Свое подледное кино
![](https://tm-courier.ru/wp-content/uploads/2020/08/486391.jpg)
Бригада водолазов предприятия «Подводречстрой» не участвует в конкурсах и кинофестивалях. Хотя за время своей работы они сняли не один десяток документальных фильмов… под водой.
Правда, ролики водолазов все же не похожи на настоящие фильмы. Здесь нет сюжета, сценария, режиссера, художника по костюмам… Хотя и задача у водолазов иная. Они снимают блокбастеры не ради искусства или личного архива. Главная цель — упростить работу и увидеть, что происходит подо льдом.
ВНИМАНИЕ: ЛЕД!
Мы с фотокорреспондентом Викторией идем по скользкому льду к съемочной площадке «Подводречстроя». Задача бригады — проверить боновое ограждение и щиты, которые защищают насосную станцию ТЭЦ-1 от мусора.
Боновое ограждение — это наплавные трубы, удерживающие мусор. А к трубам присоединены щиты длиной полтора метра, они усиливают защиту. Чтобы не погружаться под лед, водолазы опускают в воду видеокамеру.
Желтая герметичная, с ярким фонарем, она прикручена к длинной трости. Не боится холода и глубины — работает при низких температурах на глубине до шестидесяти метров!
Василий Большаков опускает камеру в лунку, а мы видим на экране, что скрывает от нас лед.
— Правее, еще чуть-чуть, — командует инженер-водолаз Денис Оленников.
Однако подводный мир оказался не таким красочным, как я себе представляла. На экране — серое изображение. На щите колышутся водоросли. Ни тебе медуз, ни золотых рыбок.
— Ну, а вы что думали! Мы же не на море! — смеются мужчины.
— Наша задача — найти вмятины, трещины и другие повреждения на щитах. Мы уже проверили восемь лунок, — поясняет Денис.
— Обнаружили, что один железный щит отсутствует, а деревянный — поврежден.
Чтобы детально рассмотреть все двадцать четыре щита, прорубили пятьдесят лунок. После анализа фильм будут пересматривать в офисе, решать, что делать дальше.
Денис комментирует видео и записывает свои наблюдения на диктофон. Перед ним — чертеж боновых ограждений. Его необходимо тщательно изучить, чтобы не ошибиться с данными. Какие-то щиты придется заменить, какие-то — починить. Вот тогда чудо-камера не спасет: придется опускаться под лед. Хотя водолазов прорубью не испугаешь.
— Холодно там, наверное? -спрашиваю я.
— Нет. У нас специальное снаряжение, термобелье. Правда, костюм весит 90 килограммов, а так — обычное дело, — улыбается водолаз Василий.
Главное, говорит он, беречь здоровье на земле. Из-за малейшей простуды может стать плохо под водой: заложит уши, поднимется давление. В зимних погружениях даже есть свои плюсы: видимость лучше, потому что течение медленное. Кроме того, в воду можно опускаться с любого места. Летом водолазы заходят в реку с берега, а зимой достаточно сделать прорубь в нужном месте.
Этой зимой водолазы погружались под лед, чтобы проверить рыбозащитные кассеты, которые установлены возле водозабора у ТЭЦ-1.
ПОДВОДНЫЙ КОСМОС
Роман Новиков, старшина бригады, следит за съемочным процессом со стороны. Его задача -обеспечить безопасность.
Характер у него для этого самый подходящий: он сосредоточен, внимателен и спокоен. Да и опыт подводной работы большой. Роман погружается под воду с 18 лет. После школы служил на спасательном судне «Эпрон» Черноморского флота.
Когда я спрашиваю его о глубине, он отвлекается от работы. Смотрит в небо, вспоминает. Роман — водолаз глубоководных работ. Во время службы он опускался на глубину 120 метров.
— Там очень густая вода. Как желе, — рассказывает он. — И течение сильное: руку заламывает. Зато как красиво. Медузы, как такси, мимо пролетают.
На такую глубину погружаются два водолаза, чтобы страховать друг друга. Однажды его напарника унесло течением. В таких ситуациях главное не паниковать: Роман схватил страховочный трос и помог напарнику вернуться. За такие поступки благодарить не принято, говорит он.
— Сейчас снаряжение глубоководников намного лучше. Погружаются на 300 метров. Скучаю по такому… — сухо сказал Роман.
В Тюмени такой глубины нет. До дна Туры — от 14 до 18 метров. Однако и на таком расстоянии есть свои трудности. Два раза у Романа кончался воздух. В этой ситуации надо успокоиться и потихоньку подниматься наверх, говорит водолаз. Но гораздо страшнее — запутаться ногами в корягах. Даже самый опытный начнет паниковать. Единственный выход: сосредоточиться и освободиться из ловушки. Начнешь дергать ногами — еще сильнее увязнешь.
Кроме того, в реке очень плохая видимость из-за быстрого течения. Особой экзотики здесь просто не разглядеть из-за ила, который поднимается со дна. Поэтому специалисты «Подводречстроя» уезжают в отпуск к морям, чтобы насладиться красотой подводного космоса. Они погружались в Средиземное, Карское и Черное моря. Фотографировались под водой. Отдыхали по-настоящему. Вот бы туда увезти камеру и снять настоящий фильм!
— Радует, что вода в наших краях становится чище. Рак вернулся, а он чистую воду любит! — улыбается Новиков.
… Наш разговор прерывает шум. Сверху из трубы насосной башни льется вода. С грохотом падает на лед.
— Как же мы теперь на берег попадем? — переживает фотокорреспондент.
Но водолазы уверенно чувствуют себя не только под водой: они и на льду сохраняют спокойствие. Роман перенес меня через ручей на руках. И на крутой берег помог забраться — подал нам руку.
— Знаете, а девушки у нас смелее мужчин. Приезжайте еще — костюм на вас наденем. Почувствуете себя в нашей шкуре! — сказал он нам на прощание.
***
фото: Съемочная площадка — насосная башная ТЭЦ-1;Водолаз Александр Бутков — оператор;Денис Оленников