Без командного голоса
![](https://tm-courier.ru/wp-content/uploads/2020/08/757579.jpg)
Продолжение. Начало в N 41
Во время Ялтинской конференции глав государств антигитлеровской коалиции 4-11 февраля 1945 года Худяков — советник Сталина по авиационным вопросам. На многочисленных фотографиях его можно видеть стоящим рядом со Сталиным, Рузвельтом, Черчиллем.
После разгрома гитлеровской Германии Худякова назначили командующим 12-й Воздушной армией на Дальнем Востоке. С 9 августа 1945 года эта армия в составе 13 авиационных дивизий (!) участвовала в разгроме Квантунской японской армии в Манчьжурии.
Когда Япония капитулировала, маршала Худякова арестовали в Чите, доставили в Москву и поместили в страшную Сухановскую тюрьму для особо важных государственных преступников…
Дальше началось самое невероятное. Выяснилось, что 43-летний маршал Сергей Александрович Худяков — никакой не Худяков, а живущий под чужим именем Арменак Артемович Ханферянц, проникший на службу в Красную армию по подложным документам. Бывшему маршалу (его лишили звания и наград — орденов Ленина, Красного Знамени (два), Суворова 1-й степени, Кутузова 1-й степени (два) и Красной Звезды) предъявили обвинение в том, что в возрасте 16 лет он «был завербован английским офицером Вильсоном для шпионской работы в Закавказье и участвовал в конвоировании арестованных 26 бакинских комиссаров к месту расстрела». Следствие длилось необычайно долго, смертный приговор был вынесен 18 апреля 1950 года и в тот же день приведен в исполнение. Место захоронения Худякова-Ханферянца неизвестно. В августе 1954 года он был реабилитирован, а еще через 12 лет восстановлен в воинском звании «маршал авиации» и в правах на награды.
Историки новой волны предполагают, что действительной причиной ареста маршала авиации Худякова стало исчезновение одного из двух транспортных самолетов Ли-2, отправленных в сентябре 1945 года из «освобожденной» Манчьжурии в Советский Союз. В один транспортник посадили императора марионеточного государства Маньчжоу-Го Пу-И с семьей, а в другой загрузили драгоценности китайской императорской династии. Самолет, который с Пу-И, благополучно долетел до Москвы, а вот второй — исчез. Вместе с бесценным грузом. Был ли Худяков причастен к таинственному исчезновению самолета или стал нежелательным свидетелем каких-то темных дел?..
Все эти невероятные события произошли намного позже сентября 1941 года, когда вермахт начал операцию «Тайфун», целью которой был захват Москвы.
ГЕРОИ СОРОК ПЕРВОГО-2
Уже 3 октября немцы взяли Орел, «когда в нем еще ходили трамваи», а через три дня — Брянск и Карачев. Войска Брянского фронта, неся большие потери, отходили на восток.
7 октября в районе Вязьмы в окружение попали 16-я, 19-я и 20-я армии Западного фронта, а также 32-я и 24-я армии Резервного фронта. В вечерней сводке Совинформбюро 15 октября сообщалось: «В течение ночи с 14 на 15 октября положение на Западном фронте ухудшилось. Немецко-фашистские войска бросили против наших частей большое количество танков, мотопехоты и на одном участке прорвали нашу оборону».
Таковым было положение, когда генерал армии Жуков вступил в командование Западным фронтом. Именно тогда Сталин сказал ему: «За Москву будем драться до последнего».
Из докладной записки командования Западного фронта от 1.00.1941 г. «. Наличие действующей авиации» следующее: Су-2 — 5, Пе-2 — 7, Ил-2 — 7, И-16 — 39, МиГ-3 — 39, ЛаГГ-3 — 12, И-153 — 5, Як-1 — 11, СБ — 28, ТБ-3 — 39, всего 192 самолета. Указанного количества самолетов для нанесения удара по сосредоточенной крупной группировке противника недостаточно».
В те тяжелые дни «Чайки» из 61-го ШАП под командованием оставшегося в строю, но раненого старшего лейтенанта Болотова, наравне с другими штурмовиками ВВС Западного и Брянского фронтов, атаковали наступавшие на Москву немецкие войска. 17 октября они уничтожили и повредили восемь единиц бронетехники, семь автомашин и две автоцистерны с топливом. Однако при этом огнем зенитной артиллерии был сбит один самолет из звена Болотова, его пилот погиб.
Танковые и моторизованные колонны вермахта имели мощное прикрытие зенитной артиллерии — автоматическими пушками высокой скорострельности. Для низколетящего самолета попасть в сектор огня практически всегда означало если не быть сбитым, то, по крайней мере, получить повреждения.
Неудивительно, что штурмовые авиаполки, чьи пилоты просто не успевали набраться опыта атаки целей, оснащенных мощной противовоздушной обороной, в каждом вылете несли потери, получали многочисленные повреждения. Не был исключением и 61-й ШАП майора Сергея Мамушкина. После 20 октября, лишившись почти всех самолетов и полностью утратив боеспособность, он был отведен в тыл для пополнения.
Старшего лейтенанта Болотова вызвали в штаб ВВС Красной армии, присвоили звание «капитан», вручили орден Красного Знамени, назначили командиром вновь формируемого 826-го ШАП и откомандировали в г. Куйбышев для переобучения на штурмовик Ил-2. Звание Героя Советского Союза Болотову и Ковацу (посмертно) за 1941 год было присвоено позднее, когда спало напряжение на фронтах, Указом Президиума Верховного Совета СССР от 12 апреля 1942 года.
«ОСОБО ВАЖНОЕ ЗАДАНИЕ»
Таково название кинофильма режиссера Евгения Матвеева, снятого в 1980 году на киностудии «Мосфильм».
В основе сюжета — история эвакуации Воронежского авиазавода N 18 «Знамя труда», выпускавшего с мая 1941 года штурмовик Ил-2. Этот штурмовик, ставший основным ударным самолетом ВВС Красной армии, был создан КБ Сергея Ильюшина.
Если все советские одномоторные самолеты имели позади пилотской кабины так называемый гаргрот, продольный обтекатель, плавно переходящий в киль, то у Ил-2 эта штука отсутствовала, отчего кабина смотрелась как горб. Поэтому наши летчики дали ему прозвище «горбатый». Кроме того, за броневую защиту — его носовая часть закрыта броней — самолет называли «летающим танком».
Всего в Воронеже было построено 1134 Ил-2, в том числе до начала войны — 158. Давно ожидаемый приказ об эвакуации пришел в Воронеж в начале октября 1941-го. Было сообщено и место назначения — город Куйбышев (ныне Самара), расположенный на восточном берегу Волги, в 780 километрах северо-восточнее Воронежа. Вскоре началась спешная погрузка в вагоны и на платформы станков, прессов, электромоторов, отдельных деталей. 11 октября ушел первый эшелон, а на следующий день Люфтваффе совершили очередной налет на завод и разрушили основные производственные корпуса. Монтаж новых заводов по сборке штурмовиков Ил-2 развернулся на обширной равнине к юго-западу от Куйбышева.
Вопреки сюжету фильма «Особо важное задание», эти работы начались не на голом месте.
Еще 25 сентября 1940 года председатель Совета народных комиссаров Вячеслав Молотов подписал приказ о создании в Куйбышевской области Управления особого строительства и приданного ему Безымянного исправительно-трудового лагеря (Безымянлага). О важности объекта говорит факт, что возглавил его старший майор госбезопасности Николай Лепилов, занимавший пост заместителя начальника Главного управления лагерей НКВД СССР (ГУЛАГ).
22 тысячи человек занялись возведением огромных производственных корпусов авиазавода N 122, предназначавшегося для массового выпуска четырехмоторных бомбардировщиков. Но начавшаяся война изменила планы. Рядом с эвакуированным из Воронежа заводом N 18 разместились вывезенные из Москвы авиазаводы N 1 имени Осоавиахима и N 24 имени Фрунзе, заводы гидроавтоматики N 305 и стрелкового вооружения N 525. Все они занялись изготовлением деталей и броне-корпусов для Ил-2. Попутно в Куйбышевскую область свозились десятки тысяч заключенных.
Так, по правде, был в короткий срок возведен целый авиастроительный город Новокуйбышевск, в котором гигантские здания цехов, складов, электростанций и котельных обрастали кварталами бараков и приусадебными участками, на которых выращивалась картошка.
В ноябре руководство завода получило приказ: собирать по пять штурмовиков в день. Во всех цехах были развешены воззвания Сталина: «Ил-2 нужны Красной армии как воздух, как хлеб». Комплектующие для штурмовиков приходили со всей страны. Так, стальное литье доставляли из Новосибирска и Омска на четырехмоторных самолетах ТБ-3.
Тогда же Куйбышев утвердили «запасной» столицей Советского Союза. Позволим себе процитировать решение Государственного комитета обороны от 15 октября 1941 года:
«Ввиду неблагоприятного положения в районе Можайской оборонительной линии ГКО постановил:
1. Поручить т. Молотову заявить иностранным миссиям, чтобы они эвакуировались в г. Куйбышев.
2. Сегодня же эвакуировать Президиум Верховного Совета, а также правительство с Молотовым (Сталин эвакуируется завтра или позднее, смотря по обстановке).
3. Немедленно эвакуироваться органам Наркомата обороны в г. Куйбышев, а основной группе Генштаба в г. Арзамас».
Одновременно с переездом в Куйбышев советского правительства и дипломатического корпуса заканчивалось строительство главного специального объекта — так называемого «бункера Сталина». Этот комплекс помещений глубинного залегания расположился в центре города под зданием Куйбышевского облисполкома, на глубине 37 метров. Этажи этого подземного двенадцатиэтажного дома соединяли лифт и лестничные площадки. Строительство «бункера» велось девять месяцев. Всего строители вывезли 27 тысяч кубометров грунта, залили 10 тонн бетона, доставили и установили 5 тысяч тонн металлических конструкций. Строительство было настолько засекречено, что о нем не догадывались даже жители ближайших домов.
В то же время немецкое командование, благодаря агентурной и воздушной разведке, знало об огромном промышленном узле около Куйбышева и о секретном спецобъекте в центре города.
Хотя Куйбышев и отделяло от линии фронта свыше семисот километров, город и его окрестности находились в зоне досягаемости двухмоторных бомбардировщиков Ю-88д. Участвовавший в таком сверхдальнем вылете, продолжительностью свыше восьми часов, бортрадист фельдфебель Макс Лагода вспоминал: «Первое из заданий, длившееся 480 минут, проходило над Куйбышевым, Саратовым, Сталинградом и устьем Волги в районе Астрахани. Я побывал над резиденцией русского правительства в Куйбышеве на реке Волге. Здесь сосредоточены крупные промышленные предприятия и особенно авиационные и авиамоторные заводы».
Поставленный на временное довольствие в 1-й запасной авиационной бригаде при авиазаводе N 18 опытный пилот Болотов быстро «облетал» штурмовик Ил-2. Позднее он вспоминал:
«Отличная машина по тем временам! Простая в управлении, живучая. Радиус действия был примерно 400 километров. Штурмовик нес 400-600 кг бомб, две пушки, три пулемета, один из которых был у стрелка, восемь РС (реактивных снарядов) и 10 дистанционных авиационных гранат для защиты задней полусферы. Мы уже летали на двухместных штурмовиках, так что задняя полусфера была защищена. Правда, расположение бензобаков — спереди, под сиденьем и сзади — создавало тревожное ощущение, будто сидишь на бочке с бензином».
Болотов спешил на фронт, но ему приказали задержаться в Куйбышеве для участия в воздушном параде.
Продолжение следует
***
фото: Пятерка Илов идет на штурмовку.