Воевода княжеского рода
Всем нравятся красивые. И я не исключение. Не буду лукавить: писать про улицу Воеводы Барятинского я решила почти исключительно потому, что воевода был недурен собой. Аккуратные черты лица, ровный нос, большие светлые глаза. Конечно, о таком хочется узнать поподробнее. Впрочем, состарился он ужасно — стал будто русский Квазимодо XVII века. По крайней мере мне так показалось при первом знакомстве.
…И напомнил, что пожил недаром, А всего совершить хоть не мог, Так свободу широким пожаром В сердце рабском он первый зажег. Это строчки из поэмы «Стенька Разин» Владимира Гиляровского. В советское время фигура Разина, лидера народного бунта, была героизирована и романтизирована в соответствии с идеологией. Несмотря на противоречивость его восстания, оно преподносилось как предвестник Октябрьской революции полуторавековой давности. В 1670 году донской казак Степан Разин организовал поход на Волгу, который принял характер крестьянской войны. Eго победоносное шествие, поглотившее Астрахань, Царицын, Саратов и Самару, потерпело поражение у стен Симбирска. Победил его полк князя Юрия Барятинского. В своем веке герой Русско-польской войны 1654-1667 годов был признанным военачальником, но для советской власти фигура Барятинского оказывается вроде как неудобной, так как он победил народного бунтаря Разина.
Кристина Сенцова
Про Барятинского в нашем городе вспомнили весной 2014 года, когда решили назвать в честь него одну из улиц в бывшей деревне Комарово. Переименование было обусловлено тем, что деревня вошла в состав города, и во избежание дублирования названий улица Лесная стала улицей Воеводы Барятинского. Немного неожиданно, на мой взгляд.
Представим, что мне восемь лет, я живу на улице Воеводы Барятинского, и в школе задают написать про мою улицу. Логично предположить, что мама взялась бы мне помочь, начала бы искать в интернете, и первый, на кого она бы наткнулась при поиске, — князь Юрий Никитич. Мы бы скопировали всю информацию, и я бы гордо прочитала строчки из поэмы Гиляровского о человеке, которого победил воевода моей улицы. Пятерка и уважение одноклассников были бы обеспечены. Только я не в школе и могу позволить себе поиск более глубокий.
Кристина Сенцова
Во-первых, тот, кого я оскорбительно назвала Квазимодо — это Степан Разин. Во-вторых, портрета князя Юрия Барятинского история не сохранила. В-третьих, нужный нам Барятинский вообще не Юрий.
Рюрикович в двадцатом колене
Род Барятинских происходит от князя Александра Мезецкого, владельца волости Барятин в Мещовском уезде (ныне Калужская область). Племянник князя, правнук и внучатые племянники все были воеводами. Одного из них выкупил из литовского плена Иван IV, другой слыл сторонником Лжедмитрия II, а также был послом в Крыму, Швеции (он же успел построить остроги и заложить города Сургут и Березово), еще один после жизненных трагедий постригся в монахи Даниловского монастыря.
Кристина Сенцова
В попытках разобраться с родословной Барятинских, где каждый был воеводой, я узнала, что красивый молодой человек с взволновавшего мое воображение портрета — Александр Барятинский, начальник штаба Кавказской армии в Крымской войне 1853-1856 годов, кавалер всех российских орденов. А Барятинский, которого ищем мы, — Григорий Петрович, Рюрикович в 20-м колене, живший при правлении первых двух царей из рода Романовых: Михаиле Федоровиче и Алексее Михайловиче. На свадьбе у последнего он следовал за санями государыни Марии Ильиничны (первой жены). Григорий Барятинский был старший из трех сыновей князя Петра Андреевича, брат воевод Семена и Федора Горбуна.
Год рождения неизвестен. Но осенью 1606 года воевода Григорий Барятинский участвовал в столкновении царских войск с участниками крупного крестьянского, казацкого и дворянского бунта под предводительством «большого воеводы» Ивана Болотникова под Калугой. Под контролем мятежников находилось более 70 городов. В 1607 году он давал показания об этом перед судьями Разрядного приказа: «Как колужане заворовали, царю Василию Шуйскому изменили, а его (Григория Барятинского) посадили на год в тюрьму, а затем послали под конвоем к лжецарю Петру (Илейке Муромцу) в Тулу».
Следующие десять лет покрыты мраком, но известно, что в 1619 году Григорий Петрович находился в столице при обороне города от войск королевича Владислава, за что получил поместье Федотово в Московском уезде. С 1620-1621 был воеводой в Яранске.
Кристина Сенцова
В 1635 на протяжении года охранял Алатырскую засеку, возведенную для защиты от набегов. Она располагалась по Алатырскому лесу и шла до впадения реки Инелей в реку Алатырь (ныне это Чувашская республика). В 1637 командовал передовым полком на Михайлове. По плану обороны Москвы ведал участком от Сретенской улицы до Яузы. Был головою у городовых дворян на церемонии встречи крымского посла в конце мая 1638 года. А в конце декабря того же года был назначен воеводой в Тюмени, где с 1639-1642 год устраивал крепость. Эти три года и обеспечили ему вековечную славу в названии комаровской улицы.
Шло первое столетие города, тюменские укрепления состояли из города и острога и в 1627 году насчитывали двенадцать башен. Все здесь было рублено из дерева: церкви, казенные дома, избы. Но укрепления строились наскоро, из сырого леса, поэтому они быстро приходили в негодность и начинали гнить из-за подмывания водой Туры и Тюменки. Eще одной предпосылкой к строительству новых укреплений послужил набег ойратов в ноябре 1634 года, когда они едва не взяли город. Так вот при воеводе князе Григории Барятинском город был полность перестроен. Воевода укрепил центральную часть города и обнес стенами Ямскую и Кожевенную слободы. Впервые острожной стеной окружены и расположенные за Турой Бухарская и Татарская слободы. Когда военная угроза сошла на нет, ремесленники начали развивать кузнечное, колокольное, мыловаренное и кожевенное производство. Почти все держали коров, лошадей и овец.
В 1644 году Григорий Петрович был назначен воеводой в Тулу, в 1645 году — судьей Холопьего приказа, в 1646 и в 1648 вторым воеводой в Новгороде. Он был бездетен, и, после его смерти в 1652 году поместье Федотово досталось его племяннику, князю Федору Семеновичу.
Ни в сказке сказать, ни пером описать
Необычно была связана жизнь воеводы Григория Барятинского с невестами царя Алексея Михайловича и нашим городом. Царю было 18. Eго фаворит и главный воспитатель боярин Борис Морозов решил, что пора бы Алексея и женить. Из двухсот претенденток отобрали ему вельможи шесть девиц. 14 февраля 1647 года красавицы были представлены завидному жениху. Самой красивой была Фима (Eвфимия) Всеволожская, дочь Касимовского воеводы Рафа Федора Всеволожского. В 1887 году на полотне «Выбор невесты царем Алексеем Михайловичем» Константин Маковский представил кульминационный момент церемонии смотрин, когда юный царь, глядя на склонившуюся в легком поклоне Всеволожскую, собирается сделать свой выбор. Конечно, согласно писаниям, это была любовь с первого взгляда.
Из книги «Касимовская невеста» беллетриста Всеволода Соловьева:
«Eе голова опущена, виден только убор, низанный жемчугом. Но вдруг, словно перед бедой какой или радостью нежданной-негаданной, забилось сердце Алексея Михайловича. «Да подыми же, подыми голову», — мысленно повторял он в непонятном страхе и непонятном блаженстве. И она подняла голову, и встретились глаза их. Ничего и никого с этого мгновения не видел он Глядел — не мог наглядеться. И теперь он все понял. Вот она, вот кого так долго, во все эти тревожные дни и ночи, с такой истомой ждал он… вот та, что терзала, грезилась ему днем и ночью. вот кто являлся ему всюду и смущал и томил его. ОНА… она мешала ему жить, как жил он прежде. Без нее тосковал он среди забав своих любимых. Без нее тошно было глядеть ему на свет Божий. Она, ее ожиданье, ее чудный образ мешал ему молиться! Да, это она, он узнал ее!»
Во время обряда наречения царской невестой Фима упала в обморок: помимо того, что на девушке был тяжелейший наряд, ожерелья, серьги, перстни, ей невыносимо туго, до головной боли, стянули волосы в косу. Фиму и ее семью сразу обвинили в сокрытии немочи падучей (эпилепсии) и решили сослать подальше. Не заступился за нее жених. Говорят, испугался, что против такого брака восстанет вся земля Русская.
Кристина Сенцова
Момент падения Фимы запечатлел на своем полотне «Касимовская невеста» Алексей Лейбен в 1957 году.
Фима, ее отец, мать и брат были сосланы в Тюмень в 1647 году. Приехали они, получается, в недавно отстроенный воеводой Григорием Барятинским сибирский город. С собой у них был приготовленный невесте к свадьбе постельный убор: пуховик в камчатной червчатой наволоке, подушку, ковер под постелью, скамейку сафьянную и богатое одеяло из кизылбашской золотной камки на соболях с горностаевой опушкою. Оставили ей перстень царский и платочек. Через два года ее отца назначили воеводой в Верхотурье, а еще через три — в Тюмени, но к моменту, как пришел приказ, он скончался. Всеволожским позволили вернуться в свое поместье в Касимов, но запретили выезжать в любые места без царева указа. Eвфимия так и не вышла замуж, несмотря на то, что к ней сватались женихи из высших сословий. Говорят, она сберегла платочек и кольцо, как память ее обручения с царем. Умерла в возрасте 26 лет. В 1665 году Алексей Михайлович подарил церкви Рождества Богородицы, где молилась Фима, напрестольный серебряный крест. В 1700 году церковь сгорела, и через четыре года на ее месте построили первый каменный храм Тюмени — Благовещенский. Серебряный крест хранился там до 1932 года, пока храм не взорвали. Реликвию переместили в краеведческий музей. К слову, там, где была церковь, теперь начинается мост Влюбленных.
Фима была не единственной царской невестой в ссылке. За двадцать лет до этого первая невеста Михаила Федоровича, отца Алексея Михайловича, также стала жертвой интриг и была сослана в Тобольск.
…Год горевал царь Алексей Михайлович, а 16 января 1648 года обвенчался с Марией Милославской. Именно с ее отцом боярин Морозов вошел в сговор, дабы не дать царю жениться на Фиме. Он же потом взял в жены сестру Марии Анну, чтобы официально породниться с царской семьей.
А на свадьбе царя следовал за санями государыни бывший тюменский воевода Григорий Барятинский.
На улице
Когда я приехала на улицу, я еще не знала историю про Фиму и царя Алексея, поэтому образ Григория Петровича не был у меня до конца сформирован. Ну, воевода и воевода. Я чувствовала себя словно ребенок с палкой, который ковыряется в луже ради развлечения. Надо же было выбрать улицу просто из-за портрета ее героя, который к тому же оказался ложным! Очень по-девичьи. Я даже бросила писать этот очерк, пока случайно не оказалась на соседней улице. Мы ехали в сторону Салаирского тракта, а не спрашивайте, как оказались на Червишевском (ровно на противоположной стороне города). Когда я открыла карту, чтобы понять, как оттуда выбраться, то увидела, что мы находимся буквально через два поворота от улицы Воеводы Барятинского.
Она находится в Комарово и берет начало от улицы Комаровской, пересекает Стрелецкую и Ольховый проезд. Улица имеет форму зеркальной буквы Г, то есть, поворачивает налево и плавно перетекает в улицу Голышмановскую, которая на карте сливается с улицей Ильи Кургузова. Eе длина 548 метров. Рядом строится жилой комплекс «Ботаника». А пока там, как почти в каждом частном секторе, дома балансируют на грани между нищетой и роскошью. Вот деревянный просевший домишко, а буквально через десять метров двухэтажный особняк. Но встречает посетителя улицы детская площадка с качелями и турниками и… заброшенным колодцем посередине. Далее идет деревянный дом под номером 4 с красивыми наличниками. Дом под номером 3 двухэтажный: первый этаж кирпичный, а второй деревянный. К дому номер 5А подъезжает машина, и оттуда выходят три женщины. Одна из них даже знает, кто такой воевода Барятинский и какое отношение он имеет к Тюмени.
— Откуда вы это знаете?
— Я все знаю!
К сожалению, мне не удалось выяснить, что еще ей известно. Они торопились копать картошку.
У некоторых домов трудно разглядеть номера, потому что их закрывают пышные рябины. Мое внимание привлекает деревянный домик, у которого вместо наличников пластиковые окна. На подоконнике виднеются цветы и два обнимающихся резиновых зайчика. Угловой дом по четной стороне деревянный, с железной надстройкой на втором этаже, у которой выбиты окна. Повернув налево, можно увидеть длинный деревянный дом, посередине которого кирпичная пристройка, а за оградой куры. Следующий кирпичный особняк (их даже два на территории) охраняют милые чучела, похожие не на те, которыми отпугивают ворон, а на тех, которые сжигают на масленицу. Охраняет ли каждое их них свой дом?
Меня обгоняет машина и паркуется около дома 38А. Это Александр с улицы Комаровской приехал за Жаклин Маркеловой.
— Алло, Жаклин, выходи, у меня тут интервью берут.
— Издеваешься надо мной? -слышен голос в трубке.
— Выходи!
— Я тебе сейчас дам!
Я было уже испугалась, что Жаклин даст и мне, но это оказалась миниатюрная девушка, которая однако мотогонщица. С Александром они познакомились на соседнем перекрестке — проезде Ольховом. Как-то ночью она шла домой от бабушки, а он возьми и притормози рядом с ней на мотоцикле. Жаклин испугалась.
— Отшила я его. Год за мной бегал. Мы оба электроэнергетики. Я не понимала одну тему, он предложил объяснить. Благодаря ему я сдала трансформаторную курсовую работу. Он хороший. Добрый.
Фотографироваться они, правда, не захотели.
— Пока не муж — не буду! — гордо заявляет Жаклин.
В доме она живет уже лет восемь. Они с семьей сами его построили. Раньше, еще десять лет назад, тут было поле.
Их сосед Александр Беседин живет на улице Воеводы Барятинского с 1991 года. Я застала его в момент, когда он стоял на стремянке и чинил водослив. Говорит, что счастливых воспоминаний, связанных с улицей нет: «Нас третируют! То сообщают, что расширяют, то мы под красную линию попадаем. Живем как на пороховой бочке. Я 20 лет строил дом, а возьмут и скажут, что попадаем под снос и что тогда? Кухарук обещал позаботиться, но уехал».
Как вы помните, вначале я много прочитала про воеводу Юрия Барятинского. Мне казалось, что этот очерк будет словно захватывающий приключенческий роман о лихих сражениях, кавалерийских походах, череде славных побед светловолосого красавца XVII века. Но получилось все совсем не так. Впрочем, с веком я не ошиблась. Кто для меня воевода Григорий Барятинский? Во-первых, в моем воображении у него каштановые, а не светлые волосы, темные усы, твердый взгляд, в котором внимательный человек заметит отблеск грусти. Он всегда громко, даже слегка агрессивно ставит пустой стакан на деревянный стол, но по натуре добр и задумчив. Смутное время бросает князя по всей карте царской России, и везде он одинок, и везде у него одна цель — укреплять, возводить, строить. Он как эдакий старший брат, смирившийся со своей судьбой всегда защищать слабых. Или он в некотором смысле сторонний наблюдатель, серый кардинал. Всегда идет где-то сзади, но ловит каждую мелочь. Ничто не ускользнет от его проницательного взора. А сам он никогда не лезет не в свое дело. Интересно было бы узнать его мысли о том, что он построил город для одной из царских невест, а затем сопровождал к трону другую. Это ведь такое любопытное трагическое стечение обстоятельств. Ой, а вдруг, если бы его вернули воеводой в наш город, он влюбился бы в Фиму, а она в него, и тогда, тогда… Да, какая разница, ведь история не терпит сослагательного наклонения. Но почему у нас нет улицы Eвфимии Всеволожской? И снесут ли дом Александра Беседина?
Информация о роде Барятинских взята из Славянской энциклопедии XVII века.
***
фото: 2. Вовсе не Барятинский; 3. «Касимовская невеста» работы Алексея Лейбена;4. Константин Маковский «Выбор невесты царем Алексеем Михайловичем»;5. Александр Беседин; На улице Воеводы Барятинского в Тюмени.;