X

  • 20 Ноябрь
  • 2026 года
  • № 129
  • 5920

С позиции мужчины

«Ты все равно пересматриваешь отношение к женщине. Понимаешь, что она создана с глобальной миссией, и это она продолжательница рода, а не мужчина. Женщине предстоит забеременеть, выносить и родить ребенка. Поэтому она стоит во главе всего», — говорит акушер-гинеколог Роман Марченко. Он уже семнадцать лет принимает роды в перинатальном центре. В октябре, рассказывает врач, девочек в центре родилось больше, чем мальчиков.

Первые два курса медицинской академии Роман Николаевич был уверен, что пойдет в хирурги, но однажды увидел роды.

— И понял, что это мое. Больше мне ничего не интересно. Роды — это воистину какое-то таинство. Женщина пришла в стационар одна, а уходят их уже двое.

Сначала Марченко работал в корпусе на улице Даудельной, 1, и в первый же его день поступила пациентка с массивной кровопотерей. Через три года он стал там заведовать отделением, а в 2020 году его назначили заведующим в корпусе на улице Энергетиков, 26. На мой вопрос о том, каково быть мужчиной в таком скорее женском мире, он отвечает, что врачей акушеров-гинекологов много, но в роддомах дежурят и работают единицы.

— Остаются сильные духом, потому что акушерство — тяжелая специальность. Ты отвечаешь не за одного пациента, а сразу за двух, иногда за трех.

Некоторые пациентки хотят, чтобы у них принимала роды женщина, говорят, не могут, чтобы на них смотрел посторонний мужчина.

— Они не понимают, что врач -бесполое существо, ему все равно, кто перед ним — женщина или мужчина, для него главное — оказать помощь, чтобы все были счастливы и здоровы.

Рассуждая о разнице между мужчиной и женщиной акушером-гинекологом, Марченко говорит, что женщины бывают солидарны с роженицей, ведь многие сами пережили то же, что и она. Вместе с тем в момент родов это может мешать. Мужчина, в свою очередь, смотрит на процесс более объективно, не поддается эмоциям и держит в голове две вещи: ребенок должен выжить, женщина -сохранить репродуктивную функцию. В пример он приводит роды, случившиеся два года назад, тогда у родильницы остановилось сердце. Именно холодный мозг и уверенность в действиях помогли Роману Николаевичу сделать мортальное кесарево сечение, то есть кесарево сечение умирающей женщине, и в итоге спасти и ее, и ребенка.

Любые тяжелые роды, тяжелые дети — травмирующий фактор для врача.

— И кого вам предписано выбирать?

— Нет такого. Мы должны спасти обоих.

Стоит отметить, что акушерство -это командная работа. На дежурстве всегда два специалиста, а в тяжелой ситуации в любое время суток можно вызвать коллег. Романа Николаевича и самого, бывает, будят ночью.

— Я выбрал специальность, которая требует экстренного реагирования в любое время.

Первые годы, говорит Марченко, подсчитывали, сколько родов у каждого акушера, потом перестали. Однако одну цифру он запомнил — 840. Получается, даже если мы возьмем 800 родов в год, через руки Романа Николаевича прошло около четырнадцати тысяч детей.

Роман Николаевич говорит, что большинство рожениц до сих пор уверены, что муж не выдержит присутствия на родах и упадет в обморок.

— Плакать плачут. Это эмоциональный момент в жизни мужчины, когда он плачет от счастья, и когда ты это видишь, прямо за душу берет. Но редко кто падает в обморок. Была ситуация: в палате были муж и фотограф. В кульминационный момент, когда ребенок рождается и выкладывается на грудь матери, фотограф, у которой самой есть дети, падает в обморок…

Когда к доктору приходят пациентки в раздумьях, идти или нет на партнерские роды, Роман Николаевич просит привести на следующий прием мужей и проводит с ними беседы. Он уверен, что присутствие мужа на родах укрепляет семью.

— Некоторые, насмотревшись фильмов, думают, что женщина пришла в роддом, потужилась два раза и готово. А того, что она переживает в родах, они не видят. Те, кто проживают их вместе, понимают, что женщина в родах работает.

Марченко говорит, что не обязательно стоять и наблюдать весь процесс, но момент рождения ребенка надо видеть. Прийти можно не только с отцом ребенка. Некоторые приходят с мамами.

— Для мамы рожающая дочь -это прежде всего ее ребенок. И ей больнее всех, тяжелее всех. Лучший партнер в этой ситуации — муж.

В современной медицине роды обезболены настолько, насколько это возможно. В палате можно включить свою музыку, зажечь свечи, создать такую атмосферу, чтобы роженице было максимально комфортно.

Главное — быть психологически готовой к родам. Роман Николаевич рассказывает истории о тревожных пациентках из глубинки, которым бабки-гадалки предсказали смерть в родах. Такие женщины уже поступают в роддом в ужасе.

— Мы должны вывести их из этого эмоционального состояния. Показать, что можно изменить судьбу, изменив мышление.

Роды, говорит Марченко, начнутся не после того, как будущая мама, согласно нелепым поверьям, вымоет дома все полы или проведет какие-либо обряды, а когда отпустит страхи, поймет, что роды — это неизбежно. Тогда у нее выработается достаточно гормонов, которые вызовут схватки. Важно настроиться на позитивный лад. Понятно, что ситуации бывают разные, но ты идешь на праздник рождения своего ребенка. Надо все отпустить и идти со спокойной душой.

Сказать, конечно, проще, чем сделать, но Роман Николаевич помогает пациенткам. Отвлекает их, задает вопросы, просит отслеживать время схваток, концентрироваться на дыхании.

Отдельная тема — женщины, решившиеся родить первого ребенка после сорока. Роман Николаевич говорит, если такая пациентка забеременела сама и у нее нет проблем со здоровьем, то рожать после сорока вовсе не критично. А вот если она ранее прерывала беременность или серьезно болела, есть вероятность, что организм уже сдался. Самой возрастной роженице Марченко было 50. Но для нее это были четвертые роды. Они с мужем не планировали эту беременность, но решили рожать, и вынашивали со своими особенностями. «Спокойно родили, все хорошо», — подытожил Роман Николаевич.

ФОТО ИЗ ЛИЧНОГО АРХИВА

***
фото: Роман Марченко.;

Поделиться ссылкой:

Оставить комментарий

Размер шрифта

Пунктов

Интервал

Пунктов

Кернинг

Стиль шрифта

Изображения

Цвета сайта