Благотворительность на весах истории
В 1999 году в Тюмени был создан Благотворительный фонд развития города Тюмени. Один из первых в постсоветской России благотворительный фонд, созданный не для помощи бедным, а для поддержки социальных инициатив общественных объединений. В 2020 году он был признан одним из девяти самых влиятельных некоммерческих организаций в стране.
С чего все начиналось, как удалось выйти на такой уровень, мы беседуем с Верой Баровой, основателем и исполнительным директором Благотворительного фонда развития города Тюмени.
— В Тюмень я приехала поступать в институт после окончания десятого класса, это было в 1973 году, — рассказывает Вера Владимировна. — Моя первоначальная прописка была в общежитии университета на улице Мельникайте. Помню, что мы часто ходили пешком от общежития до главного корпуса университета на улице Семакова. Как красиво на Мельникайте было весной, когда цвели яблони, они росли не только вдоль дороги на тротуарах, но и посередине проезжей части шел длинный-длинный яблоневый ряд. Жаль, при расширении улицы их вырубили — автомобили победили. Eще мы любили ходить на стадион «Центральный», который раньше находился на месте нынешнего Цветного бульвара. Вход туда был свободный. Когда проходили мимо и слышали, как болеют и аплодируют трибуны, невозможно было не заглянуть, чтобы хоть одним глазком посмотреть, что происходит. Неважно, шел футбольный матч или соревнования по легкой атлетике; болели за тех, кто был самый быстрый и самый впечатляющий. Спринтер, стайер или футболист. Eще мы ходили кататься на коньках, но почему-то не на «Центральный», а на стадион «Локомотив». Собирались веселой и шумной компанией. Общежитское братство у нас дружное. Никогда ни у кого не было проблем с пропитанием. Стипендии были маленькие, но мы сбрасывались, вместе закупали продукты, назначали дежурного по кухне, который отвечал за то, чтобы все были сыты и довольны.
— Это был прообраз будущей деятельности?
— Думаю, что все началось еще раньше, в школе, хотя тогда это таким громким словом не называлось. И об этом меньше говорили, больше делали. Не было ничего особенного в том, чтобы, например, взять колун и наколоть дров соседской бабушке. Причем самыми активными, отчаянными и умелыми были чаще всего не отличники. Может, эти ребята учились слабовато, зато хорошо знали, что такое жить не в достатке и чем надо помочь. Тимуровское движение тогда было очень развито, у каждого класса были свои подшефные семьи, бабушки, престарелые люди. Летом мы всей школой выезжали в поля — собирали лен, вязали снопы, подбирали картошку. Не помню, чтобы кто-то на нас давил, заставлял, чтобы кого-то отчитывали за то, что не пришел. Может, и не было таких? Не страшна нам была никакая грязь и бездорожье. На коммунистические субботники почему-то ходили как на праздник. Сейчас говорят, что в этом был налет формализма, обязаловки, но мы этого не чувствовали. Нам нравилось помогать.
— Как родилась идея связать развитие города с благотворительностью?
— Я историк по образованию, историю меценатства и благотворительности начала изучать, работая в областном краеведческом музее. В 1991 году в фонд музея вошли здания музеев Машарова и Колокольникова, а в 1994 и 1996 годах там открылись новые экспозиции, посвященные этим меценатам. Поэтому, когда в 1999 году мы создавали Благотворительный фонд развития города Тюмени, о благотворительности я уже многое знала. Правда, тогда о ней говорили скорее как о разовой помощи, не как о системе. Мне захотелось исследовать эту тему шире, понять, как эта модель работала в тех фондах, которые ведут летосчисление с середины XVII века. Мы были в фонде принца Чарльза, в фонде, который был создан после смерти принцессы Дианы. Мне важно было узнать обо всем из первых рук.
— На какие примеры из тюменской истории опирались?
— Мы можем гордиться меценатами, которые жили в Тюмени в XIX веке, вложили средства в развитие города, образование и культуру. Среди них — Прокопий Иванович Подаруев, Иван Иванович Игнатов, Андрей Иванович Текутьев и Николай Мартемьянович Чукмалдин. Чего стоит один только вклад Подаруева — купца, предпринимателя, потомственного почетного гражданина, городского головы в 1870-1872 и 1877-1884 годах. Он был членом нескольких благотворительных обществ, на свои средства содержал богадельню, финансировал строительство моста через овраг в Большое Городище, оплатил часть расходов на устройство в 1871 году промышленной выставки в Тюмени, инициировал постройку ипподрома, основал в 1850 году первый в Зауралье конный завод. Но главный вклад в развитие города Подаруев сделал, пожертвовав 135 тысяч рублей на строительство здания Александровского реального училища, оснащенного по последнему слову техники. И когда мы думали о создании благотворительного фонда, решили перебросить своеобразный мостик между нашими предками, не жалеющими ни сил, ни средств на развитие города, и теми, кто думал и вкладывался в него в XX веке. Поэтому первое заседание нашего попечительского совета мы провели в доме купца Колокольникова. Это был символический ход. И за все эти годы никто из первого состава попечительского совета не вышел, только те, кто ушел в мир иной.
— Говорят, что о добрых делах, которые ты сделал, лучше не рассказывать. Как вы к этому относитесь?
— Тут очень тонкая грань. Eсли сам хвалишься — это одно, а если говорят другие, те, кому ты помог, с которыми участвовал в каком-то важном деле, это совсем другая история. Мы призываем руководителей некоммерческих организаций, которые получают поддержку, обязательно благодарить и рассказывать. У нас даже был организован конкурс «Социальная звезда» (потом он трансформировался в «Уральские самоцветы») со специальной номинацией для благотворителей. Только поразительно, что 15-20 лет назад заявок на поощрение партнеров-благотворителей было гораздо больше. Сейчас мало кто о них рассказывает.
— Может, благотворителей стало меньше?
— Несколько лет назад мы проводили исследование. Выяснилось, что почти 70% опрошенных бизнесменов — кто-то регулярно, а кто-то от случая к случаю — занимались благотворительностью. И даже один из наших попечителей сказал, что ему неважно, будут у него за это льготы или нет, он все равно будет этим заниматься. Потому что, по большому счету, он это делает и для себя тоже. Запросы, которые мы адресуем нашим бизнесменам, почти всегда находят у них ответ в той или иной форме. Кто-то это делает в рамках корпоративной благотворительности, кто-то поддерживает близкое ему направление, кто-то курирует деятельность определенных некоммерческих организаций или бюджетных учреждений. Благотворительность — это всегда личная история одного человека, его осознание того, что он может делать и должен.
— Что такое для вас делать добро?
— Доброта в каждом человеке заложена изначально. Бог каждого наделил этой искоркой. Добрые люди есть и среди успешных бизнесменов, и среди самых обычных горожан. Почти у каждого найдется своя история благотворительности или волонтерства, связанная со сбором гуманитарной помощи, поддержкой людей, выполняющих свой воинский долг, с поддержкой семей участников СВО или детей с ОВЗ. Наша задача — оказать содействие тем, кто вкладывает средства, создать механизмы для реализации их инициатив и проектов. Чтобы эта деятельность приносила удовлетворение. Не доход, не прибыль. Потому что, когда речь идет об этом, смысл благотворительности сразу же перечеркивается. Надо формировать культуру благотворительности.
— Как благотворительность нового периода поменяла наш город?
— Иногда такие перемены сразу оценить сложно. Надо, чтобы прошло какое-то время, чтобы произошло переосмысление, чтобы дела, которые направлены на благотворительность, прошли взвешивание на весах истории.
ФОТО ИННА ГОРБУНОВА
***
фото: Основательница и исполнительный директор Благотворительного фонда развития города Тюмени Вера Владимировна Барова.;