». Начинается матч на первенство СССР между командами «Спартак» и «Динамо». Стадион в Петровском парке полностью заполнен болельщиками!..»
Верхнюю палубу я представляю как «Спартак», нижнюю — как «Динамо» и начинаю выдумывать ход игры… Моего запала и юмора хватило для того, чтобы увлечь матросов даже с соседнего катера. Помню, те сигналят: «Ребята, мы весь радиоэфир обыскали, а футбола нигде нет! Скажите, где эта волна?» Наши расхохотались: «Да не радио это, а наш салага балуется!» Да, для меня это баловством было, а для старших — хорошая психологическая разрядка и хоть какая-то радость…
Впрочем, скоро пришла общая радость. В мае 1945 года моряки узнали о победе. Пускали салюты, пели песни… Но оказалось, что война не закончилась. В августе была объявлена боевая тревога. Командир сказал: «Началась война с Японией! К утру все катера должны быть наготове…»
— Однажды десантники и моряки, возглавляемые капитаном третьего ранга Пантелеевым, сошли на берег, чтобы помочь пехотинцам принять пленных. Вошли в здание японского авиаполка. Пантелеев шел впереди. Вдруг перед нами появился японец с карабином, направил штык на командира. Но я опередил врага, срезал его автоматной очередью. Пантелеев тогда сказал: «Сынок, ведь ты мне жизнь спас!»
За спасение командира и получил Борис Алексеевич медаль Нахимова.
В Тюмень он вернулся в 1950 году. Окончил Свердловский физкультурный техникум, позже возглавил городской спорткомитет, тренировал футболистов и конькобежцев, стал заслуженным тренером… Все давалось ему легко, потому что к любому делу относился с любовью.
… 9-го мая Борис Алексеевич обязательно пойдет на парад. А еще из Москвы к нему обещал приехать внук Боря, встречи с которым он всегда ждет с нетерпением.
***
фото: Борис Алексеевич Мишатин