Где та молодая шпана, что сотрет нас с лица Земли?
![](https://tm-courier.ru/wp-content/uploads/2020/08/1416606.jpg)
Перед тем, как назначить встречу с главным художником Тюменского театра кукол Сергеем Перепелкиным, мы в редакции совещались: о чем с ним лучше поговорить?
Ведь без пресловутого информационного повода журналисты, подчиненные законам мира новостей, к художникам ходят куда реже, чем хотелось бы. Разве что, когда грядет юбилей или открывается персональная выставка. Или даже — юбилейная персональная выставка.
Только вот художники, подумали мы, никакими юбилеями не ограничены. Они работают изо дня в день круглый год. Так что и говорить с ними — и с Сергеем Перепелкиным тоже — будем обо всем. Нам кажется, так интереснее.
О своей работе
Перепелкин: — Я заметил, что интерес ко мне имеет пятилетние пики. В 50 был, потом 55, следующий, видимо, в 60 будет, но вы попали в промежуток. Цифры страшные, пугают меня.
А я по-прежнему работаю главным художником в Тюменском театре кукол. Пришел в 1991 году — временно. Тогда казалось, что это место не предел мечтаний, но вот. задержался. В этом году могу отмечать официальные 25 лет работы главным художником. А до театра был художником-оформителем, дизайнером и полиграфистом в ДК «Геолог», в должности заведующего мастерской. Коллектив там был роскошный, все сейчас заметные и известные в нашем городе художники: Саша Прудников, Таня Вершинина, Саша Чемакин, Таня Латышева, Аня Матусина.
А меня сюда забросило. Сначала у меня было эйфорическое состояние. Здесь было так здорово! И это состояние «блаженного идиотизма» продолжалось несколько лет. Мне очень понравилось в театре, а то, что я тогда делал, было, большей частью, полной фигней, сейчас могу это сказать.
— Ведете счет поставленным спектаклям?
— Больше шести десятков уже. С точного счета сбился года три назад. Одни спектакли переставлены в других городах. Другие не знаешь, как считать, потому что они в соавторстве: например, с Ольгой Трофимовой у нас есть несколько совместных работ. Как акварелист Ольга, конечно, лучшая. Теперь она и сама главный художник в театре Тобольска. В прошлом году мы умудрились сделать совместную выставку «Триплет» в Тобольске по инициативе руководства Тюменского концертно-театрального объединения. На троих: Ольга была куратором, еще я и Леша Паненков (главный художник драматического театра).
Мои работы есть и на выставке картин членов Тюменского отделения Союза художников, которая сейчас как раз заканчивается в Голландии. Потом она переедет Германию. На мой взгляд, достойная выставка получилась.
А недавно мне вернули работы с выставки в художественной школе имени Митинского, я в ней учился. У школы в прошлом году был юбилей. В общем, богатый на выставки был год.
О сценографии
Перепелкин: — Официально в нашем городе живут и работают три театральных художника. Кроме нас, условных старичков, подрастает Света Божко, заведующая бутафорским цехом нашего театра. Она работает со страшной силой, много спектаклей уже наваяла. Я вижу в ней перспективу и ее интерес к профессии. Иногда оформляет спектакли Саша Чемакин.
На самом деле, массивная структура ТКТО не очень располагает к экспериментальным проектам. Новые сценографы рождаются в маленьких театрах, где есть возможность попробовать свои силы. Большой театр не может дать им серьезный проект и рискнуть большими деньгами. На самом деле, я тут небольшой эксперт. В силу своей замкнутости в нашем театре я мало вижу молодую поросль. кроме Светы.
— На театральной площадке «Космоса» эти новые сценографы могут вырасти?
— Наверное. Когда была Люба Лешукова в «Мимикрии», то заметно было движение, были интересные идеи. Сейчас — не знаю. В драмтеатр, кроме Алексея Паненкова, все художники приглашаются из других городов, а желания выращивать своих, наверное, нет. И вообще, сценография — очень своеобразный жанр. Я люблю по этому поводу цитировать сценографа Эдуарда Кочергина: «Театральный художник, это свой среди чужих, и чужой среди своих».
Да и мало в Тюмени театров для такого большого города.
Мое мнение: из большого драматического театра можно было легко сделать три нормальных театра, и появилась бы конкуренция, какая-то творческая активность.
О музее
Перепелкин: — Новое здание музея мне показалось интересным пространством, без особой помпезности. Мода ходить на концерты, спектакли и музеи захлестнула не только наш город. Вообще в России бум классического искусства. Искусство в тренде. Или люди соскучились. Не знаю, но это однозначно хорошо.
Но в музее важно заниматься фондами. Я вот не очень понимаю, почему Тюменская область — довольно богатый субъект РФ — не покупает картины на аукционах «Сотбис» или «Кристис». Вот сейчас, например, продаются работы Рубенса. Это могло стать большим событием и подстегнуть интерес к музею.
Сейчас прорыв произошел в экспозиционной деятельности Тюменского отделения Союза художников. Они выдают выставки одну за другой. Молодцы!
Хорошее впечатление произвела на меня выставка «Работа никогда не завершается»: умная, современная, здорово сделана, и художники замечательные. Кто посмотрел — молодец, тому повезло, а кто нет — ну что ж, до другого раза. Это настоящее современное искусство. А то, чем занимаемся мы здесь, в Тюмени, это большей частью традиционное искусство.
— Когда вы только учились рисовать, каких художников любили?
— Я же не вполне нормальный художник, я же несостоявшийся искусствовед. Это многое меняет. В младые годы все мы любили авангард. У меня, конечно, были свои приоритеты. С годами пристрастия изменились. Я стал более всеядным. Мне сейчас все нравится: авангард люблю, концептуальное искусство, традиционное. Может, скоро к искусству соцреализма начну хорошо относиться.
Об экспериментах
Перепелкин: — На этот год у меня две постановки: спектакль «Кошкин дом» с главным режиссером Сергеем Грязновым и первая моя работа с Антоном Нестеренко. Антон сейчас учится на режиссера, думаю, это будет интересная работа.
— Что такое в вашем понимании театр будущего? Новые технологии?
— Проблема не в технологиях, они осваиваются активно. Сейчас в содержательной части больше сложностей. О чем говорить, чем привлечь? Я не уверен, что мы говорим в своих спектаклях с детьми. Всегда было ощущение, что говорим с их педагогами или родителями. А с технологиями все нормально.
— Расскажите о своих экспериментах на сцене. Что было самым смелым?
— Самый экспериментальный период был, наверное, в первые годы работы в театре. А в 2017 году я дебютировал как драматург со сказкой «Гусенок». У меня есть еще пара экспериментальных пьес и одна теперь поставлена. Мне кажется, она получилась. Я даже песенки для этого спектакля написал.
О молодых
— Eсть ли у вас планы сотрудничества с актерской кафедрой?
— Я им помогаю, но какой-то большой нужды во мне у них не вижу. Они и так прекрасно со всеми спектаклями справляются. Недавно был на их постановке «Оскар и Розовая дама», замечательный спектакль и отлично оформлен!
А вообще, я молодежь не очень люблю, общаться тяжело. Когда я еще преподавал в институте, Марина Жабровец (профессор кафедры режиссуры ТГИК) говорила: «К студентам приходишь — они заряжают тебя». А я от них как выжатый лимон всегда уходил. Наверное, для этого надо родиться педагогом.
— Какое впечатление на вас производят молодые живописцы, недавно принятые в Союз художников?
— Знаю только, что это выпускники худграфа нашего университета и института дизайна. Я мало видел их работу, только сейчас начинаю знакомиться. Они очень разные по качеству и уровню. Eсть уже готовые художники, к примеру — Алена Головырских, Настя Сухова и еще несколько ребят, которые поддерживают традиции Союза.
Они, может быть, даже крепче технически, чем мы в их возрасте. Но. молодой шпаны, что сотрет нас с лица Земли, я не вижу (перефразирует строчку из песни Бориса Гребенщикова).
***
фото: Афиша спектакля;Одна из работ маслом;Женский портрет к выставке, посвященной 8 марта;Эскиз;Сергей Перепелкин.