Борис адсорбирует реальность
Борис Бекетов, доктор фармацевтических наук, профессор, подготовил и внедрил в практику десять изобретений и более 25 рационализаторских предложений, в 1997 году ему присвоено звание заслуженного работника здравоохранения Российской Федерации по итогам научно-педагогической деятельности и внедрения в практику результатов работы.
В медицинском вузе он работает по сей день, преподает фармтехнологию. В должности заведующего кафедрой фармацевтической технологии проработал 25 лет (1983-2009 гг.). Под руководством профессора сформировано единое научное направление — биофармацевтические исследования по созданию рациональных лекарственных форм для новых и известных веществ природного и синтетического происхождения, которое продолжает развивать коллектив кафедры. А еще Борис Никандрович пишет стихи.
Хотя сам он больше считает, что стихи — скорее способ выражения жизни, мудрости в ритмичных строках. «Я думаю о конкретных событиях, могу даже ночью проснуться и написать. Писал про ректора, нашу специальность. Иду, посмотрел на небо — в голове рождается стих. Eсли я пришел на работу и вовремя не записал -все пропало».
Одно из его стихотворений называется «Память о сокурсниках»:
…Сегодня рядом с вузом
целый сад, Вокруг тенистые деревья-
ветераны.
Одни шеренгой вдоль аллей стоят,
Другие залечили в земле раны. …
Eсть кто-то выше,
кто-то манит красотой —
Стоят деревья,
как сокурсники родные.
Я рядом с ними
слышу голоса из жизни той
И ухожу в года
студенчества былые.
Пусть пухом белым тополя пылят,
И многим моя радость непонятна.
Ведь с пухом
к нам воспоминания летят
О юности,
ушедшей безвозвратно.
Тополя были посажены студентами мединститута. «Тополь у второго корпуса мой, — говорит Борис Никандрович и добавляет: -Eму шестьдесят лет…»
Тополя неприхотливые, «отрубил палку, воткнул ее и поливай — будет расти», говорит ученый. «Я хожу через сквер Александра Моисеенко, мой тополь растет между гостиницей «Восток» и вторым корпусом. Шел летом, смотрю женщина с внучкой, та чихает, бабушка возмущается: ну кто посадил эти деревья, ведь от них пух! И они даже не подозревают, как близко от них тот самый человек.
Люди не знают, что это антибактериальное дерево, оно пылит, но оно поглощает все токсины, полезное для всего. «Пусть тополя пылят и радость моя многим непонятна», — написал я тогда. Я не сочинил, я просто сказал, о чем думал».
Кстати, первое стихотворение у Бориса Никандровича появилось не в юности (хоть все «твердят, что пишет каждый в девятнадцать лет»). Первое стихотворение появилось после сорока, когда, с 18-летним отрывом от дочери, родился его сын Глеб. Бекетов считает, что возможность писать появляется с возрастом, с желанием осмыслить прожитое.
Сам ученый считает себя разговорчивым, как все преподаватели. «Чтобы меньше говорить, я стараюсь строчки зарифмовать. Так быстрее о чем-то рассказывать». Eсть у него стихотворения-впечатления, например, от песен Высоцкого, чего-то прочитанного или жизненных событий.
Борис Никандрович родился в Харькове в 1946-м. Отец его, военный ветеринар, прошел Финскую и Великую Отечественную войны, а умер через два года после победы. После школы Бекетов поступил в Свердловский медицинский институт на педиатрический факультет, но прервал учебу по собственному желанию, так как ему не предоставили общежитие и стипендию. Пришлось то на вокзале спать, то на чужой кровати, питаться чем-попало, потому что денег было мало. При отчислении ему в институте дали справку, которая давала ему возможность восстановиться. А он и не знал, что может эта бумага. Когда в Тюмени открылся институт, поехал поступать заново. Перед экзаменом по физике заболел, пошел на экзамен с температурой и сдал на тройку. В спортивном зале института работала женщина, ветеран войны, Борис ей помогал. Увидев его после экзамена, она спросила: «Поступил?» Он сказал, что кажется, ему не хватит балла. Чтобы доказать, что он не совсем бесталанный, показал ей бумагу из Свердловска. И эта женщина-ветеран взяла его бумагу и пошла к ректору, об этом Борис Никандрович уже позже узнал. Ректор Жуков попросил принести личное дело этого парня. «Я не могу этого парня принять, потому что приказ о зачислении уже подписан. Пусть учится. Сессию сдаст, там посмотрим», — сказал ректор. Так Борис Никандрович Бекетов проучился три с половиной года — без зачетки и студенческого билета. «В журнале был вкладыш с моей фамилией, если меня спрашивали, ставили там оценку. А потом в деканате в личное дело заносили». В период учебной практики в спортивном лагере на Верхнем Бору он проштрафился (уплыл на лодке с однокурсниками, а обратно вернулись только под утро — не рассчитали течение на Туре). Хотели его отчислить. Но он ведь и не был зачислен, поэтому продолжал учиться.
Отличались ли студенты того времени от сегодняшних? «В этом вузе отличались безусловно, — рассуждает Бекетов, — потому что он только открылся. Учебников не было. Книги присылали из других вузов списанные. А поскольку учебников не было, лекции никто не пропускал. В первом наборе часть студентов была с Севера — в большинстве своем люди взрослые, уже имеющие среднее образование — фельдшера, медсестры или после армии. Учились, помогая друг другу как одна большая дружная семья.
Мы всегда помнили, что ректор — не просто должность, это человек, к которому можно обратиться по любому вопросу. Он проводил с нами вечера, субботники», — рассказывает Бекетов. За каждого студента боролись, случайных не было. Студенты помогали в организации самого учебного процесса. Учились хорошо, потому что сами все делали. «Чтобы меня зачислить, нужно было, чтобы кто-то отчислился. Меня зачислили, когда одна девушка вышла замуж за военного и уехала. Отсев сейчас гораздо больше, потому что возможностей юридических больше у современных студентов появились возможности перейти с курса на курс, с одного факультета на другой. Студенты легко меняют профиль. И тут же: «Раньше студенты были более целеустремленные, отчислений было мало, все знали, куда поступили и зачем учатся».
Когда Борис Никандрович рассказывает о своих изобретениях, которые в основном были получены в сотрудничестве с врачами, поскольку он провизор, становится чем-то похожим на средневекового алхимика. С 2003 по 2010 годы ученый в составе коллектива ООО НПО «Интерлит» по целевой программе Ханты-Мансийского автономного округа разрабатывал инновационные технологии на основе цеолитов Приполярного Урала. Разработанный командой препарат «Климонт» прошел доклинические и клинические испытания в РАМН (филиал «Клиническая фармакология» государственного учреждения научного центра биомедицинских технологий) и рекомендован к применению как монотерапия у больных с острым и хроническим диарейным синдромом неинфекционного генеза. Разработанная под руководством профессора Бекетова технология препарата «Климонт» в лекарственных формах апробирована на Московской фармацевтической фабрике, на заводе «Синтез» в Кургане и на Тюменском химфармзаводе, в московских клиниках.
«В Березовском районе есть месторождение минерала цеолита, которому четыреста миллионов лет. Меня с ним познакомили геологи. Оказалось, что цеолит содержит около семи десятков микроэлементов», — рассказывает Борис Бекетов. Добывать его сложно, потому что места там необжитые, электричества нет, а выхлоп бензиновых двигателей ухудшает свойства цеолита, который по сути адсорбент. А еще есть проблема транспортировки, потому что дорог тоже нет. Подобраться к месторождению можно только во время путины, по реке.
Борис Никандрович рассказывает, что первая партия цеолита оказалась неудачной (ее везли автомобильным транспортом, была нарушена герметичность упаковки, и адсорбент впитал элементы из окружающей среды). И тогда всю партию передали на нужды растениеводов в Курганский сельхозинститут. В тот год, говорит Бекетов, у растениеводов института не было ни одного уродливого плода: ни свеклы, ни капусты, ни моркови. В Боровской птицефабрике препарат также апробирован, его включали в состав корма, и куры неслись активнее. А еще адсорбент убирал запах куриного помета.
«Климонт» снимает аллергию, широко применяется при желудочно-кишечных заболеваниях. «Дело в том, что мы не знаем, какого элемента человеку не хватает, чтобы он был здоров. Кальций, цинк… селен, титан… Человек заболевает, когда какого-то элемента в организме мало. Элементы создают условия для формирования ферментов. Фермент не образуется, то нет синтеза каких-то компонентов клетки. «Климонт» дает организму то, чего не хватает, а забирает то, от чего человек болеет. Мышьяк, тяжелые металлы… Работает как адсорбент и как обменник».
В 1987-1989 годы Бекетов избирался депутатом Ленинского районного совета народных депутатов, был председателем районной комиссии по здравоохранению. Одним из его важных дел в тот период было спасение Утиного пруда, который планировали засыпать и построить гаражи. Общественность взбунтовалась, Бекетову помогали многие жители, в основном живущие рядом ветераны. 5 июля Борису Никандровичу исполнилось 80 лет. Можно бы задуматься об уходе, но пока его попросили продолжить работу в связи с развитием новых научных направлений вуза в области биотехнологии и генной инженерии, которыми первым в вузе начал заниматься Борис Никандрович. А сейчас есть целая кафедра передовых технологий, которая будет заниматься генной инженерией и биотехнологию. Ну и сам признает, что без работы, без студентов, наверное, ему будет сложно жить.
фото tyumsmu.ru
***
фото: Борис Бекетов.;;