Погибший в Чечне
«В Чечню, в Аварию, к горам;
Как там дрались, как мы их били,
Как доставалося и нам…»
«Валерик». Михаил Лермонтов
Анатолий Замков погиб в первой чеченской войне. Его ранило в Грозном на улице Лермонтова. Больше Замкова ничего не связывает с поэтом, разве только школьная программа по литературе, но когда парень умирает совсем молодым, сердце с мозгом соревнуются в поиске наиболее простого способа понять, простить и отпустить. Вот и Лермонтов воевал на Кавказе. И тоже умер молодым.
«Дорогие мои Мама и Папа и, конечно, братан Леха! Пишет вам ваш сын Анатолий. Сегодня уже 21 декабря 1994 года. Все еще не отправили, но отделение взвода уже грузится на платформы, так что скоро и наш черед, и вот, пользуясь моментом, хочу поздравить вас с новым 1995 годом. Вы будете ровно в двенадцать бокалы с вином поднимать, а я с автоматом в руке пойду часового менять. Поздравляю вас с новым 1995 годом. Желаю вам всего самого наилучшего. И не беспокойтесь за меня, пожалуйста», – написал в последнем письме родителям Анатолий Замков. Ему оставалось жить две недели.
…Улица Анатолия Замкова расположена в бывшем поселке Утешево, ее длина пятьсот метров. До 2014 года она называлась улицей Восточной, именно на ней рос, играл с друзьями, бегал в среднюю школу Толя. На ней нет новостроек, а вокруг поля. Тихо. Пожалуй, это и хорошо, потому что кажется, словно эти дворы до сих пор помнят славного (порядочного, как сказала о нем одноклассница) мальчика Толю. «Мы сидели на предпоследней парте, и однажды, кажется, на биологии, – рассказывает Надежда Ситникова, – меня спросили, а я была такая шебутная, к уроку не подготовилась, стою, что-то мямлю, а боковым зрением вижу, он книжку ко мне повернул, мол, подсматривай. Пытался спасти меня, в общем. И, знаете, он так будто трепетно ко мне относился, никогда не обижал». После восьмого класса Надежда пошла в старшую школу, в соседнее село Горьковку, домой приезжала только на выходные. В феврале 1995 года она, как обычно, вышла из автобуса, а вокруг толпа – что случилось? «Тогда я услышала, что народ собрался на похороны Толика, – говорит Надежда. – Я отдала сумки младшему брату и тоже пошла провожать. Толя был такой молодой… Всего девятнадцать лет».
Анатолий Замков родился 1 октября 1975 года. Его родители познакомились в начале семидесятых. Александра Васильевна была поваром на речных судах, а Михаил Анатольевич штурманом. Поженились в 1974 году, поселились на Мысу, потом Михаилу Анатольевичу предложили работу плотником на заводе «Тюменьремдормаш», дали квартиру в Утешево. Александра Васильевна сначала работала там же поваром, а потом перешла в цех. Жили спокойно, Михаил Анатольевич дома смастерил стол, табуретки, шкаф, кухню. Александра растила двоих сыновей, Анатолия и Алексея. «Толя бежал куда-нибудь, а малой за ним. Старший просил: мам, подержи его, я пойду с ребятишками, а он нам мешается, – рассказывает Александра Васильевна. – Толя его научал: Леха, ты учись! И чтобы шить умел, и воротнички подшивать». После восьмого класса школы N 51 в селе Утешево Анатолий поступил в Тюменский лесотехникум на строительный факультет, параллельно окончил курсы шоферов. «Когда живешь, ты думаешь, что все надо», – говорит Александра Васильевна.
В 1993 году Анатолия призвали в армию, сначала он служил в Елани. В поезде, который ехал в часть, он познакомился со своим земляком, будущим наводчиком-оператором Дмитрием Шороховым. Тот описывает Замкова как «справедливого парня», но боевыми товарищами они не стали – служили в одной части, но в разных взводах. «Как бы вместе, но как бы и врозь», – говорит Дмитрий. За полтора года службы Анатолий дослужился до ефрейтора. Тогда он позвонил матери и спросил, что делать: мог остаться в Елани или согласиться перевестись в Екатеринбург. «Решил поехать, потому что туда собрались друзья, – рассказывает Александра Васильевна. – А со Свердловска его уже в Чечню отправили». Но сперва сравнительная близость к дому позволила родителям часто ездить к сыну. Обязательно привозили ему шоколадную колбасу, ходили в баню, гуляли по городу. Александра Васильевна рассказала, как однажды Толя оставил солдатские ботинки в бане. «Мы привозили ему гражданскую одежду, он, видимо, напарившись, и забыл башмаки! Когда они с отцом обратно пришли, им сказали, что сразу поняли, что солдатик оставил, прибрали, ничего не потеряли. Эти дни пролетали моментально».
Когда началась война, до дембеля ребятам оставалось полгода. Причем перед этим часть сослуживцев вызвалась поехать в Осетию. «Там обещали сухпайки, новую одежду, – объясняет Дмитрий, – со всей части уехало процентов 60. Дембель был на носу, когда сказали, что тех, кто остался, отправляют в Чечню». Страха, вспоминает Шорохов, не было. Наоборот, даже хотелось поехать, это ведь почти приключение. «В части мы тряпочкой технику мыли, ездили на полевые учения, а тут выдвинулись в другую сторону, еще и на технике. Весело! – говорит Дмитрий. – А кто не хотел, попрыгали с поезда». В Грозный они заехали 31 декабря, поэтому первое воспоминание Дмитрия – новогодний салют. «За полгода было все что угодно. Мы не думали о смерти, вернемся не вернемся, питались так себе, в основном на сухпайках, – рассказывает Дмитрий. – По молодости и не думали ни о чем плохом. Полгода пролетели вообще быстро». Дмитрий вернулся домой, сперва работал по профессии (он штурман, окончил Омское речное училище), но сходил в пару навигаций и ушел в инкассаторы. Одно время работал на судостроительном заводе, сейчас водитель.
…Последний раз Замковы приехали к сыну 18 декабря 1994 года, привезли конфет к Новому году. В тот день Анатолий сказал, что в увольнительную его не отпустят. Через несколько дней младший сержант, командир мотострелкового отделения Замков был отправлен на Кавказ в составе 276-го Уральского полка.
«Долго не было никаких вестей, ничего, – рассказывает Александра Васильевна. – Я телефон обрывала, искала. Сказали, что он в госпитале».
Дело в том, что, когда они приехали в Чечню, командир сказал ребятам написать с внутренней стороны воротника фамилию. Толя написал Замков прописными буквами, а «м» как «и», поэтому тело не смогли идентифицировать – то ли Заик, то ли Замк. Тела свозили в Ростов, и там, где они лежали, его увидел сослуживец. Потом еще долго не могли определить дату смерти, пока командир части 69771 полковник Бунин не прислал письмо: «В этот день ваш сын стоял на блок-посту по улице Лермонтова, выполнял боевую задачу по обеспечению прохода техники к центру города. Посты периодически обстреливались из минометов боевиками. Одна из них разорвалась в 10 метрах от поста, где находился Анатолий, и осколком мины он был ранен в грудь… Затем он направлен в госпиталь Рытова». Анатолий Замков был ранен 3 января, погиб через три дня – шестого. Посмертно награжден орденом Мужества.
– Слезы до сих пор подступают к горлу. Сколько лет прошло, а боль не утихает, – тихо говорит Александра Васильевна.
Сейчас родители Анатолия занимаются дачей, выращивают яблони, груши, сливу, недавно отметили золотую свадьбу. Алексей, младший брат, работает помощником машиниста на поездах, ему нравится. Есть у Анатолия и племянники – Владислав и Дмитрий. Дмитрию десять лет, он оканчивает четвертый класс, а Владислав проходит срочную службу. «Вот и жизнь пролетела, – говорит Александра Васильевна. – Думала, будем как-то жить все по-доброму. А тут получилось так…»
Назвать улицу в честь погибшего мальчика предложили утешевские школьники. Как сказала бывший председатель ТОС Утешево Инесса Бартоль: «Всем миром принимали решение. Иван Быков, еще один погибший в Чечне, жил в том же доме. Вот мы и выступили с инициативой назвать улицы в их честь. Я лично ходила к матерям и просила на это разрешение». На здании школы, где учились Анатолий и Иван, висит мемориальная доска.
…Я прогуливаюсь по улице Анатолия Замкова в один из последних августовских дней. Несмотря на умиротворение, в котором, кажется, существует улица, хочется закричать что-то важное, чтото про правду, которая существует и в бесцветье, и в темноте. Но вслух нельзя, можно только внутри. Поэтому с губ слетают строчки из стихотворения Лермонтова, которым я начала этот очерк:
«И с грустью тайной и сердечной Я думал: «Жалкий человек.
Чего он хочет!… небо ясно, Под небом места много всем, Но беспрестанно и напрасно Один враждует он – зачем?»
***
фото: Анатолий Анатолий с родителями; Анатолий братом; улица Анатолия Замкова