Про свой подвиг папа сам рассказал
Имя Героя Советского Союза Романа Ивановича Новопашина высечено на мемориалах Исторической площади и площади Памяти, а также на монументе, установленном у въезда на Червишевское кладбище. На его малой родине в селе Нижняя Тавда есть его барельеф, а на фасаде дома N 100-а по улице Мельникайте, где он жил, висит памятная доска. О его подвиге можно прочитать в книгах «Герои земли Тюменской» и других. Но мало что известно о нем как о человеке.
Юлия Киви и из личного архива
На улицу, носящую имя героя, я приехала не одна, а с его дочерьми — Раисой, старшей дочерью, и Людмилой, младшей, — они единственные, кто еще может рассказать об отце. Мы идем не спеша и вглядываемся в дома на улице. Дома добротные, у каждого дома по машине, что и понятно, Казарово, где находится улица — район отдаленный, на общественном транспорте до города не наездишься.
Улица Романа Новопашина появилась в Казарово в 2008 году. Тогда еще деревня Казарово активно застраивалась и прирастала новыми кварталами, так и появилась новая улица. Протяженность ее 700 метров, всего на улице 25 домов, но последовательность нумерации нарушается на перекрестках, что вносит небольшую путаницу. Однако улице это не мешает — широкая, светлая, живая. Тут и там попадаются спешащие по своим делам собаки, кошки, бегают дети, слышатся веселые голоса во дворах.
Юлия Киви и из личного архива
Жизнь в те далекие годы
По официальной информации Роман Новопашин родился 23 декабря 1912 года в селе Трошково Нижнетавдинского района Тюменской области (ныне село Антипино). Однако в «Девятковской летописи», которую составил краевед, исследователь истории нашего края Владимир Девятков, можно найти немного другую информацию. Составлял свою летопись автор и по воспоминаниям детства и по метрическим книгам, которые оказались в его доступе. В одной из книг оказалась история и жителей села Трошково с дореволюционных времен и до 1918 года.
Юлия Киви и из личного архива
Нашла я в этой летописи родителей Романа — отца его звали Иван, а мать была Васса (Василиса). Значится в книге и то, что у Ивана и Вассы 17/18 ноября 1912 года родился сын Роман, а 13/14 сентября 1916 года родился сын Иван. Информации о других детях в семье и о самих родителях найти не удалось. Информации о детстве Романа Ивановича у его детей тоже, к сожалению, нет.
Юлия Киви и из личного архива
Из той же «Девятковской летописи» можно понять, каково было жить в военные годы в тех краях. «Наша семья из трех человек приехала в деревню Паченку (в сорока километрах от Трошково) в конце октября 1941 года, после получения похоронки на отца, — вспоминает Владимир Девятков. — Мне было шесть лет. Помню, как вся деревня ходуном ходила от женского и детского рева. Плакали везде: дома, на улице, в сельсовете. Жить было очень тяжело. На тот период пенсию за погибшего отца не платили, мать несколько раз просила, но ей говорили, что он не из деревни призывался на фронт, а из Тюмени, а чтобы ехать туда, детей не на кого оставить было, да и не знала мама, куда ей идти. Так и прожили до окончания войны, без помощи государства.
Юлия Киви и из личного архива
Я очень многое помню с тех времен. Помню, как каждой весной ходили с братиком пить березовый сок (ржавым гвоздем царапали кору и прилипали губами прямо к березе), помню как голодно и холодно было…»
Юлия Киви и из личного архива
Из «Хроники хищных деревень», составленной информационно-издательским центром «Светлый путь» (Нижняя Тавда), о селе Трошково можно узнать следующее. «Трош-ково впервые упоминается в начале XVIII века, располагалось в одной версте от села Антипино. В 1930 году там создается один из первых колхозов в районе («Заветы Ильича»), который в 1951 году вливается в Антипинский колхоз имени Маленкова. В 1970 году Антипино поглотило Трошково в результате объединения земель.
Юлия Киви и из личного архива
В списке населенных мест Тобольской губернии за 1868-1869 годы поселение Антипина (Лабута) (тогда еще с двойным наименованием по названию одноименной реки) имеет 71 двор, часовню и население 555 человек. В ХХ век село вступило уже со 130 дворами, часовней и церковно-приходской школой (открыта священником Н. Гречининым, учитель — М.М. Бутакова), торговой лавкой, «хлебозапасным магазином» и населением 850 человек. Наряду с землепашеством, местные крестьяне занимались рыболовством и охотой, маслоделием, извозом, лесозаготовкой, «сидкой смолы и дегтя».
Юлия Киви и из личного архива
Антипинский сельсовет образовался в 1919 году в составе деревень Антипина (Лабута) и Трошкова на территории бывшей Eланской волости. В конце августа 1919 года в окрестностях села проходили тяжелые бои 455-го полка 51-й дивизии Красной армии с колчаковцами; погибшие красноармейцы похоронены в братской могиле. В 1926 году население составило на 206 хозяйств 1005 человек. В годы Великой Отечественной войны из деревень Антипинского сельсовета ушли на фронт 690 человек, из них 305 остались на полях сражений. В центре села в 1985 году возвели величественный памятник героям-землякам».
Юлия Киви и из личного архива
Линейный надсмотрщик
Роман Новопашин был выходцем из крестьянской семьи, как и все трудился в колхозе, с 1937 года стал бригадиром полеводческой бригады. В июле 1941 года был призван на службу в рабоче-крестьянскую Красную армию в составе формируемого в Омске 714го отдельного линейного батальона связи. После переформирования батальона проходил службу в 737-й отдельной кабельно-шестовой роте в Омске. Ушел на фронт в августе 1942 года. Воевал на Западном, Воронежском, Брянском, Центральном, 1-м Украинском фронтах в составе 737-й отдельной кабельно-шестовой роты 3-й гвардейской танковой армии. 17 ноября 1943 года за пример смелости, геройства и быстрое выполнение приказа, в результате чего командование получило связь с соединениями, ведущими бой на правом берегу Днепра, был представлен к высшей правительственной награде и присвоению звания Героя Советского Союза.
Из наградного листа:
«Линейный надсмотрщик рядовой Новопашин получил приказ проложить речной кабель через реку Днепр. 7 октября 1943 года, выполняя приказ, Новопашин из-под носа противника вывел лодку, доставил ее на левый берег и приступил к выполнению задачи по укладке речного кабеля. Невзирая на сильнейший артиллерийский, минометный обстрел и бомбежку с воздуха, рядовой Новопашин выполнил приказ. В дальнейшем рядовой Новопашин произвел четыре рейса через реку, обеспечив переброску всего имущества, необходимого для работы взвода. В последующем, работая во главе взвода, показал себя примером смелости и геройства, прокладывая кабель и одновременно находясь в рядах бойцов, ведущих бой».
Это официально. А что между строк? Писатели военного времени, участники тех событий так описывали происходящее.
«…Что значило тогда форсировать Днепр, — вспоминал писатель Владимир Карпов, — сам по себе Днепр — очень широкая водная преграда. Выходили на его правый берег первыми разведчики и связисты. Потом небольшие подразделения. Их было мало. Переправлялись на тот берег кто на чем: снимали заборы в селах, делали связки из досок и бревен, находили рыбачьи лодки».
Вторит ему писатель-фронтовик Виктор Астафьев: «На Днепре переправы были не подготовлены. В воду бросались голыми, узелки с одеждой и винтовки над головой. И сколько их доплыло?.. Я-то знаю, как и сколько, сам плавал и тонул в Днепре.»
Из 92 тюменцев, удостоенных во время Великой Отечественной войны звания Героя Советского Союза, 18 получили золотые звезды за форсирование Днепра. И один из них наш герой, который служил связистом, и не штабным телефонистом, а линейным надсмотрщиком, кому приходилось ползти под пулями, разыскивая порыв на линии или стоять «столбом», держа шест с телефонным кабелем, как требовала инструкция, «на уровне глаз». И не важно, где стоять — в лесу, в болоте, в реке. В наградном листе сказано, что Роман Новопашин нашел лодку, но не сказано, что он вплавь преодолел реку, нашел лодку на правом берегу, переправил ее на левый берег, и что кабель, который он погрузил в лодку, весил 150 килограммов… И что потом еще 12 суток под непрерывным обстрелом обеспечивал бесперебойную связь командования армии, вплавь отыскивая повреждения на линии связи и устраняя их.
После войны
— Отец заболел туберкулезом, -рассказывает Раиса Романовна, -нас, детей, регулярно возили в Тюмень на рентген. Отцу часто давали бесплатные путевки в санатории Пятигорска.
С матерью своих детей, Марией Федоровной Eлишевой (Eреминой в девичестве), Роман Иванович прожил 26 лет. Познакомились они уже после войны в магазине села Eремино, где Мария, на тот момент секретарь сельсовета, готовила к отправке в Нижнюю Тавду валенки и варежки, которые они сами в селе катали и вязали. Понравились друг другу, и так и стали вместе жить. Мария была вдовой (муж ее погиб в боях за Сталинград), у нее была маленькая дочь Нина. Затем у Романа и Марии родилось еще пятеро детей: Раиса, Тамара, погодки Николай и Анатолий, и последней Людмила.
В Eремино у Марии был свой дом, где они завели большое хозяйство: много было коров, лошадей, свиней, вспоминают дочери Романа Ивановича. «Когда отец переехал в Eремино, стал работать пчеловодом на пасеке. Пасека была колхозная и большая, ульи он делал сам. В своем огороде тоже ульи свои поставил. И детей учил — если рой появится, сядет на дерево, его нужно снимать. Мальчишки залезали на дерево, а Раиса внизу принимала.
Отец без дела никогда не сидел, — рассказывает Раиса Романовна, — постоянно чем-то занимался. Пасека дома, пасека колхозная, хозяйство, скотина, три огорода, а еще на рыбалку ходил, рыбы привозил много — иногда бочки по три, все соседи к нам за рыбой ходили. Зимой сети плетет, а как весна начинается, берет меня на реку сети ставить, потом снимать, рыбу чистить. Почему-то не братьев, а меня всегда с собой брал как старшую. Лодку сам смастерил, он вообще рукастый был, все сам делал.
А еще отец разводил кроликов, у нас их было 400 штук, -добавляет Людмила, — потрошил их, обрабатывал, шкурки сдавал. И очень добрый был, никогда никого из нас, детей, не обижал, мы баловались, а он все равно к нам по-доброму относился, и к маме, и к Нине.
Денег тогда не выделяли, поэтому мама тоже много работала: днем в магазине, ночами шила одежду, валенки катала. Отец помогал валенки чинить, заплатки пришивал, если дети до дыр их на горке протирали. Летом в лес по ягоды ходили. На своих огородах только овощи выращивали, а всю ягоду брали в лесу: малину, смородину, бруснику, клюкву, землянику. Была в хозяйстве и лошадь. Отец смастерил телегу, и короб на нее установил, который тоже сам сплел из прутьев, специально, под ягоды.
Однажды маленькую Людмилу оставили дома с отцом, а мать с остальными детьми ушли за земляникой.
— Помню, набрали полное эмалированное ведро, — вспоминает Раиса Романовна, — и бидончик еще Тамара несла. В одной руке бидончик с ягодами, в другой галоши. Шли через пашню и вдруг резко налетели тучи, гром, молния. Молния так сильно шарахнула, да жирная такая, что нас всех только разбросало в разные стороны. Я очухалась первая, еле встала, ноги ватные, ничего не понимаю, вижу только, кто где лежит. Я к одному, другому — вроде все живы, а потом смотрю, у Тамары одни ребра торчат обгоревшие…
Раисе тогда было 12 лет. Мария Федоровна от горя поседела, жить в старом доме больше не могла: из ворот их дома было кладбище видно, где дочь похоронили. После этого все продали и уехали в Винзили, где жила сестра матери. Там мать устроилась продавцом книжного магазина, а дети пошли в школу. Дом купили у леса, отец в лес ходил по грибы, по ягоды, охотой, рыбалкой занимался, да больше по хозяйству, кроликов опять завел. Так прожили три года. А на 20-летие Победы ему дали квартиру в Тюмени от сетевязальной фабрики на задах улицы Котовского. Выбрали такую квартиру, чтоб школа была рядом, и… переехали в Тюмень. Отец стал получать пенсию в 130 рублей и больше не работал.
В 1972 году, когда Роману Ивановичу было 60 лет, он встретил женщину на 15 лет моложе себя и ушел из семьи. Раиса к тому времени вышла замуж и жила в Чебоксарах, Мария Федоровна уехала жить к своей старшей дочери Нине, а в квартире остались Людмила со старшими братьями, которые тоже вскоре разъехались. Отчего так вышло, кто теперь разберет.
Около двадцати лет назад все дети Романа Ивановича со своими уже детьми отправились в Нижнюю Тавду на трех машинах, чтобы найти кого-то из родственников, но, к сожалению, никого не обнаружили. С отцом они поддерживали хорошие отношения до самой его смерти в 1987 году, в его новой семье их всегда хорошо принимали.
Я спросила Раису Романовну, помнит ли она, как они узнали, что их отец — Герой Советского Союза.
— Я узнала еще в детстве, в школе об этом особо не рассказывали, сочинения не писали, не хвастались, но в деревне и так все знали. У нас, конечно, была от этого радость, но такая, спокойная радость. О подвиге нам рассказал сам отец, нас тогда еще пятеро было. Посадил всех тогда, помню, и рассказал, и про переправу, и как переплывал реку с холодной водой. Ордена нам разрешал смотреть, трогать, но играть ими не давал. Позднее его и в школу приглашали, там тоже рассказывал, как налаживал связь, как ехали в машине после форсирования Днепра, как в машину попал снаряд, и как его ранило, а другие ребята погибли.
Произошло это в январе 1944 года. Роман Иванович был тяжело ранен в руку, и после выписки из госпиталя — демобилизован. Кроме Золотой звезды Героя Советского Союза награжден Орденом Ленина, орденом Отечественной войны I степени, медалью «За отвагу» и другими медалями.
Eще немного об улице и семье
Мы прошли по улице от самого первого дома и до последнего, разговаривая, и вспоминая истории из жизни. Вспомнили сестры, как Раиса везла отцу на пасеку ружье верхом на поросенке, которой протащил ее через подсолнуховое поле, а Людмила вспомнила, как отец жарил им макароны в сковороде, забыв отварить, пока мама была в отъезде. Какая хорошая добрая семья была у них, подумала я. Всякое в жизни бывает, но вот пронести через жизнь доброту, любовь и радость жизни, — это действительно то самое большое, что могут дать детям родители.
Когда мы возвращались обратно к машине, встретили двух молодых мам, прогуливающихся с детьми. Я подошла спросить, знают ли они, в честь кого названа улица, на которой они живут. «Знаем, что названа в честь Героя Советского Союза, — сказали молодые женщины. — Про подвиг его не знаем точно, но обязательно узнаем и детям расскажем, спасибо, что подсказали нам это». Я представила им детей Романа Ивановича, и они с удовольствием согласились сделать с ними общее фото. Уже дома, разглядывая снимки, я вдруг подумала, как интересно все в жизни складывается. Вот улица, а вот семья, которая на ней живет, а в семье пятеро детей: три девочки и двое мальчиков. Случайность, скажите вы, да, наверное, но почему-то от таких случайностей радости в жизни становится больше.
***
фото: 1. Роман Новопашин;2. Роман с Марией и старшими дочерями;3. Мария Федоровна со старшими детьми (без Людмилы);Улица Романа Новопашина 2025 год.;;;4. сестры;5. семья с улицы Романа Новопашина;