Дверь в неведомый мир
Представьте себе, что вы — в незнакомой стране.
Вокруг много людей, они общаются, разговаривают друг с другом, даже поют, а вы не понимаете ни слова. Вы пытаетесь сказать, а вас не слышат. Ужасно. Я однажды оказался в такой ситуации в городе Сантандер на севере Испании — большей беспомощности никогда не испытывал.
Николай Коляда и его студийцы открыли нам двери в Зазеркалье, в мир глухонемых. Оказалось, что этот мир такой же, как наш — мир говорящих и слышащих. Только вместо звуков — жесты. Такие же выразительные, чувственные. И великий режиссер, встав перед залом, даже попытался нас научить этому языку.
— Я… вас… люблю. — Коляда повторяет три слова. А жестов — четыре: к себе, к залу, к губам и к сердцу. — Вот единственное, что я смог выучить, — говорит режиссер.
То, что было на сцене, — не просто перевод популярных сто лет назад шлягеров на язык жестов. Это целый театр жестов с молодыми и, как уже можно заметить, одаренными актерами. Николай Коляда, режиссер и драматург, сумел развернуть каждое жестикулирующее песнопение в законченную мизансцену.
Я разговаривал с Колядой после спектакля и восторгался увиденным-услышанным. А он, благодаря, чуть-чуть снижал тон: «Они еще на третьем курсе.»
Как понимать? Не все еще могут? Или — погодите, вот развернутся в полном блеске, ужо тогда?
И все-таки — о чем они, эти старые песни о главном? О каком главном? О том, что содержится в довольно-таки простоватеньких в большинстве шлягерах типа «Пикадилли» или «Зеленоглазое такси», или «Последняя электричка»? Рискну предположить, что талантливый и тонкий драматург Коляда вкладывает совсем другой смысл в слово «главное». Помните формулу счастья из тоже старого фильма «Доживем до понедельника»: счастье — это когда тебя понимают.
После спектакля ко мне подошли две глухонемые женщины, они бывали в нашей редакции. Они очень хотели узнать: понравился ли мне спектакль? И так хорошо улыбнулись, когда услышали: понравился.
***
фото: «Ах, эти тучи в голубом…», исполняет Анна Данилина.