Весну позвали, теперь придет!
![](https://tm-courier.ru/wp-content/uploads/2020/08/1455864.jpg)
По тюменской народной примете, если вы встретили женщину в русском сарафане и с коромыслом на плечах, значит, вы оказались на ежегодном фестивале «Славянский базар».
В выходные в технопарке прошел пятый по счету фестиваль «Славянский базар». В течение двух дней взрослые и дети гуляли по ярмарке, обучались ремеслам, водили хороводы и, по славянской традиции, звали весну.
Последнее, надо признать, очень кстати — зима слишком медленно покидает Тюмень.
.Базар, даже если он называется славянским, на то и базар, чтобы привлекать внимание всякой публики, вне зависимости от этнической принадлежности. Тем более, что ярмарочные торговцы предлагали столько разных товаров: колбасы, мед и прочую снедь с частных подворий, растительное масло ручного отжима, лоскутные одеяла, корзины из лозы, тканые ковры, вязаные шарфы, плетеные кружева, женские украшения и детские игрушки ручной работы, да и много чего еще.
А главное, мастера да мастерицы вовсе не старались сохранить в тайне секрет своего рукоделия. Напротив, проводили мастер-классы. Даже тем, кто мимоходом задавал вопросы, отвечали обстоятельно, предлагали попробовать самим.
Вокруг ткачихи Татьяны Клыковой постоянно толпились женщины и девочки-подростки. Интересно же следить за тем, как под ловкими руками растет ковер!
— Настольный ткацкий станок нужен, чтоб мастерить половички из так называемой текстильной пряжи — полосок ткани, на которые режут пришедшие в негодность вещи, давая им вторую жизнь, — объясняет искусница. — Eсли стирать вручную и реже, такие половички могут служить нескольким поколениям одной семьи. Например, у меня дома есть половичок, который ткала моя бабушка в 1934 году. Жаль, что, когда она хотела меня обучить, мне было неинтересно.
Но два года назад на таком же фестивале «Славянский базар» Татьяна Клыкова села сфотографироваться за большой ткацкий станок — экспонат из института культуры. И почувствовала, как руки сами тянутся к работе, словно в ней проснулось наследие бабушки-рукодельницы.
— Я попросила родных на день рождения подарить мне настольный ткацкий станок. И с тех пор занимаюсь любимым хобби: плету коврики, шарфы и настенные панно, — кончает рассказ Клыкова.
А вот к мастерице Eвгении Крайс подходить отваживались не все любопытствующие — больно трудное ее рукоделие. — Да, вы верно поняли. Это — коклюшки, на них наматывают нитки для плетения «подушечного кружева», — отвечает она на мой неуверенный вопрос.
Женщина, сидящая рядом с ней, сосредоточенно перебирает в руках четыре деревянных катушки, выплетая из тончайших разноцветных нитей какой-то простенький узор. Видно, что даже он с непривычки требует немалых усилий.
— Конечно, такое хобби всем подряд советовать не станешь, — признает Eвгения Крайс. — Я этому старинному рукоделию обучилась в детстве в родном городе Краснотурьинске в кружке «Кружевница». И еще тогда поняла, что меня такая кропотливая работа не раздражает, а успокаивает. Это как медитация — голова свободна от мыслей, а руки заняты: плетут кружевные воротники, оплетают края скатертей и салфеток. Можно, конечно, и целую скатерть сплести, но на это потребуется не один год.
Пряха Наталья Денисова, специалист центра прикладного творчества и ремесел, тоже считает, что рукоделие успокаивает. Причем не только саму мастерицу, но и всех вокруг!
— Это же колесо. Оно крутится и погружает всех, кто на него смотрит, в состояние спокойствия. Мне люди говорят: «Возле вас стоять приятно», — рассказывает она.
Прялка Наталье досталась от бабушки, а той — от прабабушки: примерная дата изготовления теряется где-то в конце XIX века.
— Тогда прялка была важнейшим аппаратом в доме. Даже не знаю, с чем бы из современной бытовой техники ее сравнить, — говорит Наталья. — Eсли есть прялка, значит, все домашние у женщины будут и одеты, и обуты. А может, и накормлены — большие мастерицы даже заказы со стороны брали.
Старую семейную прялку порой надо ремонтировать: Наталья нежно касается тех мест, где дедушка вставлял в дерево металлические штырьки, где дядя накладывал хомутик, чтоб стянуть рассохшееся колесо. Но в целом, по словам мастерицы, прялка рабочая. Долго еще прослужит.
— Теперь пряху днем с огнем не сыщешь, — рассказывает она. — А хорошей пряжи в продаже мало, так что от заказчиков отбою нет. Несут даже собачью шерсть: считается, что она лечебная. Хочется, конечно, кому-то передать знания. Было бы больше прях, мне бы легче стало. Надеюсь, кто-то из трех моих дочерей захочет заниматься рукоделием, но пока они еще маленькие. Кстати, прясть еще и полезно! Бабки наши пряли нестиранную овечью шесть, и вместе с жиром в кожу попадал ланолин, поэтому они могли прясть до глубокой старости, не страдая от болезней суставов.
Мужчины на фестивале тоже демонстрировали мастерство ремесленников. Плели ивовые корзины или, как Антон Ажермачев, вырезали по дереву.
— Вот мазыкские игрушки, их рубят топором из осины, липы, ольхи, сосны и кедра, — рассказывает он. — Они характерны для нынешней Ивановской области (бывшей Владимирской губернии). Рубить такие игрушки меня обучила бабушка. Дедушка — подарил топор. Вот я и режу по дереву много лет. Делаю еще и традиционные северные игрушки, из елки и березы. Древесина вся местная. Раньше такие игрушки делались не на продажу, а чтоб порадовать своих детей, чтоб они не плакали и могли себя чем-то занять. В принципе, и сегодня любой отец может научиться рубить игрушки, было бы желание. Такой подарок, который вы сделали своими руками, он куда ценнее. Особенно если ребенок все время был рядом и видел, что вы старались именно для него.
***
фото: Роспись деревянных игрушек ;Наталья Денисова ;Детвора лопает эко-мороженое ;Антон Ажермачев с женой Марией ;Татьяна Клыкова делится секретами ткацкого мастерства.