Десять тысяч и одна история
Всемирный день больного стал поводом для серьезного разговора о проблеме, которую многие до сих пор предпочитают замалчивать. Вчера в Доме журналистов собрались эксперты, чтобы обсудить доступность помощи при алкогольной зависимости.
Цифры, названные на пресс-конференции, свидетельствуют о переменах. Сравните: в 2010 году Россия занимала четвертое место в мире по потреблению алкоголя, а в 2025 году опустилась на 29-е. В Тюменской области на учете состоит около десяти тысяч человек, но статистика фиксирует устойчивое снижение числа отравлений и впервые выявленных случаев зависимости. Это результат системной работы, которую проводят медики и общественники.
Психиатр-нарколог Оксана Канищева начала разговор с того, что алкогольная зависимость официально считается заболеванием. «Всемирная организация здравоохранения закрепила этот статус еще в 1952 году. Сегодня мы используем термин «синдром алкогольной зависимости», который отражает хронический и прогрессирующий характер болезни. Это состояние со своими четкими диагностическими критериями — патологическое влечение, утрата контроля над количеством выпитого, развитие синдрома отмены. Зависимость разрушает организм, психику, личность человека», — подчеркнула специалист. Вопреки всеобщим представлениям, болезнь не выбирает людей по социальному статусу или уровню дохода.
Одной из главных преград на пути к выздоровлению Оксана Канищева назвала общественное осуждение, которое заставляет людей годами скрывать проблему. «Существует парадокс: человек может позволить себе появляться на публике в нетрезвом виде, но испытывает жгучий стыд при мысли обратиться к врачу. Это следствие глубокого заблуждения, что зависимость — это проявление слабой воли или распущенности. Мы должны менять это восприятие. Когда у пациента обнаруживают диабет или гипертонию, его не стыдят за это, а предлагают план лечения. Такой же подход должен применяться и к алкогольной зависимости», — убеждена нарколог.
Опыт волонтеров сообщества «Анонимные алкоголики» наглядно подтверждает все сказанное. «Мое детство прошло в семье, где оба родителя страдали алкогольной зависимостью, — поделилась Ксения Волкова. — Я росла с чувством постоянного страха и беспомощности. В шестнадцать лет потеряла маму. Eе смерть стала прямым следствием многолетней алкогольной зависимости. Самое страшное, что не нашлось людей, которые увидели бы в ее состоянии не моральный неуспех, а заболевание, требующее помощи. Eе осуждали, от нее отворачивались, в конце концов она осталась одна со своей бедой. Я была подростком и не знала, куда можно обратиться, как помочь. Теперь я точно знаю, что помощь существует, и моя задача — сделать так, чтобы об этом узнали другие».
У волонтера Павла Пермякова та же беда: мама страдала алкогольной зависимостью. «Это происходило постепенно, и долгое время мы, родные, списывая изменения на усталость или стресс. Пока однажды не стало очевидно, что это симптом болезни, которая разрушает ее здоровье и психику», — делится Павел. Семья обратилась за профессиональной помощью в областной наркологический диспансер. Мама Павла прошла полный курс комплексного лечения, (стационарная терапия в комплексе с реабилитацией) и, что особенно важно, подключилась к работе групп поддержки. «Сегодня моя мама в стойкой ремиссии. Это не значит, что путь был легким, но он показал главное — болезнь можно остановить, когда действуют сообща врачи, сам человек и его семья», — говорит Павел.
Сообщество «Анонимные алкоголики», говорят волонтеры, не альтернатива медицинской помощи, но часть долгосрочной реабилитации и поддержки ремиссии. «Врач лечит тело и психику, снимает интоксикацию, назначает терапию. А наша задача — помочь человеку заново выстроить свою жизнь, научиться общаться, радоваться и преодолевать трудности без алкоголя. Мы становимся для новичков своего рода семьей, которая понимает с полуслова и всегда готова поддержать», — объяснила Ксения Волкова. В Тюменской области сегодня действуют 25 таких групп, где каждый может получить помощь анонимно, без предъявления документов и огласки.
При этом Оксана Канищева говорит о том, что все больше молодых людей осознанно выбирают трезвый образ жизни. Они видят печальный пример старшего поколения и не хотят повторять их ошибок. «Это очень обнадеживающий тренд», — замечает врач.
Павел Пермяков подтвердил, что на собраниях «АА» наблюдает все больше молодых лиц. Причем молодые приходят не с разрушенными судьбами, а с вопросом: мне кажется, я начинаю терять контроль, что делать? Молодые быстро включаются в программу, находят единомышленников, меняют жизнь.
Оксана Канищева подробно разъяснила алгоритм действий для человека, который решился обратиться за поддержкой. «Первым шагом должен быть визит в областной наркологический диспансер. Можно записаться через мессенджер Max или «Госуслуги», а можно прийти без записи. Мы гарантируем, что время ожидания приема не превысит 20 минут. Никто не ставит на учет с порога. Сначала беседа, оценивается состояние пациента. Только после этого, с его добровольного согласия, может быть предложена комплексная программа, включающая и постановку на диспансерное наблюдение. Это открывает доступ к полному курсу лечения, включая стационарную помощь и реабилитацию, полностью бесплатно, по полису ОМС», — рассказала заведующая диспансерным отделением.
Детоксикация — лишь первый шаг. «Некоторые пациенты ошибочно полагают, что достаточно прокапаться, чтобы решить проблему. Это не так. Детоксикация снимает острое состояние, но не меняет мышление и поведение. Болезнь — хроническая, и работа над ремиссией требует времени, комплексной терапии с участием врачей, психологов и групп взаимопомощи. Главный фактор успеха — добровольное и осознанное желание пациента», — пояснила Оксана Канищева.
Эксперты единогласно отвергли идею возврата к практике принудительного лечения. «Помощь эффективна только тогда, когда человек сам хочет изменить свою жизнь. Мы можем информировать, поддерживать, предлагать варианты, но решение всегда остается за пациентом. Наша задача — сделать так, чтобы путь к помощи был максимально простым, доступным и лишенным позорных ярлыков. Алкогольная зависимость — это болезнь, и лечить ее нужно, как и любую другую, профессионально, с состраданием и верой в выздоровление», -подвела итог Оксана Канищева.