X

Долгая дорога через горы

Детство и юность моя бабушка, Юлия Алексеевна Федотова, провела в Бугуруслане (Оренбургская область). В большой семье было десять детей, а разница между старшим и младшим — 24 года.

В Бугуруслане были медицинское, летное и ремесленное училища, нефтяной техникум. Ни в одной из этих профессий бабушка себя не видела. Когда она закончила школу, отец строго сказал: «Иди и ищи работу, пока не найдешь, домой не приходи». Юля устроилась на маслосырзавод. Мыла там бутылки, затаривала льдом гильзы с мороженым. В ночную смену привозили молоко в цистернах, рано утром, в четыре часа, его надлежало разлить в гильзы с молочной смесью для мороженого, а затем работницы залезали в цистерны и мыли их изнутри. Юной девушке так хотелось ходить на танцы в городской сад, где по средам и выходным играл духовой оркестр, но надо было работать.

А потом к соседке приехал в отпуск брат из Ленинабада (Таджикская ССР), рассказал всякое про тамошнюю жизнь, и родители согласились отпустить Юлию и ее сестру Тамару в незнакомый далекий город, чтобы они там нашли работу. Уехали и устроились на шелкоткацкую фабрику «Красный ткач». До сих пор, вспоминая, Юлия Алексеевна словно снова слышит шум ткацких станков.

Однако сестры вернулись домой через полгода: к ним привязались местные ребята, только сбежав, можно было отбиться от ухажеров. Поэтому следующие два года Юлия провела на том же бугурусланском маслосырзаводе…

А потом они с Тамарой снова уехали в Таджикистан. На этот раз в Сталинабад. Юлия устроилась учеником в кондитерский цех, жила на квартире, но, зная нравы местных ребят, сестры вели себя осторожнее.

Счастливый случай изменил судьбу девушки. Юлия прочитала в газете объявление о шестимесячных педагогических курсах русского языка с последующим преподаванием в таджикских классах. Записались вместе с Тамарой и целых полгода жили на крошечную стипендию в 24 рубля. И вот свежеиспеченных педагогов распределяют на работу — в кишлаки в двухстах километрах от Душанбе (Сталинабад уже переименовали).

— Eхали на попутной грузовой машине по извилистой дороге. С одной стороны — обрыв, внизу бурлит река Вахш. С другой — высокие горы. Через пять часов приехали в поселок Комсомолабад. Оттуда на люльке по канатам переправились через Вахш. На другом берегу встретил усатый таджик, директор школы. Погрузил наши вещи на осла, а мы пошли за пешком. Гористая местность с выжженной от солнца травой, август, жара, ни ветерка… Одноэтажная школа, деревянная с маленькими классами на шесть-восемь парт. Мне дали отдельную маленькую комнату у таджика, которая закрывалась на замок. Я была так рада первой учительской зарплате! Просто счастлива! Помню как сейчас: купила банку сгущенки, печенье, тушенку, и мне казалось, что вкуснее ничего нет.

Сестру отправили работать в другой кишлак, дорога к нему шла через горы. Но Тамара не задержалась в Таджикистане надолго: ее парень пришел из армии, она возвратилась в Бугуруслан и вышла замуж.

А через год в кишлаке Рохи Нав построили новую школу, где Юлии выделили и рабочее место, и комнату.

Чтобы выбраться в город, каждый раз приходилось переправляться через Вахш.

— Переплывали на плоту — сядешь в одном месте, а течение быстрое, относит далеко-далеко. Можно было перебраться на другой берег по канату на люльке с мотором, только до переправы надо идти километра два-три. Конечно, было страшно — бурная река, течение, камни, а по-другому никак.

За хорошую работу молодую учительницу перевели учителем начальных классов в детский республиканский ревматологический санаторий в сорока километрах от Душанбе. В этот период Юлия поступила в душанбинский пединститут имени Тараса Шевченко, который закончила через шесть лет, в 1969 году. На третьем курсе студентам преподавали таджикский язык, в конце учебного года сдавали государственный экзамен по сопоставительной грамматике русского и таджикского языков. И получилось, что в школе моя бабушка преподавала русский язык, но с учениками общалась на таджикском. Так, большинство жителей Таджикистана знали оба языка.

Новый 1965 год. Юлия встречала его у подруги Раи и там познакомилась с Николаем. Они понравились друг другу, и в этом же году сыграли свадьбу. Жили в Душанбе у родителей Николая в ветхом домике с небольшим двором, а за водой ходили к колонке. А бабушка устроилась в школу учителем русских начальных классов. Сделала свой первый выпуск. Потом построили новую 75-ю школу, в 1971 году перевели Юлию Алексеевну. Мужу дали хорошую квартиру, жили счастливо, правда, детей у них не было. А в 1977-м Николай внезапно скончался.

Каждое лето бабушка ездила домой в Бугуруслан.

— Сердце наполнялось радостью, когда приезжала в Россию, не отрываясь, смотрела в окно поезда на родную русскую природу. Она согревала душу. А потом снова возвращалась в горную страну.

Однажды коллега пригласила Юлию на таджикскую свадьбу.

— Гостей разместили в отдельных комнатах — мужчин и женщин. Посадили вокруг ковра, ни стола, ни стульев не было. Подали горячий зеленый чай в большой пиале, которую отправили по кругу, и все из нее пили. На второе, если считать чай за первое, суп-шурпа в косе. Коса — это традиционная посуда вроде большой глубокой тарелки. В конце нас угостили пловом с бараниной, таким вкусным, что не хочешь, а будешь есть. А невесту мы так и не увидели — не положено.

Бабушка и сама научилась готовить плов с бараниной, молочный суп атала, манты.

— Интересно, что русские иногда заменяли ингредиенты таджикской кухни и готовили по-своему, например, тушили мясо, лук, морковь, а вместо риса клали лапшу, но все равно получалось вкусно.

Жили дружно с коллегами, как большая семья, ходили в гости. Подруга по работе, учительница литературы, знала, что Юлия одинока, и познакомила ее с приятелем своего мужа, инженером. Они полюбили друг друга, и бабушка в 1979 году вышла замуж за Георгия, который был старше ее на семь лет. В 42 года она родила первую дочь Оксану, мою маму. А через год на свет появилась еще одна дочь, Таня. Вот оно — счастье!

7 июля 1988 года Георгий умер от рака легких. Юлия Алексеевна осталась с двумя маленькими детьми, которых ей одной пришлось воспитывать, кормить и одевать.

— Недолго длилось мое счастье — всего девять лет.

А вскоре кончилась и спокойная жизнь. В 1989 году начались волнения, слухи, притеснение русских. А в феврале 1990-го в Душанбе прошла первая волна массовых беспорядков.

К тому моменту многие русские уже продали квартиры и успели уехать. Двор потихоньку пустел. Теперь, чтобы купить продукты в магазине, надо было говорить с продавщицей на таджикском. Но это же не проблема, пока угроза физической расправы не стала реальной.

— С работы надо было ехать с вокзала до Первого Советского микрорайона. В школе предупредили, что в городе дебош, не работает транспорт, и нас отпустили домой раньше. А я задержалась, пришлось довольно далеко идти пешком. Дети были дома одни, я боялась за них. По дороге видела вооруженных талибов на грузовиках, все в черном. Они ловили в городе русских парней, били их и быстро уезжали. Где-то на середине дороги я встретила толпу мужчин. У меня отобрали пакет с продуктами. Потом кто-то велел не трогать женщин и пожилых, мне вернули сумку. И тут по улице пошли танки с нашими солдатами. Это была такая радость! А то я уже боялась, что не дойду до дома и больше не увижу детей.

В Душанбе ввели комендантский час, ночью талибы стреляли по окнам, а днем выезжали на машинах, постреливая в воздух и держа город в страхе.

Летом 1990 года Юлия решилась оставить квартиру, мебель и прочее имущество и вместе с детьми бежала в Тюмень. Ключи от квартиры отдала соседке, чтобы она присмотрела за ней. Когда Юлия собиралась, маленькая Оксана спросила ее: «Мама, мы улетаем навсегда?» Да, навсегда.

Девочка собрала свои самые любимые игрушки — куклу Лилечку, собачек Джульку и Барбосика, — с ними она сидела в самолете, когда покидала родной город. Они хранятся у нее и по сей день, напоминают о детстве и Душанбе.

В Тюмень они полетели к Сергею Мотовичеву, брату приятеля покойного мужа. Юлия Алексеевна и дети не имели российского гражданства и не получили статуса беженцев. Бабушку не брали на работу, только директор школы N 37 взяла ее учительницей начальных классов. В эту же школу пошли Оксана и Таня. Вскоре бабушка вышла замуж за Сергея и стала Мотовичевой.

— Город встретил нас суровым климатом. На работу шла как из- под палки, мысленно думая о тепле солнечного Душанбе. Люди мне показались сердитыми, молчаливыми и своенравными. Детей часто приходилось мирить во дворе и в классе со сверстниками. Приезжих, как они говорили, здесь не любят.

Бабушка подружилась лишь с одной коллегой, Натальей Андреевной, стали общаться семьями, дружат уже больше двадцати лет. А в 1996 году Юлия Алексеевна поехала в Душанбе, чтобы продать квартиру. Семь дней добиралась на автобусе в сидячем положении.

— Я не узнала города, в котором прожила тридцать лет. По улицам возили тележки с продуктами и торговали прямо возле дорог лепешками, овощами, сладостями. Во дворах варили суп или плов в больших котлах, бегали полураздетые дети. На окнах ни занавесок, ни цветов.

Квартира оказалась в порядке, бабушка ее продала, закончила все дела и вернулась в Тюмень. Но в школе ее место оказалось занято, и Юлию Алексеевну перевели библиотекарем. Eй пришлось давать уроки на дому и ждать редкой замены в начальных классах — это было ее отдушиной.

В 2002 году бабушка вышла на пенсию. Она проработала учителем 42 года! В этом же году старшая дочь вышла замуж, а спустя четыре года родилась внучка Юля, то есть я. С двух лет бабушка учила меня грамоте, а в пять лет я уже умела писать и читать. Приятно, что школа N 37 не забывает своих ветеранов. Каждый год устраивают концерты, куда приглашают учителей, которые ушли на пенсию.

Сейчас Юлии Алексеевне 81 год, она делает зарядку каждое утро, ходит со скандинавскими палками, занимается шитьем, не выглядит и не ощущает себя на свой возраст. Приезжая на дачу, работает в огороде. Бабушку иногда находят ее бывшие ученики и коллеги в «Одноклассниках», пишут ей, передают привет. Она же до сих пор помнит некоторых учеников по именам. Говорит, что по Таджикистану уже давно не скучает, разве что хотела бы съездить туда ненадолго, чтобы побыть на могилах своих мужей.

ФОТО ИЗ СEМEЙНОГО АРХИВА

***
фото: Переправа через Вахш;Юлия Федотова;В душанбинской школе.

Поделиться ссылкой:

Оставить комментарий

Размер шрифта

Пунктов

Интервал

Пунктов

Кернинг

Стиль шрифта

Изображения

Цвета сайта