Песня рождается по велению сердцах
Для Сергея Ломакина авторская песня никогда не была просто увлечением. Это способ понимать себя, мир и время.
Eго родители из Новосибирской области. В Тюмень переехали, когда мальчику был один год, поселились в квартире по улице Пермякова, 24, которую получили от индустриального института, в нем папа Сергея проработал всю жизнь.
— Благодаря отцу я услышал и, что важно, расслышал Высоцкого. В 1981 году папа подарил мне книжку «Нерв», издание под редакцией Роберта Рождественского, — вспоминает Сергей Ломакин. — Это оказался очень весомый подарок, потому что в сборнике были в основном песенные тексты, которые я уже знал. Потом — знакомство с Окуджавой через винил. Дальше помогло телевидение: я увидел концерт, в котором выступали Александр Суханов, Александр Городницкий, Юрий Визбор, Александр Дольский. Чуть позже, думаю, по велению судьбы, я оказался в Томске, там познакомился с людьми, которые занимались авторской песней, но не мейнстримом, не классической. Люди писали песни в контексте, немного уходящем от канонической в сторону джаза. Это были Игорь Иванов, Роман Ланкин, Никита Зонов и другие. На меня такая манера произвела неизгладимое впечатление еще и потому, что слушал я не на концерте в зале, а в комнате общежития. Наташа Нелюбова с Игорем Ивановым пришли и пели всю ночь, а после выступали у нас на историческом факультете. Это было колоссальное погружение в новую музыку. После я долго привыкал к «классической» авторской песне, мне казалось, что там все очень просто. Хотя в дальнейшем проникся текстами Визбора и других авторов. Видимо, нужен был жизненный опыт, чтобы услышать и осознать.
В 1994 году Сергей вернулся в Тюмень, сначала работал в школе учителем истории, потом — преподавателем права в машиностроительном техникуме. Об авторской песне не забывал, пытался организовать и развить бардовское движение. В январе 2000 года удалось участвовать в областном бард-марафоне «Возьмемся за руки, друзья». Тогда концертная бригада из авторов-исполнителей Тюменской области проехала от Тобольска до Нового Уренгоя — 11 городов за 10 дней. Завершился марафон аншлагом на девятичасовом концерте в Тюмени.
Февраль 2006 года — первый Зимний бардовский в Тюмени: пока просто цикл концертов известных авторов-исполнителей и молодых лауреатов Грушинского фестиваля. Все эти годы фестиваль активно поддерживался властями, подчеркивает Ломакин. «Идея пришла с фестиваля имени Валерия Грушина. Мы начали проводить зимний Грушинский в Тюмени, но потом изменили название, чтобы быть независимыми. Впервые на «Груше» я побывал в 2000 году. Сначала поехали сами, небольшой делегацией, на автобусе из Eкатеринбурга. Потом уже стали ездить в Самару прямо из Тюмени, возили своих лауреатов, дипломантов, журналистов. И почти всегда возвращались с наградами. В положение летнего Грушинского фестиваля даже внесли правку: на второй тур могли попасть лауреаты четырех российских фестивалей, в том числе и тюменского». С 2007 года, по просьбам организаторов движения, тюменский фестиваль стал конкурсным.
По мнению Сергея, жанр авторской песни развивается по синусоиде в силу того, что держится на людях, а люди стареют, уходят, вместе с ними часто исчезает возможность передачи опыта, знаний, организационной структуры. Затем и нужно фестивальное движение: там могут появиться новые исполнители, ярко о себе заявить, стать известными. Сейчас большие фестивали поутихли. В Уральском федеральном округе единственный наш остался. Но, может, это временное затишье, надеется Сергей.
— Обычно музыка развивается больше в теплых странах. Например, в Италии появился жанр оперы, симфонии. Россия же — холодная, наверное, погода не сильно способствует развитию музыки. Или авторская песня другим правилам подчиняется? — уточняю я.
— Думаю, что другим, потому что Россия — это литературная цивилизация. Eсли посмотреть на Россию как на государство, отбросив всю экономическую составляющую, то мы приходим к пониманию, что это родина Толстого, Чехова, Пушкина, Достоевского и так далее. Поэтому главное отличие России от других стран — ее литературность. И здесь Советский Союз сыграл колоссальную роль: у нас был самый читающий народ. Мне кажется, сейчас возвращается интерес к чтению художественной литературы, в том числе у молодежи. Поэтому авторская песня в этом контексте безусловно литературна. Как сказал Окуджава, «это поющая поэзия для думающих людей».
— Тюмень — поющий город?
— Очень сложно говорить за всю Тюмень. Мы сегодня наблюдаем ситуацию, когда аудитория поющих моложе, чем аудитория в зале. Это говорит о том, что молодые поют песни, и это хорошо. Другой вопрос — какие? Сейчас трудно представить, чтобы 20-летний современный автор писал, как Окуджава, да и не нужно это. Не бывает двух Визборов или двух Высоцких, это таланты, которые рождаются раз в столетие.
— Тюмень легко рифмуется, ее можно спеть?
— Слово «Тюмень» можно ведь перенести в середину, чтобы не нужно было заканчивать строку на «пельмень», «тень», «лень» и так далее. Думаю, к 440-летию случится новая волна песен о городе. Но вообще необязательно даже называть город. Например, есть песня про город Томск, там он ни разу не упоминается. Мне кажется, привязка обесценивает текст. Когда я писал песню городу, она начиналась так:
Поезд долго подъезжал
к этой станции конечной,
Показавшийся вокзал
сбил привычный ритм сердечный.
То есть, когда ты пишешь о родном, нарушается сердечный ритм. Это показатель того, что не оставляет равнодушным.
Или вот еще:
Здравствуй, город,
Сибирью поношенный,
Я поныне в тебе как в плену.
Многоликими милями
мной ты исхоженный
А уйти от тебя не могу.
— Какая из существующих песен о Тюмени лучше всего отражает город?
— Очень хорошая песня «По берегам Туры» Сергея Дьяконова-Дьяченкова. Мне кажется, она на долгие годы будет символом, неофициальным гимном нашего города, потому что в ней есть настроение. Песня всегда в первую очередь настроение, от него уже возникает желание услышать и понять.
— В недавнем интервью вы говорили, что песни отражают время Сейчас это не так?
— Иногда даже опережает. Что касается сегодняшнего дня, соглашусь: сейчас, наверное, нет таких песен, которые бы отражали истинную ценность сегодняшнего дня. Может быть, со временем появятся. Сейчас пишут, что лучшие фильмы о Великой Отечественной войне появились спустя 10-20 лет после нее. Мне кажется, и с песнями такая же история.
— Влияние нейросетей уже чувствуется в бардовской песне?
— Попадаются такие вещицы. Я недавно был на концерте Татьяны Сивер в Заводоуковске. Она пела песню на музыку ИИ. Получилось душевно, человечно. Я не сторонник искусственного интеллекта, хотя иногда получается красиво, интересно, но это как поиграться, наиграться и пойти дальше, веяние времени, которое пройдет. С помощью искусственного интеллекта сегодня мы приукрашиваем свои изображения, но это все опять же мода, которая уйдет. Мне кажется, и с песнями так будет. Останется то, что придумывает человек.
ФОТО ИЗ АРХИВА РEДАКЦИИ
***
фото: Сергей Ломакин