X

Словно свет в темной комнате

Напоминаем читателям «Курьера», что под этой рубрикой выходит наш экспресс-анализ книжных новинок, только что появившихся в Тюмени.

Гатчина — кривой домишко, жалкие комнаты, чад кухни, дым дешевых папирос, бульканье водки, человек десять каких-то оборванцев-собутыльников. Среди этого нищий, пьяный, умирающий Фофанов. Знаменитый русский поэт, соединивший классику XIX в., лирическую импрессию А. Фета с модернистским стихом.

Жена Фофанова — сумасшедшая. Дети — сколько их — вместе с отцом, пьющим стаканами. Собутыльники -шулера, взломщики, агенты охранки. Фофанов, страшно кощунствуя, закуривает от лампады. И, икая, читает стихи, на каждом из которых сквозь вздор и нелепость отблеск небесной чистоты.

Поэта слушают, на глазах слезы. Фофанов шатается, потом валится под стол, на плевки и окурки, на грязные сапоги сыщиков. Со словами «Бессмертия мне!..». Любимая фраза. Это были и последние слова, когда он умирал от белой горячки.

Общих кавычек не ставлю ибо пришлось излагать, сокращая. «Китайские тени» Георгия Иванова. То ли статью, то ли очерк истории нашей поэзии, то ли мемуары. Впечатление от них, других материалов, подобно неожиданно включенному счету в темной комнате. А ведь все читатели (и я) в ней были. Хотя бы в 10-м классе. Когда нам «давали» обзор русской литературы начала этого века. Искаженный и дурной. Лживый, с «правильным» поруганием красоты серебряного века — духовного и эстетического подъема в России 90-900-х годов мирового значения.

Уж скоро 10 лет, как новые ловкие «идеологи» стали писать «альтернативные» учебники для старших классов. Не жалеют на них гос. и спонсорских средств руководители якобы лицеев и гимназий, колледжей и спецклассов. Щедро тратятся на новую халтуру.

Вот же он — новый учебник, написанный теми, кто жил, страдал, мучился над строками, был изгнан из Отечества. Берите скорей — всего 2,5 тыщи: «Воспоминания о серебряном веке». Москва, изд-во «Республика», 1993. Составил профессор славистики Айовского университета (США) Вадим Крейд (потомок русских эмигрантов).

Точны и выразительны характеристики эпохи Н. Арсеньева: «Меня отталкивал дух сладострастно-истерического кликушества, которым дышали многие представители нового эстетско-религиозного направления, лишенного всякой внутренней трезвости, сдержанности и целомудренного трепета перед святыней и переходившего нередко в смесь квазирелигиозного, полухлыстовского крикливого оргазма с безвкусной самолюбующейся литературщиной. Думаю об А. Белом, о кругах эмоционально возбужденных «соловьистов», о Вячеславе Иванове, Мережковском, о Бальмонте…».

Заметьте, что новые неофиты, вознесшие до небес новых кумиров из тех символистов, пренебрежительно говорящие уже о Куприне и топчущие Горького, дурят головы школьникам новыми мифами. Как видите, мастера серебряного века не только писали хвалебные манифесты сами о себе.

Конечно, эта книга самоценна, учителю литературы еще работать и работать с ней. Чтобы сделать нормальный и интересный конспект. А просто читатель красиво переживет их время заново. И на пути, как демон бледный, Срывая мантию с плеча, Прорезал воздух Всадник Медный, По рифмам Пушкина стуча…

Поделиться ссылкой:

Оставить комментарий

Размер шрифта

Пунктов

Интервал

Пунктов

Кернинг

Стиль шрифта

Изображения

Цвета сайта