Каждый в душе — гонщик
![](https://tm-courier.ru/wp-content/uploads/2022/06/3982571-1.jpg)
Анатолий Иванович Пусев, директор муниципального предприятия «Мега», не боится менять судьбу. Менять города. Менять профессии. Военную форму на штатскую. Не боится рисковать. Но соблюдает при этом правила. Как военный сапер, он знает, что условие любого успеха — дисциплина.
— Вы водитель со стажем?
— Eще с каким! За рулем с семи лет. (Смеется). Отец приучал к машине с детства. Он любил говорить: («Каждыйуважающий себя мужчина обязан знать и уметь водить машину». Сам он много лет работал начальником автотранспортного предприятия. «Директор гаража» — так называли мы его должность в детстве. В этом гараже я и пропадал целыми днями.
Однажды он подвел меня к своей «хозяйке» — служебной «волге» — и усадил за руль. «Поехали?» — говорит. «Поехали». До педалей я еле-еле доставал, но порулил вволю. Не съезжая с места. Интересно было до жути!
— Но по-серьезному сесть за руль пришлось, видимо, не скоро?
— В10 лет. Правда, отец об этом не знал. Конечно, это была не «волга», а отцовский мотоцикл «М-72» — прадедушка современного «Урала». Добирался до него, когда родители уходили на работу. Брал ключи — и вперед. Разработал для страховки целый план. Во-первых, заводил его не в гараже, а на соседней улице или за околицей. Во-вторых, всегда замерял палочкой уровень горючего в баке. Гонял только по полю, по проселочным дорогам. На глаза милиции никогда не попадался. Но к технике относился бережно. За все «подпольные» годы — ни одной поломки.
Бензин покупал на свои деньги. Летом работал в леспромхозе и на стройке. Мальчишки с нашей улицы организовали свой рабочий отряд — вместе сажали деревья, строили школу. Мы любили работать. Любили деньги зарабатывать. И жили весело и дружно.
А в 14 лет отец сам вручил ключи от мотоцикла. Мотоцикл в деревенском хозяйстве — вещь незаменимая. То за травой надо съездить, то мать на работу отвезти. Когда родители уходили на работу, я оставался за старшего. На мне — и огород, и хозяйство, и семейная касса.
В старших классах освоил все виды тракторов и комбайнов. Eздил на уборочную. И сейчас эту технику помню — могу любой трактор завести.
— Где вам больше нравится жить: в городе или в деревне?
Задумывается:
— На селе больше проблем. Пацанами мы и косили, и метали, и копны возили. В городе, конечно, легче. Но тогда все при деле были. Никто из нас даже не курил. И о спиртном не думал. Нас тянуло к технике, к спорту. Сам-то я закурил уже в армии. В 32 года.
— Какими судьбами из Новосибирской области вас занесло в Тюмень?
— Совершенно случайно. Прапорщик обманул. После школы решил поступать в омское военное училище. Рапорт в райвоенкомате написал. А мне сказали: экзамены в это училище ты можешь сдать в Тюмени. Приехал. Оказалось, в тот год просто был недобор в ТВВИКУ. Возвращаться с пустыми руками было стыдно. Поступил. И нисколько не жалею. Даже благодарю судьбу и того прапорщика. Здесь я встретил свою жену. И мы уже 27 лет вместе. У нас два прекрасных сына. Старший тоже стал военным — сейчас проходит службу в Югославии. Младший — заканчивает институт, проходит практику у нас на предприятии.
— Вы удачливый человек?
— Не совсем. Хотел стать начальником ТВВИКУ — не повезло. После семи лет работы замом подал в отставку. Но не жалуюсь. Дослужился до полковника — царского, говорят, звания. Прошел почти все командные должности в инженерных войсках. Пять лет служил в Германии. Воспитал человек 200 десантников. Вместе с ними был на всех сборах. Вместе с ними прыгал с парашюта. Десантники — народ гордый. Это особое братство. За все годы среди моих бойцов не было ни одной травмы, ни одного ЧП. физически бывало очень трудно, но я ни себя, ни их не жалел. Человека не жалеть надо — беречь. Жалость унижает мужчину.
— Как же вы военную технику сменили на гоночную?
— Приехал как-то ко мне Виктор Бурилов- руководитель клуба автогонщиков — с предложением сделать пиротехническое шоу на закрытии гонок. Приехал на клубной гоночной «волге». Я и говорю ему: «Дай машину». Проехал. Понравилось. А потом решил показать своим солдатам, каким должен быть настоящий офицер. Так и пристрастился к автогонкам. Каждый ведь в душе автогонщик.
Гонки без правил — это испытание не только машины. Но и воли, решительности, выносливости водителя. Чувствуешь машину — и забываешь себя. В азарте забываешь о страхе и ушибах. Впереди только цель. Победа.
Однажды, в 1998 году, моя машина загорелась прямо на трассе. Когда вылетал с трамплина — оторвался патрубок, и от удара его о кузов проскочила искра. Двигатель вспыхнул. До финиша оставалось полтора круга. Решил — все равно дотяну. И дотянул. Не сошел с трассы.
— Вы, наверно, и по городу гоняете?
— После гонок несколько недель по городу вообще не езжу. Улицы узкие, машин — тьма. Пробки. А мне по привычке хочется проскочить. Умею ведь вписываться в любой, даже самый узкий, коридор. Приходится себя останавливать — я сторонник строгого соблюдения правил. Водителю, как саперу или хирургу, ошибка может стоить жизни.
Часто по городу езжу с женой. Она у меня штурман и на дорогах, и в жизни. Только на гонки ее не пускаю. И на парашютные прыжки.
— Что еще экстремального вы хотели бы попробовать в жизни?
— Моржеванием заняться хочу. Автогонки уже освоил, прыжки с парашютом — тоже. Мой организм настроен на экстремальные условия жизни. У меня даже пульс, как у бегущего человека. Когда уходил из армии, врачи строго-настрого наказали — не останавливаться, не распускать ремень. В экстремальном ритме я и живу.
— Почему вы решили заняться проблемой гаражей в Тюмени?
— Сложный вопрос. После ухода из армии решил начать жизнь с чистого листа. Поднять неподъемное.
***
фото: Гонки без правил, май 1998 года.