X

Как страшно жить! Но приходится

«Боюсь заболеть. Боюсь потерять работу. Боюсь, что в новом году грянет кризис, обесценятся деньги. Боюсь, что границы больше не откроют! Вот ты журналист, скажи, как думаешь, чем все это кончится?» — нервно спрашивает меня знакомая.

Пытаюсь что-то сказать, но замолкаю. Я тоже не знаю, что будет дальше. Вполне вероятно, на сто процентов не знают этого и фигуры куда более значительные, чем я. Потому вместо сомнительных предсказаний я советую ей несколько способов успокоиться. Ведь на этих выходных как раз говорили о средствах борьбы со страхами…

Наденьте маску

Александр Журавлев, художник, магистр изящных искусств и старший преподаватель школы дизайна НИУ ВШЭ, показывает зрителям, собравшимся в «Конторе пароходства» в субботу, странные вещи. В таких ситуациях принято говорить: к этому жизнь меня не готовила!

Начинается все вполне буднично, мы обсуждаем автопортреты Рембрандта. Где художник предстает перед нами то в роли семьянина, то в роли гуляки. В роли богатого господина и в роли уставшего работяги. Он как актер — примеряет маски. Но королем в этом искусстве стал другой великий художник — Пикассо. Eго автопортреты напрямую отсылают нас к африканским маскам, которые надевают во время обрядов, чтобы отделить себя от человеческого тела. С тех пор, как участник ритуала надевает маску, он больше не человек, меняется его речь и пластика. Он может представлять животное, дух или даже бога. И Пикассо рисует свое лицо, будто полностью повторяя некоторые африканские маски. Как бы намекая, что он тоже способен превращаться.

— Мы в социальных сетях занимаемся этим же, — считает Александр Журавлев. — Виртуальность дает нам полную свободу самоопределения. Мы можем быть кем угодно. Художникам заказывают, например, нарисовать персонажа. Этого персонажа вы можете поставить на аватар в социальных сетях. Можете заказать его портреты в разных условиях — и заполнять ими ленту новостей, как собственными фотографиями. И люди в какой-то степени действительно будут воспринимать вас как этого персонажа.

А потом он показывает нам фурри (существ, похожих одновременно на животных и людей). Отрывок из мультфильма «Рик и Морти», где ученый превращает себя в огурец и очень нестандартно выходит из тяжелой ситуации. Немецкий фильм 30-х годов, где люди странно двигаются в костюмах, напоминающих юлу и неваляшку. А еще современный 3D-мультфильм про, возможно, человека, которого, кажется, съел паук. Говорю «кажется», потому что в этом мультфильме ни в чем нельзя быть уверенным наверняка… Глаза у меня после просмотра большие и круглые, как пятирублевые монеты.

Впрочем, во всем этом поражающем воображение баловстве есть философская подоплека. Зачастую мы склонны судить о людях как о чем-то неизменном. Стоит хорошему в нашем понимании человеку ошибиться — мы тут же чувствуем себя обманутыми и злимся. Александр Журавлев приводит в пример неосторожное высказывание писательницы Джоан Роулинг, которую поклонники возненавидели только из-за нескольких предложений в твиттере. На нее навесили ярлыки, обвинили в нетолерантности, не пожелав выслушать объяснения. Даже сказали, что теперь, зная, какая Роулинг на самом деле, выкинут коллекцию книг о Гарри Поттере… Но ведь на самом деле люди могут меняться. И неоднократно. Eсли они такие сегодня, не значит, что раньше они нас обманывали. И не значит, что завтра они не станут другими.

— Пиком желания зафиксировать людей в одном состоянии был нацизм. Эта идеология подразумевает, что мы с рождения и до конца жизни обладает определенными качествами. Более того, эти качества полностью взаимосвязаны с нашим телом. А значит, и наше тело не должно меняться, — говорит Александр Журавлев. — Когда мы не признаем за человеком того, что его природа пластична, что он может радикально менять свои убеждения и даже гендер — по сути, мы немного нацисты.

Но самое главное, что полная свобода превращений в сети делает нас несколько свободнее и в реальной жизни. Ведь страх перемен обусловлен как раз нашим желанием зафиксировать других и себя в определенной роли. Но нет ничего страшного в том, чтобы менять эти роли хоть несколько раз за день, — в этом наша природа. И если кому- то можно быть тигрочеловеком или огурцом, что мешает нам сменить профессию или место жительства?

Катя Христозова, Дмитрий Сиялов

Верьте в будущее и чаще улыбайтесь

В воскресенье симфонический оркестр завершил год 250-летия великого немецкого композитора Бетховена. В этот день прозвучали две его знаменитые симфонии — N 7 и N 8.

— Седьмая симфония появилась на свет в 1813 году, и сразу же со стороны слушателей посыпались неодобрительные отклики. Но композитор стоял на своем, он называл седьмую симфонию своим любимым детищем, — рассказала слушателям ведущая и музыковед Надежда Коваленко. — Произведение стоит в стороне от привычной героической линии бетховенского симфонизма. Музыковеды его называют апофеозом танца: ни в одной другой симфонии нет такого обилия танцевальных ритмов, праздничного, ликующего настроения. Впрочем, в следующей ее части появляются и минорные ноты. Чтобы в конце вновь смениться праздничным звучанием.

Нетрудно догадаться, что подразумевает Бетховен. Счастье не может длиться вечно. Но оно не может и пропасть навсегда. В этой надежде на его возвращение в будущем и есть ключ привлекательности симфонии. Впрочем, счастливое будущее славили на концерте не только музыкой. В этот день на сцене наградили дипломами победителей творческого соревнования — IV областного открытого конкурса «Солист оркестра» на лучшее исполнение произведения с Тюменским филармоническим оркестром.

Ну а завершило вечер исполнение симфонии N 8. Она создавалась параллельно с седьмой, но они совершенно разные. «Маленькая симфония», как называл ее сам Бетховен, щедра на неожиданные повороты, яркие детали, динамику. А Чайковский называл ее полной юмористических контрастов.

Юмор — то, что может помочь нам выжить в самые сложные времена. Ведь, как считал писатель Грегори Дэвид Робертс: «Eсли твоя судьба не вызывает у тебя смеха, значит, ты просто не понял шутки».

Посмотрите фобиям в лицо

Премьера спектакля «Храбрый Юрка» состоялась в субботу в театре кукол. Режиссер постановки Наталья Явныч делает акцент на том, что именно в наше время ее работа особенно актуальна.

— Спасибо, что пришли. Не побоялись, — с улыбкой говорит она зрителям.

Явныч уверена, что тема детских страхов отзовется в душе у взрослых. Это действительно так. Eй удается воссоздать обстановку небольшой квартиры ребенка, который родился не то в семидесятые, не то в девяностые. Вся эта старенькая мебель, развешанное на кухне белье, будильник с заводным ключом — едва ли это детство современного цифрового ребенка. Узнаваемы и наши страхи. Загадочный чемодан глубоко под кроватью. Суровое лицо дедушки на портрете, он умер еще до рождения внука и немного пугает теперь своим видом. Впрочем, врывается в этот спектакль и современность. Дизайн персонажей будто вышел из какого-нибудь популярного сегодня мультика. Подход к повествованию несколько диснеевский: будут авторские песни, музыка и танцы. Актерам, на сцене их всего четверо, удастся удерживать внимание маленьких зрителей. Они убедительно сыграют и мистических существ, и живой гардероб на пару с ожившим одеялом, масштабные военные баталии, говорящий портрет, и, конечно, самого Юрку. Кукла, несмотря на нереалистичный вид, сохранит вполне узнаваемую пластику обычного мальчишки. Это мастерство оживления всякий раз удивляет.

Пока дети смеются, ужасаются и восторженно комментируют, мы, взрослые, проваливаемся в ностальгию. Спектакль позволяет погрузиться в прошлое, а заодно подумать о том, так ли страшно все, чего мы боимся сегодня? Так ли здраво мы рассуждаем, если еще каких-то пару десятков лет назад боялись подобных глупостей (а некоторые, скажем, я, немного боятся кое-чего из представленного в спектакле — до сих пор)?

Сам Юрка, надо отметить, не просто побеждает свои страхи, он знакомится с ними ближе и делает их своими друзьями. Не знаю, насколько Наталья Явныч знакома с психологией, но профессионалы с ней солидарны. Нет смысла бороться со страхами, считают они. Вместо этого стоит сделать свои страхи союзниками в движении вперед. Для этого нужно заглянуть им в лицо. Один из способов: написать на бумаге, чего именно вы боитесь. И почему. Прочитать несколько раз, обдумать, насколько реалистичны такие перспективы. И продумать план действий: что вы будете делать, если это случится? А что вы можете сделать, чтобы этого не произошло?

Ведь на самом деле страх может сделать нас сильнее и умнее, может нас объединить, сделать сознательнее, — стоит только научиться с ним сотрудничать.

***
фото: Концерт Бетховена в филармонии ;Сцена из спектакля «Храбрый Юрка».

Поделиться ссылкой:

Оставить комментарий

Размер шрифта

Пунктов

Интервал

Пунктов

Кернинг

Стиль шрифта

Изображения

Цвета сайта