Участь ныне живущих — думать о будущем
![](https://tm-courier.ru/wp-content/uploads/2022/12/4113139.jpg)
Курьер: Тюмень образца 2022 года — то, что мы видим собственными глазами. Глазами живущих в этом городе, глазами тех, кто сюда приезжает по делам или туристом. Мы слышим достаточно высоких оценок об уровне жизни города. О том, как он строится и благоустраивается. Но не каждый из этих наблюдателей видит и знает, что конечный результат получается путем сложного ряда процедур.
E. Заболотный: Тюмень сегодня развивается очень интенсивно. Поэтому все это создает позитивное впечатление как у жителей города, так и у приезжающих. Мы стараемся делать серьезные вещи в старой части города — например, открытие пешеходной улицы. Хотя не все довольны и не все согласны с преобразованиями. Но когда современники были довольны?
Курьер: Эйфелева башня тоже никому не нравилась.
E. Заболотный: Да. А кому сегодня нравится хоть одна развязка, что начинает строиться — будь то на улице Дружбы или на Червишевском тракте? С одной стороны, мы думаем о будущем. Будущие тюменцы станут воспринимать город таким, какой он есть, таким, каким он им достанется. И преобразование улицы Мельникай-те тоже вызывает вопросы, потому что там растет интенсивность движения. Но такова участь живущих — если мы думаем о будущем, то должны чем-то поступаться в настоящем.
Поэтому видим, отмечаем развитие города, радуемся этому. Но когда это касается тебя и ты должен сегодня этот процесс пережить, возникает сопротивление. Старый город развивать всегда тяжелее, чем строить новый. Тюмень сложилась как город провинциальный — не была даже столицей губернии.
Курьер: Как это варево нового осознания применительно к работе Тюменской городской думы?
E. Заболотный: Всегда приходится выбирать. Например, не развивать какую-то территорию под многоэтажное строительство.
Курьер: Как проходит разрешение какого-то проекта в депутатской практике?
E. Заболотный: Вначале публичные слушания. Самые масштабные проходили по проекту развязки на улицах Дружбы — Мельникайте. Пришлось проводить их несколько раз. И второй случай — выезд из Тюмени в Комарово. На этапе принятия решений мы с каждым депутатом все эти вопросы прорабатываем. Убеждаем в необходимости принятия именно такого решения. Потом — комиссия по градостроительству, а затем заседание думы. Мы всегда выходим на думу, когда консенсус уже достигнут. Это три главных этапа обсуждения.
Курьер: А если кто-то не согласен?
E. Заболотный: В седьмом созыве городской думы такого не возникало.
Курьер: Это хорошо или плохо?
E. Заболотный: Хорошо. Потому что вопросы подготовлены, все проекты решений выставляются на сайте заранее.
Курьер: Можно сказать, что дума и администрация — две разные организации, но думают в одном направлении?
E. Заболотный: Да, можно. И мы видим картину, чуть-чуть заглядывая вперед. Все всегда приходилось решать в обсуждениях, сталкиваться с разными точками зрения. Выпал снег. Часть горожан ворчит, что его медленно убирают. Вторая часть спокойно ставит машину на обочине и заезжает в сугроб, не думая о том, что через десять минут здесь начнется уборка снега, и машина будет мешать. Но человеку так удобно — он будет поступать так, как надо ему. Муниципальная власть должна регулировать взаимоотношения.
Курьер: Eсли вам не нравится снег — поезжайте в пустыню Сахара.
E. Заболотный: Я буквально сегодня об этом говорил. Не надо забывать, что мы живем в Сибири -здесь снег не выпадает равномерно. Он обязательно будет убран. А тот, что не будет — растает.
В продолжение дискуссий — автомобилисты хотят, чтобы убирали снег исключительно днем или ночью, чтобы утром дорога была чистой. В окружающих домах люди против уборки снега ночью, ведь она мешает спать. В этих противостояниях мы и живем. Это жизнь.
Курьер: Каким качеством должны обладать все горожане?
E. Заболотный: Терпением. Не зря говорят: «Терпение и труд все перетрут». Эта пословица актуальна во все времена.
Курьер: Зададим редкий вопрос. Ощущается ли многопартийность думы?
E. Заболотный: На муниципальном уровне это ощущается меньше. Но ощущается. Например, в подходах партий к оценке того, как формируется бюджет. Это последний яркий пример. Все равно были фракции, которые считали, что бюджет не настолько хорош, что за него можно голосовать. Можно было бы посмотреть на укрепление или увеличение доходной части бюджета, считают они. На какие-то статьи можно было бы потратить больше. Но тут мы задаем вопрос -на что в условиях ограниченности нужно потратить меньше? В большинстве случаев говорится о сокращении заработной платы и численности чиновников. «Eдинственный источник, который не подвергается сомнению» у партий, которые чем-то недовольны. Многопартийность есть. Но приближенность к людям стирает рамки политического — споров не возникает.
Курьер: Связь с избирателями заметна в точках зрения депутатов?
E. Заболотный: Eсть то, что видит депутат, и есть то, что видит избиратель. Эти точки зрения не всегда совпадают. Кому-то всегда чего-то не хватает. Все депутаты активно работают в округах, но всегда поступают два-три обращения в год, когда люди недовольны — не лично депутат вел прием граждан, а его помощник. Но ведь депутаты не освобождены от работы. Они тратят свое личное время на эту большую и сложную работу в округе и думе. Около двух тысяч обращений в думу свидетельствуют о том, что работа с населением ведется активно и что люди нам доверяют.
Курьер: Заканчивается еще один год работы думы. Довольны ли вы собой как депутат и как председатель?
E. Заболотный: Я бы ушел от прямого ответа. Любой однозначный ответ не устроит нашего читателя. Скажешь, что доволен — и подумают: какой самодостаточный и с завышенной самооценкой. Скажешь, что не доволен — опять обратят внимание и обвинят в лукавстве и поддакивании. Скажу в целом, к чему мы придем.
Тюмень — не отдельно взятый город. Город жил всеми теми проблемами и той обстановкой, которая характерна не только для страны, но и для всего мира. Этот год был необычным и очень непростым. Год, когда дело коснулось судеб конкретных людей. Это надо было понимать и перестроить: пандемия нас не оставила в полной мере, перемены в политической сфере, и в экономике — вслед за политикой.
Но то, что мы живем, развиваемся и думаем о будущем, в городе рождаются дети — все это говорит о том, что обстановка благополучная и управляемая. С оглядкой на принцип историзма, когда политическое событие должно быть оценено с точки зрения происходящих событий — мы не можем их оставить в стороне. И то, что к концу 2022 года мы выполнили задуманное в конце 2021-го —
уже достижение. Вернемся к тому, что город развивается — это значит, что задачи, стоящие перед муниципальной властью совместно с региональной властью, выполнены и выполняются. И то, что мы с уверенностью смотрим в завтрашний день, — тоже достижение. Мы, основываясь на опыте наших предков — то, как жила Тюмень фронтовая и то, как жил город, восстанавливая народное хозяйство — чтим память и стараемся быть едиными в понимании и решении тех задач, что стоят перед нами.
И последнее. Сверстанный бюджет и параметры бюджета говорят о том, что все задачи, которые мы ставим на 2023 год, будут выполнены. Мы будем жить по-прежнему в уютном и обеспеченном всем необходимым городе. Эта гарантия завтрашнего дня дорогого стоит.
Курьер: Eсть два момента. Михаил Светлов сказал так: «Я могу обойтись без необходимого, но не могу обойтись без лишнего». А второе — вопрос доктору исторических наук Eвгению За-болотному. При усовершенствовании города в течение последних лет все время складывается конфликт с попыткой изучать историю. В начале прозвучало, что город образовался не в чистом поле, как столица Бразилиа когда-то, а строится на месте, где что-то уже есть. Предстоит большой, сложный и интересный проект реконструкции улицы Ленина. Археологи потирают руки — «сейчас мы заглянем, что там внизу». Строители чешут затылки — «сейчас они найдут какую-нибудь монетку и остановят всю нашу стройку — мы с нашими планами полетим в тартарары». Можно ли как-то уравновесить и удовлетворить две противомыслящие стороны? Можно ли это как-то согласовать? Ведь вы как историк понимаете, что без прошлого нет и будущего.
E. Заболотный: Вопрос нагроможден. Здесь и принципы историзма, и взаимоотношения между людьми, и работа служб и профессиональных сообществ.
Вернемся к фразе Светлова. Что он имел в виду под лишним, мы можем только предполагать. Что является лишним для одного — для другого будет жизненно необходимым. Поэтому это больше философский подход жизни, который свидетельствует о многообразии человеческих представлений о том, что должно наполнять жизнь. Здесь есть мостик ко второму вопросу. Для кого-то лишнее -это заглядывать в прошлое, а для другого — прошлое является смыслом его жизни и смыслом его труда. Можно просто ответить на этот вопрос, надеясь на то, что мы не дойдем до того слоя при преобразовании улицы Ленина, когда придется заглядывать слишком глубоко. До сердцевины нашей матушки земли. Это будет замена верхнего слоя — снимем старый асфальт, уберем подушку и положим новый. Оставим будущим поколениям, которые будут обладать лучшей техникой, возможность окунуться в Тюмень тех лет, ограничиваясь той историей, которую мы знаем с основания города.
Часто, погружаясь в историю и рассказывая ее молодому поколению, мы ограничиваемся отдельными фактами, выгодными современникам — сегодняшним людям. Не надо заставлять людей заучивать факты и излагать меньше конкретики. Надо обратить внимание на формирование исторического мышления человека. А правильность его заключается в оценке тех событий, что происходили ранее. Но не с точки зрения сегодняшнего дня, а с точки зрения той обстановки, в которой они происходили. Зная историческую обстановку того или иного периода, за который ты берешься, ты сможешь оценить действия политиков и людей в конкретных ситуациях. Этому надо учить. Это своего рода сольфеджио в музыке. Это история государства и права в юриспруденции. Eсли ты владеешь теорией, то ты разглядишь суть происходящего в прошлом.
Курьер: И все-таки можем мы примирить археологов и строителей дорог?
E. Заболотный: Все будет зависеть от их аппетитов — и строителей, и археологов. Можно увлечься археологией и никогда не преобразить улицу Ленина, а преображенной ее хотели бы увидеть ныне здравствующие — мы с вами. Но есть такое понятие, как общественное согласие. Нам надо согласиться с тем, что сегодня мы заглянем в прошлое через улицу Ленина на каком-то ее отрезке. Сегодня археологи владеют одними методами и возможностями научного познания, а завтра может измениться сама техника археологических работ и позволит заглянуть глубже. Никто ведь не думал, что в Москве будет метро.
Курьер: Татьяна Рафикова нашла странную монетку — на аверсе было написано «15 копеек», а на реверсе «один злотый» — 1836 год. Скорее всего, эта монетка приехала вместе со ссыльными в Сибирь польскими повстанцами.
E. Заболотный: Эта монетка не перевернула наши представления об истории Тюмени. Как в свое время нашли монетку и отметили тысячелетие Казани.
Курьер: Было бы интересно, если бы на заседании выступил археолог.
E. Заболотный: Я не думаю, что это место для таких докладов, хотя депутатам это тоже было бы интересно. Но есть более широкие аудитории, где археологи могут рассказывать о своих находках.
Курьер: Это то самое «лишнее», о котором говорил Михаил Светлов?
***
фото: Заседание думы;Евгений Заболотный