Когда государство заменило родителей
![](https://tm-courier.ru/wp-content/uploads/2020/08/701719.jpg)
1 сентября в Тюмени открылось президентское кадетское училище — четвертое в России после Оренбурга, Ставрополя и Краснодара. Символично, что это событие совпало с 70-летием Суворовских военных училищ.
ШЛА ВОЙНА
Эти учебные заведения были созданы в соответствии с постановлением Совета народных комиссаров СССР и ЦК ВКП(б) от 21 августа 1943 года, в котором предусматривались меры по устройству, обучению и воспитанию детей воинов Красной армии и флота, партизан, советских и партийных работников, рабочих и колхозников, погибших в годы войны.
5 ноября начальник Управления кадров наркомата обороны генерал-полковник Голиков направил Сталину записку «О ходе формирования Суворовских училищ».
В этом документе отмечалось: «… Назначены и находятся на местах начальники девяти открываемых в 1943 году училищ, командиры рот, офицеры-воспитатели и старшие преподаватели. Всего назначено в училища 297 офицеров, из них: с высшим педагогическим образованием — 110 чел. (37%), со средним педагогическим образованием — 125 чел. (42%), с общим средним образованием и с опытом педагогической работы в военных училищах — 62 чел. (21%). Указанные офицеры на десятидневном сборе в Москве прослушали цикл лекций по вопросам педагогики, дидактики, психологии и организации воспитательной работы в Суворовских военных училищах. Восстановление и ремонт зданий, отведенных под расквартирование Суворовских военных училищ, будут закончены к 15-20 ноября. Основным тормозом в производстве ремонтно-восстановительных работ является недостаток квалифицированных рабочих (столяров, маляров) и строительных материалов (оконного стекла, гвоздей, красок, электроарматуры и др.). Топливо для училищ занаряжено, но доставка его производится очень медленно из-за отсутствия транспорта и горючего. Казарменным инвентарем, классной мебелью и столовой посудой Суворовские училища обеспечены в самых минимально необходимых на первых порах количествах и по очень сокращенной номенклатуре. Необходимым запасом продуктов училища обеспечены, но испытывают большие затруднения с заготовкой и доставкой картофеля, овощей, сена. Обмундированием, обувью, бельем, постельной принадлежностью для воспитанников по 500 комплектов все училища обеспечены. Обмундирование для офицерского состава занаряжено очень низкого качества и грубой пошивки, что делает внешний вид офицеров крайне неприглядным, резко отличным от внешнего вида воспитанников. Учебниками обеспечены приготовительные, 1-е и 2-е классы, за исключением учебников по истории СССР под редакцией профессора Шестакова и иностранных языков, — полностью.»
Учебные занятия в Суворовских военных училищах, размещенных в городах Калинине (сейчас Тверь), Краснодаре, Сталинграде, Воронеже, Харькове, Курске, Майкопе, Ельце, Орле начались 1 декабря 1943 года. В следующем году к ним добавилось еще шесть училищ. Среди принятых воспитанников — не редкость «сыновья полков» с боевыми наградами за мужество и отвагу. Первый выпуск Суворовских училищ состоялся в 1948 году.
СУВОРОВЦЕВ УЧИЛИ ЗАЩИЩАТЬ РОДИНУ И ТАНЦЕВАТЬ КРАКОВЯК
Десятки тысяч офицеров и многие генералы начинали свою военную карьеру в Суворовских училищах. В 1993 году, накануне 50-летнего юбилея этих учебных заведений, я встретился с полковником в отставке Борисом Леонидовичем Андреевым. Его хорошо помнят многие тюменцы старшего поколения. Бывший начальник политотдела облвоенкомата и старший преподаватель педагогики и психологии в ТВВИКУ много лет возглавлял городской клуб ветеранов войны, труда и Вооруженных Сил. Но немногим известно, что он надел военную форму в 1945 году 9-летним мальчиком. Брюки с лампасами и гимнастерку с красными погонами и буквами СтСВУ — Сталинградское суворовское военное училище.
Думаю, что наша 20-летней давности беседа будет небезынтересна нынешним читателям газеты.
— Это училище размещалось первоначально в Астрахани, — уточнил мой собеседник. — В Сталинграде после окончания боев не осталось ни одного целого дома. Отец погиб на фронте в декабре 1941-го, но семья узнала о его гибели незадолго до Победы. Тогда же я упросил маму отдать меня в суворовское училище, понимая, что ей, работнице табачной фабрики, не прокормить меня и младшего братишку. Да и форма суворовцев пацанам нравилась. После некоторых сомнений мама согласилась — я сдал вступительные экзамены по русскому языку и математике и стал воспитанником подготовительного класса (в СВУ зачисляли с 10 лет).
— Много ли было желающих учиться в суворовском училище?
— Конечно. Закончилась такая большая и тяжелая война — сирот много. Из мальчиков моего возраста сформировали два взвода (класса) по 26 воспитанников в каждом. До выпуска дошли не все — некоторых отчислили за неуспеваемость, недисциплинированность и по состоянию здоровья.
— Трудно ребенку начинать военную службу?
— Первое время я ревел по ночам в подушку. Маму звал: «Забери меня домой!» А потом привык к режиму, обзавелся друзьями-приятелями, учеба понравилась, увлекся спортом — выступал на соревнованиях между училищами по плаванию и прыжкам в воду. Через год наше училище перевели в Оренбург, так что в родном городе я появлялся только в каникулы.
— Из чего складывалась для воспитанников суворовская «наука побеждать»?
— Это общеобразовательные предметы, строевая, огневая и физическая подготовка — легкая и тяжелая атлетика, гимнастика, лыжи, бокс, борьба, фехтование и даже верховая езда.
— Уставали?
— После тактических занятий на местности объявлялся обычно марш-бросок 15-20 километров до города, дальше по центральной улице с песней. На плацу после такого похода стоишь — ноги не держат. Командир роты подполковник Постников (звания в СВУ были на ступень выше) спрашивал — командовал: «Желающие в увольнение есть? Два шага вперед — марш!» Вся шеренга как один забывала про усталость. Чистились, гладились и — на танцплощадку или на каток. Не было нам равных!
— Тюменские дамы считают вас замечательным и галантным танцором. Где впервые вышли на паркет и обзавелись изящными манерами? Не в суворовском ли училище?
— Там, где же еще. Кроме основных занятий проводились дополнительные — хоровое пение, духовой и струнный оркестры, драматический кружок и, само собой, танцы. Бальные и народные. В 1112 лет мы уже умели танцевать вальс, падеграс и краковяк. Устроили вечер — позвали на него девчонок из городских школ. Смешно: столпились по углам, пригласить друг дружку на танец не решались. Потом осмелели. Такие вечера проводились в училище регулярно, как и наши выступления художественной самодеятельности в трудовых коллективах. Проблем с организацией этих мероприятий не было — воспитанники не пили и не курили, ну разве немногие, и то — тайком.
— А как насчет «дедовщины»?
— Какая в те годы «дедовщина»! Старшие заступались за малышей. Попробовал бы кто обидеть суворовца — все училище поднималось на его защиту.
— На чем строилось «суворовское воспитание»? Неужели обходились без муштры и коллективной ответственности — «виновен один, а наказывают всех!?»
— Система наказаний за проступки действительно существовала. Но все-таки главным принципом воспитания являлся патриотизм. Для нас он заключался в способности и умении защитить Отечество. Причем если в младших классах это чувство выражалось в пионерском призыве: «Будь готов — всегда готов!», то к выпуску надо было показать, каков ты как защитник. Можно ли такому доверить судьбу государства.
— Какими же методами (не считая принуждения) достигалась эта цель?
— Прежде всего, личным примером, чего так не хватает в современной армии. Наши офицеры-воспитатели — сплошь фронтовики, имевшие не только склонности к педагогической работе, но и любившие детей, у которых война забрала отцов. И преподаватели-предметники в большинстве своем были на передовой и знали «почем фунт лиха». Так что со своими обязанностями они неплохо справлялись. После окончания суворовского училища мы приняли военную присягу и продолжили учебу в военных училищах. Я выбрал Рязанское пехотное училище, на базе которого позднее создали широко известное высшее воздушно-десантное училище. Потом, как все офицеры, служил в разных местах и на различных должностях.
— Каким вам видится будущее суворовских училищ?
— Они были хороши для своего времени: решили по крайней мере две государственные задачи — значительно снизили послевоенную беспризорность и детскую преступность, а также подготовили надежный и качественный резерв офицерского корпуса. Понимаете, в нашем случае государство заменило нам родителей. Разве могли мы такое государство не любить?
А суворовские училища позднего периода и двухгодичного обучения (после 8-го класса) не способны, по моему мнению, из-за особенностей «переходного возраста» (14-15 лет) серьезно влиять на уже сложившийся характер и мировоззрение юношей. Отсюда, естественно, возникали конфликтность в отношениях со сверстниками и воспитателями, падение дисциплины и рост правонарушений.
Не случайно суворовские училища стали называть «кадетками».
Своего сына я отговорил от учебы в таком учебном заведении, и он после средней школы поступил в Омское общевойсковое командное училище. Служил в Монголии и в Армении. Награжден орденом «За службу Родине в Вооруженных Силах СССР» 3-й степени и медалью «За боевые заслуги». Сейчас его назначили заместителем военкома в Тобольске.
— Последнее время много пишут о возрождении кадетских корпусов, существовавших в России до 1917 года. Каково ваше отношение к этой затее?
— Она возможна, по-моему, при соблюдении двух условий. Во-первых, эта идея должна исходить от государства и его министерств -обороны и образования, но не от общественных объединений. В противном случае «корпуса» могут стать базой для незаконных вооруженных формирований. Во-вторых, для военной подготовки и воспитания несовершеннолетних детей нужны высокообразованные, культурные и нравственно безупречные офицерские кадры. Считаю, пока государство и его Вооруженные Силы не обретут настоящий авторитет, духовную и социальную престижность, организация детского военного обучения и воспитания сопряжена с большими трудностями. Основанием для такого вывода является моя семилетняя учеба в Суворовском училище и последующая 35-летняя военная служба.
От автора. Повторюсь: этому интервью — 20 лет. Для меня цель одновременного существования в нашей стране Суворовских военных и президентских кадетских училищ пока непонятна. Время покажет, смогут ли новые детские военные учебные заведения достигнуть уровня рожденных Великой Отечественной войной Суворовских военных училищ. Когда в мирное время государство подменяет родителей, не возникает ли беспокойство о необходимости и надежности семьи?
***
фото: