Последний красный директор
Можно ли из свинца сделать золото? Можно, говорит Александр Кореляков и рассказывает как. Он руководит аккумуляторным заводом с 1987 года. Золото они там, конечно, не делают, но, пожалуй, эти 39 лет были похожи на бомбардирование свинца нейтронами до получения благородного металла.
Может, дело еще в загадочной цифре семь, которая в западной культуре считается счастливым числом. Кореляков — седьмой директор завода. Eго стараниями маленький аккумуляторный завод СССР стал самым крупным в стране. Ни девяностые, ни кризис 2008 года не остановили его от технического перевооружения и осваивания новых видов продукции. «И у нас не было ни одного случая задержки зарплаты!» — говорит Александр Васильевич.
— Довольны ли вы собой?
— В те годы? Конечно, доволен. Я считаю, что я очень хорошо жил. У меня все получалось. Я был доволен работой, здоров. У меня были жена, ребенок, жилье. Раз в два года вместе с горными туристами ходили на Памир. Сейчас у меня уже правнук есть.
Александр Васильевич — заслуженный машиностроитель Российской Федерации, 81-й почетный гражданин нашего города. Он приехал в Тюмень по распределению на моторный завод после окончания Куйбышевского авиационного института имени Сергея Королева. «Прошел там одиннадцать должностей за одиннадцать лет. Сначала я был маленьким механиком, потом старшим механиком в цехе, потом начальником смены и так до заместителя директора завода».
— Вы предполагали, что останетесь в Тюмени на всю жизнь?
— Нет, не предполагал. Тюменский моторный завод был занесен в реестр, из которого мы, выпускники института, выбирали, куда поехать. К нам тогда приехал главный инженер Непопалов Валентин Матвеевич, объяснил перспективы, и нас почти полтора десятка согласилось ехать. В итоге в Тюмени остались трое. На заводе я один.
— Оцените город, в котором вы прожили.
— Раньше везде были лужи, я на работу ходил в сапогах. А сейчас город расстроился.
— Вы были счастливы в этих сапогах?
— Счастье — это дело такое, пусть о нем говорят другие. Я был доволен жизнью. Хороший коллектив был в 35-м цехе, специалисты со всего Советского Союза. Средняя зарплата у меня была 620 рублей. Мы, молодые специалисты, могли себе позволить раз в две недели слетать в Москву, пиво попить на Новом Арбате.
В 43 года Александр Васильевич возглавил Тюменский аккумуляторный завод. Первым делом отладил механизм предприятия, сплотил коллектив, но его главная черта как руководителя — умение решать сложные проблемы здесь и сейчас. С 1995 по 2004 год удалось реализовать программу по созданию своего «натурального хозяйства», что до сих пор обеспечивает предприятие необходимыми для производства материалами. Не менее важным вектором развития стали программы, связанные с экономией энергоносителей, снижением издержек производства, улучшением условий труда работников предприятия. Не прекращалась и работа по модернизации технической базы предприятия. В 2004-2005 годах все цеха и участки были переоснащены самым прогрессивным на тот момент оборудованием. Сегодня номенклатура выпускаемой продукции составляет более четырехсот видов аккумуляторов для автомобилей, автобусов, тракторов для тяжелой гусеничной техники, мотоциклетной и железнодорожной техники, узлов связи и газоперекачивающих установок. «Вы, может, думаете, что все мои решения, все мои усилия всегда правильные, но это не так. Все равно ты где-то ошибаешься», — говорит Кореляков. «Поэтому главное, чтобы правильных решений было больше, чем неправильных».
— И сколько процентов у вас правильных?
— 90.
— Не переживаете, что кто-нибудь скажет Кореляков нескромный?
— Скажут. И что? Завод-то работает. Eсли я скажу, что производство свинца и свинцовых сплавов в Тюмени самое крупное во всей России, вы даже не поверите. Сейчас мы осваиваем производство олова. Свинец, может, когда-то будет не нужен, а олово будет всегда нужно. Мы постоянно что-то делаем и осваиваем. Мы, например, единственный завод, кто в стране делает осаженный диоксид кремния и сульфат бария. Старший внук у меня тоже тут работает — главным инженером.
— Он лучше, чем вы, или хуже?
— Eсли по голове, то он повыше, а если по характеру, то он пожиже — из сегодняшней породы, которая всему верит. Я, например, выросший на моторном заводе, всегда относился ко всему скептически. А он часто верит. Я воспитываю.
Логотип аккумуляторного завода — лось. И даже к этому Александр Васильевич приложил руку. «Сперва хотели сделать медведя, но их по стране уже было семь тысяч в разных видах, а лосей только три. Я взял книжку внука, вырезал картинку и пририсовал аккумулятор. Одобрили».
Помимо промышленной деятельности, Александр Васильевич был депутатом областной и городской думы. В третьем созыве (1999-2003) он возглавлял бюджетную комиссию.
Кристина Сенцова
«Наша комиссия убедила, что надо формировать бюджет не котловым методом, то есть кучу денег — туда, кучу — сюда, и непонятно — куда, а требовать бюджетную роспись. Чиновники в ответ решили устроить саботаж. И месяца три мы не могли утвердить бюджет. Журналисты тогда писали, что из-за депутатов якобы врачи и учителя что-то недополучают. Но мы настояли на своем. И нас поддерживал Киричук. Мы стремились к полной ясности, чтобы понимать, какая школа, больница или детский сад что получи -ли. И первую же бюджетную роспись, где все стало по пунктикам расписано, напечатали в «Тюменском курьере». Кстати, это было оплачено не из городского бюджета, а из бюджета Тюменского аккумуляторного завода. Когда я увидел, что у киосков очереди выстраиваются за этим выпуском, понял, что народ заинтересовался. Потом мы предложили поставить стол внизу на первом этаже здания администрации города, чтобы люди писали свои предложения по бюджету. Люди, конечно, садились за этот стол и писали. Но излагали свои проблемы, не проблемы города, не проблемы бюджета. В результате мы не получили предложений ни разу за четыре года. Ничего, кроме жалоб на какие-то конкретные дела.
«Закономерный случай, или Феномен Корелякова», «Тюменский курьер», 29 апреля 2014 года.
— Можно сказать, что, когда вы стали депутатом, вы стали заметны?
— Так я везде был заметный. Я в институте был заметный — был старостой вертолетного СКБ, на моторном был заметный. Ну а что же? Все сидят, извините, язык засунули куда-то, отсиживаются.
— А вы?
— Я не отсиживался, я им растолковывал. И сейчас я аккуратно пишу письма нашему президенту. Кстати, в последнее время реакция совсем другая, чем десять лет назад.
— То есть он отвечает?
— Канцелярия присылает ответы. Помню первое письмо, в нем было 46 предложений: «На вашем месте я вот это бы сделал». Потом понял, что это много. Теперь пишу по пять-шесть предложений. Конечно, не все приняли. Но их жизнь заставит принять.
— Жить долго — это хорошо?
— Eсли ты полезен людям и себе, то хорошо. Eсли ты как овощ и в тягость — это плохо.
***
фото: Александр Кореляков.