Тайны улицы Ленина
![](https://tm-courier.ru/wp-content/uploads/2020/08/241338.jpg)
Улица с таким названием есть в каждом городе бывшего Советского Союза.
«ЖИВЕЕ ВСЕХ ЖИВЫХ…»
Вводить в городскую топонимику имя Ленина стали еще при его жизни. Для этого, как правило, выбирались главные улицы. Но в Тюмени считавшуюся таковой Царскую переименовали в улицу Республики 10 августа 1917 года после февральской буржуазно-демократической революции. С этим новым названием она пережила власть Временного правительства Александра Керенского, Совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, Временного Сибирского правительства Петра Вологодского, колчаковщину и «военный коммунизм» ревкомов.
Когда 5 ноября 1922 года в честь пятой годовщины Октябрьского переворота (так до 1927-го официально называли события октября 1917-го в Петрограде) переименовали сорок одну тюменскую улицу, то «Республику» не тронули. Имя Ленина получила другая старейшая улица города — Спасская. Тогда же началось последнее испытание вождя на прочность. Как отметил в своих записках невропатолог профессор Крамер, «мимолетный паралич конечностей, наблюдавшийся у Владимира Ильича в конце 22-го года, как и нарушения в речи, становились день ото дня глубже и продолжительней и привели 6 марта 1923 года, без всяких видимых к тому причин, к двухчасовому припадку, выразившемуся полной потерей речи и полным параличем правых конечностей…»
Первому массовому переименованию улиц предшествовало такое же повсеместное ограбление православных храмов, католического костела, иудейской синагоги, мусульманских мечетей, единоверческих молелен. Еженедельные сводки Тюменского губотдела ГПУ о результатах этой «операции», утвержденной Лениным, похожи на военные донесения.
«… К изъятию ценностей в г. Тюмени приступлено 8 апреля 1922 года. Взято серебра 52 фунта. Изъятие прошло без эксцессов. Синагога изъявила желание сдать ценности добровольно. Изъятие ценностей из всех 11-ти церквей г. Тюмени предполагается закончить 12 апреля. В отношении к данному вопросу различных слоев и групп населения остается по-прежнему самым разнообразным, в большинстве, неприязненным.»
Откровенный грабеж церквей объяснялся официальной пропагандой как необходимость, как вынужденное и единственное средство спасения голодающего населения России.
Но осведомители губотдела ГПУ сообщали: «… Верующие в большинстве настроены против изъятия. Люди рассуждают, что ценности пойдут на роскошь коммунистов и их женам, будут израсходованы на содержание Красной армии, на приобретение пушек и пулеметов.»
Местное духовенство пребывало в смятении: «… Между архиепископом Николаем (Тобольским) и епископом Иринархом (Тюмень) по вопросу изъятия ценностей замечается резкое расхождение, не переходящее до сих пор в открытый антагонизм. Епископ Тюмени Иринарх сохраняет открытую оппозицию власти. Среди части жителей г. Тюмени распространяются слухи, что Иринарх воззвание по изъятию ценностей не подписывал…»1
Арест епископа Иринарха совпал с окончанием «операции» по изъятию церковных ценностей: «. По состоянию на 5 мая 1922 года изъято всего ценностей в Тюмени из 8-ми церквей.: серебра -52 пуда 30 фунтов; золота — пять фунтов и ценных камней — 1609, из них бриллиантов — 195.»
Забрав из тюменских храмов все, что блестело, чекисты занялись поиском церковных кладов: «. В начале сентября 22 года губотделом в Троицком монастыре были обнаружены скрытые ценности в виде серебряных риз до 9 пудов веса. Активное участие в сокрытии ценностей принимал заключенный в Рабдоме епископ Иринарх, который через некоторое время за это преступление был судим и приговорен к 7-ми годам заключения.»
Лишенные духовных святынь и архипастырей, церкви на улице Спасской, переименованной в улицу Ленина, пришли в упадок. Но и главный инициатор гонений на церковь, для которого не существовало ничего святого, кроме власти и революции, протянул недолго. «В понедельник пришел конец . — печально-прозаически и обреченно отметила Надежда Константиновна Крупская в своих записях с грифом «совершенно секретно». — Время у меня спуталось как-то. Временами он глухо стонал, судорога пробегала по телу… Я держала его сначала за горячую мокрую руку, потом только смотрела, как печать смерти ложится на мертвенно побледневшее лицо. Спасти нельзя было».
Боги на небе не знают возраста. А земные боги смертны. Хотя десятилетиями мы говорили: «Ленин жив…», подразумевая его дела и свершения. Но и они оказались не вечны.
НЕСОВМЕСТИМОСТЬ
Очередной удар по церкви большевики нанесли в 1929 году. Бюро Тюменского окружкома ВКП (б) постановило: «. Считать взятый курс на закрытие церквей правильным. Обратить внимание райкомов ВКП (б) на необходимость развертывания самой широкой массовой разъяснительной работы при закрытии церквей. Недопустимо их существование на улице, носящей имя вождя мирового пролетариата Ленина.»
Спасский собор, от которого пошло первоначальное название улицы, был превращен в транзитный концентрационный лагерь для раскулаченных крестьян, гонимых в северную ссылку.
Один из таких узников — Андрей Степанович Аржиловский — записал в своем дневнике: «…Рано утром 2 октября в погожий день два молодых парня (исполнители) повели меня в город, и с той минуты начались мои мытарства. В бывшей церкви оказалось душно и тесно до ужаса, так как против нормы набили мужиками до отказа. Многие сидели в обнимку с грязной и вонючей парашей. Другие, более богомольные, не могли справлять нужду в святом храме и умирали. Духота была такая, что, несмотря на мороз, окна были открыты. А еще то время ужасно тем, что открывало ночью двери и выдавало узников для расчета. Даже Москва в журнале «Советский юрист» отмечала обилие смертных приговоров, вынесенных тюменскими судами. Тяжко было смотреть в замерзшие окна на семьи высланных мужиков с тряпьем и ребятишками, которых ежедневно везли на Север длинными обозами. Укоризненно гудели снимаемые с церквей колокола; спиливали неподдающиеся православные кресты. Производилось обезглавливание Руси Великой. Шел пир во время чумы. Строился новый мир за чужой счет.»2
Умерших в превращенном в концлагерь Спасском соборе и расстрелянных в церковном подвале закопали здесь же, на церковном подворье. Одно из таких захоронений (пять скелетов, некоторые с пулевыми отверстиями в затылочной части черепов) обнаружено в мае 2006 года при проведении реставрационных работ прилегающей к Спасской церкви части улицы Ленина.
Из-за временного использования по тюремно-лагерному направлению этот храм не разделил участи расположенного на улице Республики Благовещенского собора, взорванного в июле 1932 года бойцами 55-го дивизиона войск ОГПУ (через два года это соединение участвовало в подавлении Казымского национального восстания ханты и ненцев).
Другие конфессиональные здания на улице Ленина — церковь Архангела Михаила (она дала название примыкавшей к ней улице: Архангельская — сейчас Урицкого), красно-кирпичный римско-католический костел заняли под склады дислоцированной в Тюмени 65-й стрелковой дивизии. В бывшей синагоге устроили музыкальную школу. В таком дремотном состоянии улица Ленина (бывшая Спасская) пребывала до Великой Отечественной войны.
*Иринарх Синеоков-Андреевский родился в 1868 г. в Екатеринославскойгубернии, окончил Киевскую духовную академию, до 1917 г. — ректор Таврической (Симферополь) семинарии, сподвижник епископа Гермогена по Закавказью, Саратову, Тобольску. При Колчаке — епископ Тобольский и Сибирский, в октябре 1919 г. эвакуировался с белыми до Иркутска. В 1923 г. в Тюмени был осужден за сокрытие ценностей на 7 лет, в 1928 г. выслан в Краснококшайск (сейчас Йошкар-Ола) на 3 года, в 1932 г. в Тюмени приговорен к 10 годам лишения свободы. Умер в Сиблаге.
** А.С. Аржиловский был безвинно расстрелян в Тюмени 12 сентября 1937 года.
Продолжение следует
1Иринарх Синеоков-Андреев-ский родился в 1868 г. в Екате-
2А.С. Аржиловский был безвинно расстрелян в Тюмени 12 сентября 1937 года.
Продолжерие следует.
НА СНИМКАХ: сегодня на улице Ленина. У Спасской церкви; рядом с костелом; такие местечки в стиле «ретро» очень украшают город и напоминают о его непростой истории.
***
фото: сегодня на улице Ленина. У Спасской церкви;рядом с костелом;такие местечки в стиле «ретро» очень украшают город и напоминают о его непростой истории