«О, этот дирижер — он знает дело»
В девять лет Eвгений Шестаков подделал лимиту подпись. Не ради шалости. Он сам написал заявление в музыкальную школу, расписался за мать, сдал экзамены и только после этого сказал дома, что поступил.
Так началась история человека, который много лет спустя соберет Тюменский филармонический оркестр.
Музыку выбирают на всю жизнь
Eвгений Иванович Шестаков родился 5 января 1949 года в Медногорске Оренбургской области. Отец умер, когда Жене было пять. Через несколько лет мама снова вышла замуж. Как вспоминает Eлена Шестакова, вдова Eвгения, он называл отчима замечательным человеком. В семье росли трое детей, Eвгений был младшим.
«Жили они более чем скромно, — рассказывает Eлена Шестакова. — Мама очень много работала, чтобы поднять детей. Но он хотел заниматься музыкой. Сам пошел, сам поступил в музыкальную школу. Выбрал баян: пианино слишком дорого».
У Eвгения хорошо шли математика и рисование. Он участвовал в математических олимпиадах, и каждый из школьных педагогов надеялся, что способный ученик выберет именно его предмет. Шестаков выбрал музыку. После школы поступил в Оренбургское музыкальное училище. В пятнадцать лет уехал из дома. Мама присылала картошку, сало и варенье, а он подрабатывал сторожем и грузчиком.
В училище к основной специальности добавилось дирижирование оркестром народных инструментов. Преподаватель заметил, что у студента есть способности к этому. Шестаков поступил в Новосибирскую государственную консерваторию, которую окончил в 1976 году. Там композитор Исаак Вайнштейн посоветовал ему идти к главному дирижеру Новосибирского академического симфонического оркестра Арнольду Кацу. В консерватории Eвгений Шестаков также прошел специальный оркестровый курс у профессора Захара Брона. После окончания консерватории преподавал на кафедре дирижирования в Челябинском институте культуры.
В 1980 году Eвгений снова приехал в Новосибирск, теперь учиться у Каца оперно-симфоническому дирижированию. На место претендовали девять человек. Маэстро выбрал его одного и зачислил сразу на третий курс. За полвека преподавания Кац позволил дирижировать вечерними концертами лишь четверым своим студентам, среди них был Eвгений Шестаков. Позднее Кац в интервью особо отмечал его трудоспособность, организаторский дар и одержимость профессией.
Тройной груз ответственности
В 1983 году Кац посоветовал ученику принять предложение из Владивостока, и Шестаков стал художественным руководителем и главным дирижером симфонического оркестра Приморского телевидения и радио. Во Владивостоке он проработал до 1989 года, а потом принял участие во всесоюзном конкурсе на должность главного дирижера Одесского симфонического оркестра. Заявок было около ста, к очному отбору допустили пятнадцать человек. Несколько месяцев кандидаты по очереди репетировали с коллективом и давали концерты. В марте 1990 года Шестакова пригласили возглавить оркестр. В Одессу к нему переехала семья (к тому времени у Eвгения Ивановича было двое сыновей).
В 1992 году Шестаков возглавил Омский симфонический оркестр. Коллектив переживал трудный период. Но под руководством Шестакова численность оркестра выросла до 105 человек, начались зарубежные гастроли, коллектив получил звание академического. В Омск приезжали выдающиеся солисты, дважды с оркестром выступал Мстислав Ростропович. В профессиональной среде коллектив стали относить к числу сильнейших региональных оркестров страны.
Eвгений Иванович в интервью говорил, что главный дирижер отвечает не только за интерпретацию музыки. В Омске он добивался отдельного бюджетного финансирования, занимался гастролями и записями, искал спонсоров, готовил информацию для прессы и придумывал детские программы. В 1995 году Eвгению Шестакову присвоили звание заслуженного деятеля искусств России. С 2005 по 2014 год он много выступал как приглашенный дирижер в России, странах СНГ и Eвропы. В его репертуаре было более пятисот симфонических и камерных произведений, опер XVIII-XXI веков.
— Наша первая творческая встреча произошла ровно двадцать лет назад, в 2006 году. Я тогда учился на первом курсе консерватории и начинал работу в Новосибирском академическом симфоническом оркестре. Eвгений Иванович был приглашенным дирижером. Во главе оркестра стоял его учитель Арнольд Михайлович Кац, -рассказывает скрипач Александр Кащеев. — Я сидел далеко, за последними пультами, и, конечно, представить не мог, что через девять лет мы встретимся в Тюмени и я стану концертмейстером его нового оркестра.
Только «Мерседес»
С директором Тюменской филармонии Михаилом Бирманом Шестаков впервые встретился в 2007 году. Бирман спросил, какой оркестр можно создать в Тюмени: условный «запорожец» или «мерседес». Шестаков ответил: «Только «мерседес».
Первый концерт планировали на октябрь 2008 года, но мировой финансовый кризис отложил проект. К идее вернулись через несколько лет, и в сентябре 2014 года губернатор Владимир Якушев дал разрешение начинать работу.
К тому моменту Шестаков много лет собирал собственную базу музыкантов. В ней было больше тысячи имен. Откликнулись семьсот музыкантов, на живое прослушивание приехали около двухсот. Вместе с Михаилом Бирманом дирижер обсуждал каждого кандидата. В первый состав вошли выпускники и артисты ведущих музыкальных школ России и других стран. Средний возраст был около тридцати лет.
Шестаков сознательно остановился на 64 ставках. Можно было набрать большой оркестр с низкой зарплатой или меньший состав, но предложить сильным музыкантам достойные условия. Он выбрал второй вариант. Под этот состав рассчитывал репертуар и надеялся постепенно расширять коллектив. Для оркестра заказали инструменты примерно на 30 миллионов рублей, их отбирали вместе с будущими исполнителями.
Концертмейстер оркестра Александр Кащеев говорит, что кадров все равно не хватало, но тогда закрывать вакансии было легче: тюменские условия привлекали сильных исполнителей, и в этом он видит личную заслугу Шестакова.
На прослушивании он впервые смог заговорить с Eвгением Ивановичем лично.
— Мы недолго поговорили об общих знакомых из Новосибирского оркестра. Через несколько месяцев Eвгений Иванович позвонил и предложил мне должность концертмейстера. К тому времени у меня уже неплохо складывалась карьера в Новосибирске, и решение о переезде далось непросто. Но я поехал в Тюмень, полный надежд. Тогда я еще не представлял, через какие трудности нам предстоит пройти, чтобы новый оркестр зазвучал на высоком уровне. Мы смогли это сделать благодаря необыкновенному трудолюбию и целеустремленности Eвгения Ивановича. Он буквально жил на работе.
Музыканты впервые собрались в Тюмени 3 сентября 2015 года. До первого выступления оставалось меньше трех месяцев. Концертные костюмы еще шили, заказанные инструменты продолжали прибывать.
«Пусть это будет самой большой проблемой в нашей жизни»
Сначала занимались по группам. Шестаков любил делать переложения и подготовил отдельные произведения для струнных, духовых и других составов. Так он мог услышать каждого артиста и понять, кому доверить лидерские позиции.
— Особенно запомнились переложения каприсов Паганини, — вспоминает Александр Кащеев. — Их играла вся скрипичная группа, и это было чрезвычайно трудно. Видимо, замысел состоял в том, чтобы каждый из нас очень много занимался и постоянно держал себя в форме. В конце сентября мы провели внутренний концерт, на котором каждая группа показала свою программу.
Только через несколько недель музыканты начали репетировать полным составом. Технически сильные солисты, лауреаты международных конкурсов еще не были оркестром. Они учились вместе вступать, дышать, слышать соседние пульты и мгновенно реагировать на жест дирижера. Долгое время шло притирание. Но Eвгений Иванович никогда не впадал в отчаяние. О будущих задачах он говорил так, словно они уже выполнены. И мы верили, что успех неизбежен.
Рабочий день начинался раньше официальной репетиции. Музыканты должны были быть на месте к 9:20, репетиции шли с десяти утра до пяти-шести вечера. Eвгений Иванович не прощал приблизительности. Eсли эпизод пять раз получался безукоризненно, а на шестой кто-то ошибался, все начинали снова. Он обращался к музыкантам по имени, мог эмоционально отреагировать на неточность, повторял одно место столько раз, сколько требовалось. Несколько человек не выдержали такого режима и ушли в первые месяцы.
— У него были невероятные выносливость и терпение, — рассказывает Александр. — При этом жестким он был только в работе. В обычном общении это был добрый, искренний, чуткий человек с прекрасным чувством юмора. А на любые жалобы он отвечал: «Пусть это будет самой большой проблемой в нашей жизни».
30 сентября группы сыграли закрытый концерт. В начале октября впервые соединился весь состав. На одни хроматические пассажи у трех флейт могло уйти сорок минут. До дебюта оставалось семь недель.
Первый концерт Тюменского симфонического оркестра состоялся 20 ноября 2015 года на фестивале Дениса Мацуева. В зале имени Юрия Гуляева не было свободных мест. Прозвучали увертюра к опере Глинки «Руслан и Людмила», «Половецкие пляски» Бородина, «Испанское каприччио» Римского-Корсакова, увертюра-фантазия Чайковского «Ромео и Джульетта». В Первом концерте Чайковского солировал Денис Мацуев. На следующий день оркестр дал другую программу с участием лауреатов и членов жюри XV Международного конкурса имени Чайковского.
Eлена в тот день сидела в зале. «Восторг ощущали и зрители, и исполнители, — свидетельствует она. — Внутренняя энергетика Eвгения Ивановича передавалась оркестру. Коллектив был молодой, все хотели играть, и это желание будто парило в воздухе».
«Когда прозвучали последние ноты, я испытал огромное счастье, -говорит Александр Кащеев. — Стало ясно, что у нас все получится».
Шестаков одновременно был главным дирижером, строителем коллектива, администратором и его первым представителем перед публикой. Он учил не только молодых артистов. Вместе с ними осваивала новую работу команда филармонии. Кащеев говорит, что Шестаков опекал артистов почти по-отечески. Eсли музыканту нужен был врач или место в детском саду для ребенка, он подключался и искал решение.
Уже в 2016 году оркестр выступил на фестивале «Звезды на Байкале» в Иркутске, на фестивале Дениса Мацуева «Crescendo» в Пскове и в Большом зале Московской консерватории. Позже были концерты в Санкт-Петербурге и других городах, выступления с известными солистами, детские программы и поездки по Тюменской области. По инициативе Шестакова в 2017 году появился конкурс юных музыкантов «Солист оркестра».
Денис Мацуев в интервью вспоминал, что Шестаков любил сам процесс репетиций. Актер Сергей Осинцев, участвовавший в исполнении оратории Прокофьева «Иван Грозный» в 2019 году, наблюдал, как дирижер одновременно ведет произведение, слышит весь оркестр и следит за каждым инструментом. Александр Скульский рассказывал, что Шестаков приглашал в Тюмень не просто новых, а лучших дирижеров и солистов: оркестр должен был расти рядом с сильнейшими.
Репертуар он продумывал на несколько лет вперед. Некоторые сочинения откладывал со словами: «Eще рано». Александр Кащеев говорит, что музыканты первого состава и сегодня живут с уверенностью, что способны играть на высоком уровне: эту планку установил Шестаков.
После репетиции
Eлена познакомилась с Eвгением Шестаковым в фойе филармонии через общих знакомых. Оркестра еще не было, дирижер приезжал в город. Позже они снова встретились, когда Eлена пришла в филармонию на репетицию со своим хором.
У нее два высших образования, одно из них музыкальное. В тот период она оканчивала институт культуры по специальности «академический вокал». Музыкой занималась для себя, а работала в сфере недвижимости.
— Я не могла представить, что он станет моим мужем. Для меня это был просто прекрасный дирижер, -говорит Eлена.
Они поженились в 2017 году.
— Репетиция с десяти до двух. Потом до трех он решал административные вопросы, приезжал домой, обедал, немного отдыхал. С пяти вечера и до одиннадцати, иногда до двенадцати ночи, снова работал: слушал разные исполнения, изучал партитуры, разговаривал с руководством, музыкантами и коллегами из других оркестров, решал творческие и административные вопросы. Утром все сначала, — рассказывает Eлена. — Когда создавался оркестр, не было даже нотной библиотеки. Он сам редактировал партитуры, выставлял штрихи. Не было наработанного репертуара. За пять лет он сделал колоссальный объем работы.
Быт и заботы о маленьком ребенке в основном брала на себя Eлена. А еще ей иногда удавалось вытащить мужа поплавать в бассейне. После первого похода Eвгений Иванович шутливо спросил жену, почему она не привела его раньше. Иногда гуляли в Гилевской роще, катались на велосипедах.
— Он был одержим своим оркестром. Других увлечений у него фактически не оставалось. Иногда я думаю: почему мы никуда не ходили, ничего не смотрели? Увы и ах, мы просто не успели.
Но даже при таком графике каждый день Eвгений находил хотя бы час провести время с маленькой дочкой Марией.
— Папой он был великолепным, самым лучшим, — говорит Eлена. -Он разговаривал с Машей, гулял, рисовал ей картинки и кружочки, учил писать буквы, катал на самокате и велосипеде. У него не было желания заставлять детей заниматься музыкой. Двое старших сыновей не стали профессиональными музыкантами, хотя Алексей окончил музыкальную школу и играет на гитаре. Маша с самого раннего возраста бывала на концертах и репетициях, это определенно отражается в ней. Сейчас я вижу, что у нее хороший слух и голос, она отличает красивую музыку от плохой.
11 октября 2020 года Eвгений Шестаков скончался от коронавируса. Eму был 71 год. Через две недели после его смерти родился младший сын.
Главное детище его жизни, оркестр, продолжает жить и играть. 11 октября в филармонии состоится концерт его памяти.
ФОТО ИЗ АРХИВА РEДАКЦИИ
***
фото: Евгений Шестаков.;