Печь чем-то похожа на сердце
![](https://tm-courier.ru/wp-content/uploads/2020/08/572306.jpg)
«Сердце» металлургического завода «УГМК-Сталь» — дуговая электросталеплавильная печь -смонтирована на 85 процентов.
Корпус печи стоял на своем месте еще в начале лета, но тогда этот агрегат был чем-то вроде большой, но ничем не примечательной чаши. Сейчас разница между прежней картиной и нынешней — как между графическим изображением сердечка и настоящим, живым человеческим сердцем.
Печь обросла спиралями трубок и проводов, к ней смонтировали источник энергии — трансформатор и присоединили широкие вены-газоходы. Еще несколько месяцев, и печь застучит-заработает, выстраивая ритм всего завода.
На стройплощадке пахнет сваркой. Из каких-то невидимых на огромном пространстве углов и помещений разносятся скрежет металла, шипение, лязг… В сталеплавильном цехе замерли большие, темные, непонятные металлические изделия. Поднимаемся на верхнюю отметку цеха, и становится ясным их назначение — это бадьи для перевозки металлолома. Просто с земли оценить масштабы и размах будущего производства очень сложно.
Сверху хорошо видны рельсы, тележка сталевоза. Она побежит по рельсам с ковшом, наполненным расплавленным металлом. Доставит груз до машины непрерывной разливки стали, откуда жидкая масса потечет вниз, на участок проката.
В прокатном цехе свой главный агрегат — нагревательная печь с шагающим подом. В нем заготовки разогреют для последующего обжима.
Специалист цеха Борис Бодров тихим, как будто уставшим, голосом подробно рассказывает, как рольганг загружает заготовку в печь через специальное окошко, сталкиватель устанавливает ее на под, и дальше заготовка «шагает» по всему 27-метровому пространству печи. Бодров работал на подобном заводе в городе Березовский Свердловской области, поэтому всю технологию знает назубок.
Корпус печи, горелки, рольганги смонтированы, но внутри ни холодно, ни горячо… Борис Леонидович признает, что, когда предприятие начнет действовать, объяснить его работу будет гораздо легче. Например, из операторской, откуда станут управлять всеми процессами. Сейчас рабочие только сваривают ее металлический каркас.
Стройный ряд станков уходит в глубь пролета, но и здесь работы еще достаточно. Станки не закреплены — отверстия под анкерные болты зияют дырами. Рабочие подливают цементный пол для закрепления агрегатов. Некоторые настраивают само оборудование.
Бригада алтайских слесарей-монтажников занята работой на редукторе для прокатного стана. До этого они строили заводы по всей стране. Не устают ли от постоянных разъездов?
— Жизнь заставляет! — говорит бригадир Владимир Колиогло. — У нас на Алтае заводы закрываются, потому что работы нет. А здесь, наоборот — растут. Это всегда хорошо — значит, появятся новые рабочие места.
Напарник Владимира молодой Александр Брыжинский первый раз в командировке. Раньше работал консультантом в строительном магазине. На вопрос «интереснее ли работа на стройке?» несколько раз убежденно кивает. Правда, вот жена осталась в Бийске.
У большинства металлургов, которые останутся на заводе, семьи уже перебрались в Тюмень. Борис Бодров, например, до октября прошлого года никогда не был в Тюмени, а сейчас считает ее своим домом.
— Мне город нравится, честно! — говорит Борис Леонидович. — И завод мы строим, в том числе, для себя, потому что нам здесь работать и жить.
«УГМК-Сталь» начал прием новых работников. В кабинет инженера-технолога Вадима Колыхалова то и дело заглядывают молодые люди с просьбой расписаться в пропусках. Пока идет монтаж оборудования, они могут подробнее узнать о будущей работе.
Тем временем, чем дальше продвигается стройка, тем больше интересных подробностей узнаем мы об устройстве завода. Например, прежде чем металлолом окажется на плавке, его высушат: вода не должна попасть в печь, иначе произойдет взрыв. Перед каждой разливкой автоматически возьмут пробы металла, результаты отправятся в лабораторию с помощью пневмопочты. А неизбежный заводской шлак строители смогут использовать как сырье для шлакоблочных изделий.
Вадим Колыхалов уточнил, что не все процессы запустят на заводе одновременно.
— Сроки очень жесткие, — говорит он. — Главное для нас — в декабре провести испытания сталеплавильного оборудования.
Этот цех сейчас находится в самой высокой стадии готовности — более 60 процентов. Прокатный готов на 20 процентов. На вспомогательных участках (водоподготовке, кислородной станции) смонтировано около 40 процентов техники.
***
фото: В прокатном цехе;Борис Бодров;Возле электросталеплавильной печи