Единственная
![](https://tm-courier.ru/wp-content/uploads/2020/08/758478.jpg)
Продолжение. Начало в N 48
Авиация Тихоокеанского флота -пикировщики и штурмовики — в первые дни войны подавила береговую противоздушную оборону и совместно с торпедными катерами потопила большое количество японских судов.
После захвата без боя портов Юкки и Расин был высажен морской десант в порт Сейсин.
По утверждению адмирала Кузнецова, «бои за Сейсин были чрезвычайно тяжелыми. Японцы бросали в бой все новые и новые подразделения. Первому эшелону, состоявшему из 355-го отдельного батальона морской пехоты, в течение только одной ночи (на 15 августа) пришлось отбить четырнадцать вражеских атак. Несмотря на фанатически упорное сопротивление противника, 16 августа военно-морская база Сейсин была занята десантными частями флота и 355-й стрелковой дивизии 25-й армии 1-го Дальневосточного фронта».
Историк «новой волны» Александр Широкорад детально, буквально по минутам, исследовал Сейсинскую десантную операцию.
Так, для переброски десанта морем, охраны его в пути и огневой поддержки на берегу флотом выделялись: один эскадренный миноносец «Войков», один минный заградитель «Аргунь», 8 сторожевых кораблей, 7 тральщиков, 12 десантных кораблей, 6 сторожевых катеров, 18 торпедных катеров, 7 транспортов — всего 60 судов. Десант поддерживали 3 авиадивизии и один авиаполк -всего 261 боевой самолет.
По разработанному штабом флота плану предусматривалось перед высадкой в порт Сейсин основных сил провести разведку боем. Для этого выделялись 140-й разведывательный отряд (60 человек) под командованием Героя Советского Союза старшего лейтенанта Виктора Леонова и 2-я рота автоматчиков 390-го отдельного батальона морской пехоты (121 человек), которой командовал старший лейтенант Иван Яроцкий.
Один из участников передового отряда — Макар Вабиков, удостоенный за освобождение Сейсина звания Героя Советского Союза. После войны он служил в органах госбезопасности в Коми АССР и работал затем в аппарате ЦК КПСС и в Совете Министров РСФСР. В своих мемуарах «На восточном берегу» (1969) отметил, что «десант первого броска — отряд Леонова и рота Яроцкого были подчинены начальнику разведотдела флота полковнику Денисину и его заместителю капитану 3-го ранга Ходеру… Нам приказано высадиться в порт Сейсин, провести разведку боем, захватить плацдарм и удерживать его до подхода первого эшелона десанта.»
Утром 13 августа отряд высадился с торпедных катеров в западной части порта Сейсин и, не встретив там сопротивления, приступил к разведке города и его окрестностей. Рота автоматчиков Яроцкого, наступавшая вдоль берега в северо-восточном направлении, вскоре достигла пригорода и закрепилась там. Отряд Леонова после боестолкновения с японцами отошел в район деревни Похандонг, где также занял оборону. Рота (80 человек) 62-го отдельного пулеметного батальона, высадившаяся вечером с торпедных катеров капитана 3-го ранга Льва Пантелеева, не сумела установить связь с десантом первого броска и действовала самостоятельно.
В тот же день, 13 августа, в 13 ч. 35 мин. 355-й отдельный батальон морской пехоты (ОВМП) под командованием майора Михаила Вараболько на сторожевом корабле ЭК-2 (460 человек) и на тральщике Т-278 (250 человек) вышел из бухты Новик в порт Сейсин.
Этот переход отражен в книге Григория Судакова «Матрос Мария Цуканова». «… Вот оно началось», — подумала Мария и вдруг почувствовала чью-то руку на своем плече. Она оглянулась: рядом стоял Маркелов.
— Ну как, Маша? Держимся?
— Держимся, товарищ парторг! -ответила девушка.
К парторгу Маркелову Мария относилась с особым уважением. Этот уже немолодой человек (28 лет! — Авт.), всегда спокойный, деловитый, напоминал ей Николая Васильевича Крохмалева, того самого дядю Колю, что заменил ей отца. Он пришел в их дом, когда Мария была совсем маленькой.»
14 августа в 14 часов сторожевик и тральщик вошли в порт Сейсин и высадили 355-й ОВМП без противодействия противника.
По воспоминаниям Вабикова:
«. майор Вараболько донес по радио Денисину и Леонову, что высадка батальона прошла вполне успешно, существенного сопротивления со стороны японцев не встретил и почти беспрепятственно продвигается в сторону полуострова Комалсандан. При приближении к высотам две роты наткнулись на значительное огневое сопротивление неприятеля. В разных местах мы слышали стрельбу, но где свои, где чужие — понять не могли».
При очередном сеансе радиосвязи «майор Вараболько сообщил, что его роты ведут бой на полуострове Комалсандан; одна рота заняла железнодорожную станцию, но затем японцы выбили ее оттуда, и она отошла в порт, и там удерживает оборону. Положение батальона трудное, подразделения разобщены, две роты отбиваются в горах от наседающего противника, который почти окружил каждую из них по отдельности, связь его КП с командирами рот часто прерывается. Вараболько вызвал огонь корабельной артиллерии прямо с мест стоянки по позициям японцев в горах.
«Мы, — писал Вабиков, — хорошо видели, как огонь по берегу ведут из орудий наши корабли, стоящие у причалов военного порта. В бинокли различаем, как на двух-трех высотах на полуострове Комалсандан и у их подножья рвутся снаряды, там кое-где даже заметны перебегающие люди. Отчетливо слышно тарахтение корабельных автоматических пушек и отрывистые залпы орудий более крупного калибра. Флагманский корабль содрогается от мощных орудийных залпов. Воздух с шипением и свистом разрезают тяжелые снаряды орудий главного калибра. За вчерашний день и за сегодняшнее утро (т.е. 14 августа и утро 15 августа — Авт.) этот корабль капитана 3-го ранга Георгия Терновского выпустил по сопкам более 500 таких снарядов и около 3 тысяч из малокалиберных автоматических пушек.»
РЯДОМ С МАШЕЙ
Утром 15 августа в Сейсине началась высадка второго десанта: четыре батальона 13-й бригады морской пехоты (ВрМП) под командованием генерал-майора Василия Трушина. Свыше пяти тысяч бойцов. В порту их встречали спустившиеся от деревни Похандонг разведчики Леонова. «У нас, — отметил Вабиков, — потерь не было, а рота Яроцкого понесла большие потери, убито более 30 человек, много раненых. Войцы молодые, неопытные. Командир бригады Трушин сказал нам, что сейчас высадилась только первая часть его бригады; в ближайшие часы подойдет следующий эшелон — еще несколько тысяч бойцов, прибудут танки, полевая артиллерия и тяжелые минометы.»
Назначенный командующим Южным морским оборонительным районом, в зону которого вошло все побережье Кореи от границы до Сейсина, генерал-лейтенант береговой обороны Сергей Кабанов вы звал авиацию. «Петляковы», -вспоминал Вабиков, -бомбят оборонительные сооружения противника, за ними пришли «утюжить» передний край неприятельской обороны «илюшины». Высоты загудели от разрывов сотен бомб. К 8 часам ура 15 августа батальоны бригады морской пехоты и доставленной морем 335-й стрелковой дивизии заняли всю портовую и городскую территорию; поднялись на высоты, где «тысячи снарядов и бомб разметали неприятельские долговременные огневые точки.»
Все, что осталось от санитарки Марии Цукановой и других раненых бойцов 355-го ОВМП после огненного вала корабельной артиллерии и бомбежки с воздуха, похоронили там же — на горе Ыджу. В Именном списке безвозвратных потерь батальона отметили: «Цуканова Мария Никитична, ефрейтор, санитар, 1923, беспартийная, Омская обл., Крутинский р-н, д. Новониколка, из служащих, русская, срок службы с 1942, наград нет, призвана Ленинским РВК, убита 15.8.45 при выносе раненого, место погребения г. Сейсин, семейное положение -незамужняя».
Позднее для удобства проведения торжественных мемориальных мероприятий останки всех советских воинов, погибших при освобождении от японских оккупантов корейского города Сейсин (сейчас его название Чхонджин), были погребены в братской могиле -КНДР, провинция Северный Хамген, г. Чхонджин, район Синам, квартал Синчжин. Установлена «гранитная стена высотой 8 м с двумя бронзовыми досками с надписями». Количество захороненных: «всего 352, в т.ч. известных -188, неизвестных — 164».
При заполнении наградных листов на участников Сейсинской десантной операции в политуправлении Тихоокеанского флота так изложили личный боевой подвиг санитарки 355-го батальона морской пехоты красноармейца Цукановой:
«В районе Сейсина батальон морской пехоты вел бой с превосходящими силами противника. Ураганный огонь врага вырывал не один десяток героев-моряков. В этом бою вместе с бойцами находилась санитарка Мария Цуканова. Многим бойцам она оказала медпомощь, многих раненых бойцов и офицеров она вынесла с поля боя, тем самым спасла им жизнь. Вудучи раненной в ногу, она не покинула бойцов и, превозмогая боль, оказывала им посильную помощь. Потеряв много крови, тов. Цуканова потеряла сознание, в результате чего попала в руки озверелым японским захватчикам. Японцы, издевались над ней, пытаясь выведать у нее наличие наших сил, но Цуканова им не отвечала. Японские бандиты решили заставить ее заговорить и выкололи ей глаза, но не добившись от нее никаких сведений, они зверски ее тело изрезали ножами. Наши части в ожесточенной схватке разбили японских бандитов и нашли истерзанное тело геройски погибшей Цукановой.
За исключительный проявленный личный героизм, упорство в выполнении своего долга, безграничную преданность социалистической Родине красноармеец Цуканова достойна присвоения звания Героя Советского Союза».
Как правило, наградные документы подписывали непосредственные и прямые начальники награждаемого. Затем свои заключения давали вышестоящие начальники и члены Военных советов армий, фронтов, флотов. В случае с Марией Цукановой наградной лист подписан сразу командующим Тихоокеанским флотом Юмашевым и членом Военного совета флота Захаровым.
Окончание следует.
***
фото: Мария Цуканова;Памятник Цукановой на территории военно-морского госпиталя ТОФ во Владивостоке;Мемориальный комплекс советским воинам-освободителям на сопке Комальсам в г. Чхонджин (КНДР) на братской могиле Цукановой отдельно установлен памятник.