Капитаны, боцманы и юнги нефтяных морей
![](https://tm-courier.ru/wp-content/uploads/2020/08/516621.jpg)
— Молодежь не идет на завод, потому что здесь шум, грязь. И железо им тягать тяжело. Держатся максимум пять-шесть лет, потом увольняются, — с грустью говорит Борис Хаметов, бригадир сварщиков завода «Гром».
Хаметов трудится здесь 18 лет, и, конечно, для него пятилетний стаж — не достижение. До того работал в цехах подготовки и перекачки нефти на сургутских месторождениях — Федоровском, Быстринском, Лянторском. И на вопрос, пришлось ли переучиваться для работы в тюменских цехах, может с полным правом махнуть рукой: «Я и так все знал!»
В сварочном цехе бригадир контролирует качество изготовления металлических емкостей, поставляемых заводом на месторождения. На станке, состоящем из нескольких валов, напоминающих приспособление для отжима на старых стиральных машинах, плоские листы металла загибают в цилиндры, сваривают края и соединяют с другими частями — так и получаются резервуары емкостью от трех до ста кубов.
Хаметов измеряет объем изделий в «кубиках». Невысокий, моложавый, он доверительным и немного заговорщицким тоном рассказывает о заводе и его изделиях, сыплет терминами, демонстрирует чертежи изделий. Видно, что бригадиру нравится работать на заводе, быть его частью. Сообщает, что и в кризис не сидели без дела. Затем энергично тянет нас в сторону склада, чтобы показать готовые емкости. Самые крупные из них, стоящие перед воротами цеха, напоминают подводные лодки перед спуском на воду. Тем более, что на борту — грозная надпись «Гром» (аббревиатура от полного названия завода — геологоразведочного оборудования и машин). А бригадир на таком фоне словно капитан!
Начальник отдела маркетинга и коммерции Сергей Мурзин ценит опыт специалистов вроде Бориса Габбасовича, но подтверждает, что дефицит молодых кадров очень ощутим.
— Странно, вроде и зарплата сейчас нормальная, и станки новые закупаем, но молодежь упорно не хочет работать на заводе, — недоумевает маркетолог. — А хотят они, очевидно, сразу заработать миллион.
— А еще лучше — получать много, ничего при этом не делая, — с усмешкой добавляет Хаметов.
Оператор Сергей Балыбердин, напротив, хотел бы выполнять больше работы. На его фрезерном станке с ЧПУ можно изготовлять матрицы, пресс-формы для других станков, а приходится вытачивать банальные втулки.
Нехитрые на вид предметы, которые выходят из рук Сергея — части более сложных механизмов — шаровых кранов, превенторов, запорных устройств. Той продукции, что с 1979 года выходит из механического цеха завода. Сергей трудится здесь с 2004-го, ему не больше тридцати лет, и, наверное, молодостью можно объяснить его некоторую мечтательность и тягу к творчеству.
Через проход от него Василий Яркин вытачивает шары. Тот на монотонность не жалуется, говорит, что любит стабильность. Правда, он в полтора раза старше, чем Балыбердин.
Может быть, молодые рабочие, на самом деле, жаждут не огромных денег, а творчества, или, по крайней мере, более интересной работы?
Термист Владислав Шумилов для себя этот вопрос решил. Он опускает в вертикальные печи детали, где они нагреваются до тысячи градусов, затем окунает их в воду. Обстановка на его рабочем месте — как в какой-нибудь средневековой кузнице. Развешаны корзины из прутьев черного металла, внутри необработанные, такие же черные детали. От закрытых шахт идет жар. Улыбчивый Владислав, в шапке, сдвинутой на затылок, похожий на Робина Гуда, рассказывает, что учился в Омске, и там приходилось иметь дело с соляными, вакуумными печами — теми, где закаливают детали для космических кораблей и подводных лодок — настоящих, а не напоминающих их бочек. Однако уже во время учебы понял, что спрос на такую продукцию падает — «оборонная отрасль разваливается».
Здесь, на «Громе», термист нашел то, что искал — работу по специальности, а главное — стабильность.
***
фото: Завершается сварка резервуара;Термист Владислав Шумилов;В сварочном цехе;Оператор ЧПУ Сергей Балыбердин;Готовые емкости на складе;Оператор Василий Яркин;Бригадир Борис Хаметов.