Немиров и его свидетели*
Мирослав Немиров — имя, которое в Тюмени произносят с придыханием. Он -местная легенда, но отделить зерна от плевел, вычленить какие-то факты из мифотворчества очень сложно. А может быть, и не нужно.
О Немирове я сначала только слышала. Энциклопедию «О Тюмени и ее тюменщиках» постоянно упоминали мои знакомые, в том числе и университетский преподаватель, доктор наук Наталья Дворцова. Ходили слухи, что был такой человек на нашем филологическом факультете, который залезал через окно и спал в 401-й аудитории. Но, честно говоря, составить собственное впечатление мне не представлялось возможности. Спасибо 2025 году и театральному проекту «Теплица», в результате которого родился спектакль Сюзанны Ивановой «Панки в городе Т: бунтари и романтики», посвященный в том числе и Немирову, (поэта сыграл Даниил Беляев). Спектакль всколыхнул несколько застоявшуюся неформальную жизнь Тюмени. Многим «олдам» не понравилось, что затронули их кумира, которого никто не должен касаться, пусть живет на кухнях среди своих. Но у большого поэта так не получается, он выходит за рамки тусовки. Так и вышло с Мирославом Немировым.
Так кто же он такой, этот рыжий парень в очках? Разве так выглядят панки? Он даже без косухи. Но вот, например, поэт и литературный критик Игорь Гулин пишет про него и называет «одним из отцов сибирского панка», деятелем современного искусства героической эпохи начала девяностых, поэтом, музыкантом, публицистом, важной фигурой раннего русского интернета». А еще добавляет: «Когда читаешь отзывы на смерть Мирослава Немирова, бросается в глаза растерянность их авторов — все определения, которые можно подобрать к его имени, так очевидно бьют мимо. Сразу понятно: это не совсем про него, главное остается за скобками. При этом Немиров вовсе не стремился быть невидимым, ускользнуть от истеблишмента. Он не был из тех, кто «всегда будет против». Напротив, он наслаждался саморепрезентацией, ему хотелось быть в центре событий, хотелось нравиться. Но только так, как нравятся мальчики девочкам — от души, глупо, беспричинно. Все остальное казалось ему враньем».
В 1985 году студент филологического факультета Тюменского государственного университета Мирослав Немиров создает группу «Инструкция по выживанию», а через пару лет, когда панк становится своего рода мейнстримом, порывает с этой компанией — Летовым, Неумоевым, Янкой… «Рок интересовал его как веселая игра», — пишет Игорь Гулин. В конце 1980-х Мирослав возвращается в родной Ростов и вступает в художественную группировку «Искусство или смерть». В 1999 году — создает общество «Осумасшедшевшие безумцы» (Осумбез), пародию на авангардистскую группу. Eго опять же интересовала игра. Но окружавшие поэта люди хотели стать звездами, медийными личностями. Немиров быстро просекал «нечестность» и выходил из игры. И, возможно, именно поэтому он стал кем-то большим, чем просто тусовочным поэтом или рокером.
Говоря о Мирославе Немирове, нельзя не упомянуть о его жене Гузели. Как человек талантливый, творческий, она тоже немножко мифологизировала мужа. С ее подачи он приобрел некоторые инфантильные черты или же, наоборот, чрезмерно патриархальные (известна фотография Гузели и ее мужа — «Цзянь Цзин со своим Великим Председателем»). Вот как Гузель говорит о муже в одном интервью: «Немиров мог стать кем угодно, потому что ему удавалось все. Он был широко образованный человек. Учился прекрасно, ему было интересно все -математика, физика, химия. Например, родители повезли его на море (ему было лет 12-13), и ему там стало скучно. Ну, поплавал — и что? Сидеть на берегу? Сходил один раз на море -и все, не пойду! В итоге нашел учебник физики за 7-й класс и, пока они там были, выучил его и порешал все задачи. Eго никто не заставлял, ему просто самому это было интереснее».
Кажется, что мы читаем про Будду или юмористическое произведение Хармса. Помните: «Я такой же, как и все, только лучше»? А между тем, Мирослав сделал все, чтобы себя уничтожить, спрятаться. Это его метод.
Eсли почитать стихи Немирова, кажется, он вписывается в круг современных поэтов — Владимира Горохова, Германа Лукомникова. Вот, например, это:
А кто будет мне перечить
2007 апрель
А кто станет мне перечить —
Того будем кукаречить!
Все, что мы о нем знаем, подано тусовкой как готовый продукт под названием «стихи нашего короля». А вдруг (о страшное!) король-то голый? Кажется, это беспокоило и самого Мирослава. Как считает Игорь Гулин, именно это скоморошничество, желание побега сделало его великим. Вот, например, он пишет стихотворение — и сразу же анализирует его:
«Ах какой сегодня день»
1989 ноябрь
Ах, какой сегодня день такой задумчивый! / Ах, какой он тусклый, матовый, мерцающий! / Ах, какой такой весь заторможенный и сумеречный, / Весь такой короче просто — настоящий. / Весь такой короче он — серейший…
После добавляет несколько помет: «1. ноябрь 1989, Тюмень. Ул. Республики возле букинистического магазина, который возле университета. Впрочем, последняя строфа — март 1989, местность возле метро «Спортивная», когда Шаповалов Ю. — именно он, как и во многих других стихотворениях автора этих строк, есть упомянутый «друг» — приезжал в Москву. Мы там в гостинице «Юность» всем товариществом «Искусство или смерть» кучковались, ибо именно там находился тогда «Гуманитарный Фонд» Б. Жукова, который на первых порах нас патронировал. Там отличнейший магазиньеро наличествовал. 2. «Ах!» — восклицание. Считалось — а вероятно, и сейчас считается — каким-то не вполне серьезным, а скорее даже весьма глуповатым. Что-то в нем есть карамзинско-маниловское, из эпохи сентиментализма. Вот в стихотворении, собственно, пробуждения ради этих ассоциаций, оно и вставлено. Тем более далее появляется и сам Манилов, из которого «Следить какую-нибудь этакую, например, науку». Не у одного меня это так. Маяковский, например, цитируя Пастернака «Ах, когда бы вы знали, как тоскуется», заменял «Ах» на «О!». «Ах» ему казалось уж чересчур».
Мирослав Немиров прославил Тюмень в «Большой Тюменской энциклопедии, или о Тюмени и ее тюменщиках», заметки в ней располагались в алфавитном порядке и рассказывали о разных тюменских персоналиях, локациях и явлениях быта. У Немирова была еще одна цель: описать весь мир с (как бы) тюменской, а на самом-то деле Немировской, точки зрения. Поэтому там могли появиться статьи о чем угодно, например, об Альберте Эйнштейне. По этой причине БТЭ постоянно пополнялась. Видимо, поэтому она до сих пор не появилась на бумаге, а публиковалась только в интернете, на разных сайтах. И опять же объяснение самого Немирова, почему он взялся за жанр энциклопедии: «Автор этих строк долгое время занимался тем, что сочинял стихотворения. Потом это ему наскучило, он решил перейти на прозу».
«Не следует думать, что я есть такой уж беззаветный любитель города Тюмени и всего, до нее относящегося, — пишет он о городе. — Напротив, я прекрасно помню, какая Тюмень есть: какой она есть город некрасивый, грязный, нудный, утомительный, провинциальный и убогий. Поэтому говорю прямо: главное, чем она автору этих строк интересна, так это тем, что она есть чрезвычайно удобный объект описания: она маленькая, она компактная, ее можно действительно описать всю».
Порой кажется — да ведь он издевается, смеется над нами! И правда, высмеивает того самого псевдоумного Дотторе из масок комедии дель арте. А вот еще кусочек, в котором виден искренний заблудший ребенок-поэт:
«На самом деле состояние дел в моей жизни является очень сильно плохим. Вот уж значительное количество времени терзает меня страх, стыд, тоска, отчаяние и полное отвращение ко всем собственным сочинениям, как рифмованным, так и прозаическим. Особенно — к последним. Замысел, конечно, был замечательный, но нет у меня больше никаких ни сил, ни возможности со всем этим биться. Главная проблема — я не в состоянии разобраться, что у меня получилось, а что нет. И — не с кем посоветоваться: Наступает ночь, ночь -никто из вас не может (не хочет) помочь. Наступает ночь, тьма -возможно, я просто частично и правда сошел с ума. И, раз так, вот все сочиненное мною к середине апреля 1998-го и при этом хоть каким-либо образом имеющее отношение к городу Тюмени, собранное в кучу, даже пусть это будут просто черновые наброски. Под лозунгом «Я сделал, что мог, пусть кто-нибудь сделает лучше».
Кажется, очень хорошо сказала о Немирове моя однокурсница Эльвира Ольман, сейчас журналист, а когда-то настоящий неформал, хотя совсем уж бывших неформалов не бывает: «Немиров прекрасен тем, что у него к каждому стихотворению есть комментарий: почему выбран такой размер, какие аллюзии и как это писалось. В общем, готовая книга по литературоведению. Поэтому запоминать его стихи почти невозможно — в них слишком много автора, его теорий, они сложны за простым фасадом. Типа знаменитого «вчера все работало, сегодня не работает». Короче, как сказала Татьяна Толстая в «Школе злословия»: «В Америке он был бы очень уважаемым профессором в крутом университете, а у нас — практически безвестный чувак».
Но все-таки и тут ему удалось всех обхитрить и заставить сегодняшнюю молодежь читать его стихи. Хотя Даниил Беляев, игравший роль Немирова в спектакле, отказывается признавать себя детищем только одного времени: «Я — человек и из нового времени, но воспитанный на советских временах (во всяком случае, могу обойтись без смартфонов и интернетов)». Кажется, Мирослав Немиров определенно выбирает особенных людей, чтобы представить себя новой эпохе. А может, просто чудаки были и есть всегда, это прекрасно, это и есть настоящее творчество.
Фото из Живого журнала Гузели Немировой
***
фото: Мирослав Немиров.;