X

Звали ее Ермолаиха

Бабушка моя Eкатерина Васильевна родилась еще в XIX веке, в 1879 году. Односельчане звали ее Eрмола- иха — по имени мужа. С дедушкой Eрмолаем Наумовичем они родили 12 детей, хотя не все их дети жили долго.

Бабушка работала в колхозе, занималась домашним хозяйством, детьми, была большой рукодельницей. В сенях стоял ткацкий станок, я помню это чудодействие, как рождались полотна, как бегал челнок ряд за рядом. Я зачарованно смотрела, училась и помогала, гордилась, когда у меня получалось и бабушка меня хвалила.

Дом наш был в деревне Васьки- но, в Удмуртии. Дедушка и бабушка были трудолюбивыми, и поэтому жили не в бедности. Мы сеяли, косили, стригли овец. Шерсть теребили, как бы пушили и очищали. Затем бабушка привязывала кучу шерсти и пряла бесконечные нити, скручивала их в клубочки, а потом вязала. Вышивала гладью салфетки. И очень вкусно готовила в русской печи и русские, и удмуртские блюда — супы в чугунках, перепечи, блины, каши, репу. Бабушка ставила тесто в деревянной кадушке не на дрожжах, а на хмелю, он рос во дворе. На огороде росли всякие овощи, а в конце огорода стояла баня. Бабушка мыла нас, внуков, по очереди в этой бане. Работы было у нее с раннего утра до ночи много.

С бабушкой я познакомилась, когда родилась, ей было уже 74 года. Моя мама, ее дочь Анна, умерла в роддоме, в районном центре. Мне было два дня, у нее случился инсульт, а когда мне исполнилось десять дней, мамы не стало. Меня кормили все мамочки в роддоме, у кого было молоко в излишке. Потом кормила соседка через дом, потом родственница из соседнего села… Я всегда говорю: вскормили меня грудью много матерей, и здоровья и энергии мне досталось от них, спасибо им.

После смерти мамы все хлопоты по выхаживанию меня легли на бабушку. Я заболела корью и болела очень сильно, бабушка говорила: думали, что помру, но я выжила опять. Бабулечка моя молилась за меня. Она была верующей, староверкой, все ее дети были крещеными тайком. Меня тоже крестили, даже не сказав отцу. Он был партийным работником, ему в этом участвовать было нельзя.

Когда мне пришла пора идти в первый класс, я переехала к отцу (он жил в другой деревне с новой женой и моими старшими братьями). Отвозил меня дедушка, а я всю дорогу думала, как я буду там, как папина жена выглядит, какая она? «Дедушка, а как мне ее называть?», — спросила я деда. Он задумался: «Называй мамой, наверное». Новая мама оказалась доброй и меня никогда не обижала, но и не стала для меня нежной и любящей.

Конечно, переехав к отцу, я очень скучала по бабушке и дедушке. Они старели, я росла. Первым умер дедушка. Бабушку забрал ее сын, брат моей мамы, на Украину. Бабушка пережила деда на год. Жаль, что они похоронены не рядом. Они так любили друг друга! Были нежны, заигрывали, шутили, обнимались. Они стали для меня идеалом семьи, примером бесконечной любви.

Бабушка моя, через многие годы и я пронесла твою любовь, она сделала из меня человека, думаю, что хорошего. Почему-то я всегда чувствовала, что ты со мной, и в трудные минуты мне помогаешь, подсказываешь в снах, в приметах, как поступить. А на ладони у меня есть параллельная линия жизни.

ФОТО ИЗ ЛИЧНОГО АРХИВА

***
фото: Екатерина Васильевна и Ермолай Наумович Гудцовы, 1950-е годы.

Поделиться ссылкой:

Оставить комментарий

Размер шрифта

Пунктов

Интервал

Пунктов

Кернинг

Стиль шрифта

Изображения

Цвета сайта