Либо предприниматель, либо врач? Уже неактуально
О медицине и предпринимательстве у нас до сих пор говорят с осторожностью. Будто одно обязательно должно мешать другому.
Будто врач, студент-медик, исследователь, инженер при медицинском вузе должен либо думать о науке и пациентах, либо о деньгах и рынке. Вместе нельзя, иначе пациенты сразу мутируют в клиентов. Но важно помнить, что коммерческие идеи часто двигают прогресс. И этим светлым мыслям нужно находить пути выхода на рынок.
Медицинская идея почти никогда не живет в стерильной колбе. Она либо дорастает до прототипа, испытаний, внедрения и рынка, либо так и остается хорошим намерением. И поэтому предприимчивость вовсе не в том, чтобы уметь продать, а в умении довести полезную вещь до жизни.
Об этом говорили в конце марта в ТюмГМУ на одной из секций форума «Медицина будущего». Анастасия Соснина в докладе «Студенческая инициатива как драйвер инноваций: от замысла к воплощению» говорила, пожалуй, о самом важном для любой студенческой идеи: о маршруте. По ее словам, система поддержки за последние годы заметно изменилась. Eсли раньше приходилось буквально просить деньги на образовательные проекты, то теперь студенческие идеи в сфере технологий и медицины получают куда более внятную институциональную опору. За последние годы появилось более трех тысяч проектов медицинского направления, нацеленных на развитие здравоохранения, а в рейтинге топ-1000 университетских стартапов более сотни составили именно медицинские проекты.
Анастасия убеждена: идея сама по себе еще ничего не гарантирует. Сначала нужно понять, какая проблема существует, чья это проблема и для кого создается решение. Потом собрать команду, сделать прототип, вывести его хотя бы на уровень минимально жизнеспособного продукта, протестировать. А уже после этого искать ресурсы на испытания, первичное внедрение, юридическое оформление и выход на рынок. Грант в этой логике, как подчеркивала спикер, не цель, а лишь ресурс для развития студенческой инициативы.
Провал возможен в двух случаях: делается продукт, который никому не нужен, либо делается важная разработка, но о ней никто не узнает. Отсюда и призыв, обращенный к студентам: не держать идеи в лабораторной тишине, а доводить их до прототипа, конкурса, гранта, испытаний, внедрения. Большая часть медицинских стартапов, о которых говорила Соснина, сегодня связана с диагностикой и терапией, заметную долю составляют проекты по реабилитации. И за всем этим, по ее словам, стоят именно молодые умы, которые видят проблемы иначе, чем старшие коллеги и преподаватели.
Eсли Анастасия описывала систему, то Александр Eрмаков в лекции «В поисках единорога: как студенты становятся стартаперами» говорил уже о внутренней логике стартапа. Он начал с шутки про единорогов — так в технологическом предпринимательстве называют компании, достигшие миллиардной оценки. Но до миллиардов еще надо дорасти, поэтому рассуждать пока стоит в плоскости не «от врача к миллиардеру», а хотя бы от студента к человеку, который умеет найти проблему и предложить решение. Причем, как отдельно подчеркивал спикер, работать в этой сфере нужно не только с будущими врачами, а со студентами вообще. Университетская среда, если в ней есть пространство для эксперимента, способна выращивать такие истории.
Показателен его пример с электрическим лонгбордом. Студенты сделали устройство, которое решало их собственную задачу: хотелось кататься на именно своем, удобном, электрическом лонгборде. Проект дошел до конкурса, были куплены компоненты, возникло ощущение, что вот-вот родится компания. Но проект остановился. Почему? Потому что ребята решили личную проблему и дальше не пошли. Им нужен был лонгборд, они его получили. Обществу же, в более широком смысле, они ничего не предложили. А вот другой кейс, который Eрмаков тоже привел, оказался куда удачнее: двое первокурсников Тюменского госуниверситета придумали сделать школьные выпускные альбомы с дополненной реальностью, чтобы фотографии «оживали». Они не стали ждать, пока помощь окончательно оформится, а начали продавать решение сами. И к тому моменту, когда университетские деньги до них дошли, продукт уже был на рынке. Отсюда и вывод: студент может стать миллионером, если научится искать проблему и создавать решение, закрывающее эту проблему.
Eще из примеров — история выпускников факультета фундаментальной медицины МГУ, которые сначала пытались решить проблему записи к врачу, а затем поняли, что реальный запрос у рынка другой: компаниям нужно не только оформлять добровольное медицинское страхование сотрудников, но и видеть, как им пользуются, на что уходят средства, как устроен сам процесс. Так из первоначальной идеи выросла корпоративная платформа. Другие студенты того же факультета придумали технологию создания элайнеров для зубов: там важным оказалось не просто производить продукт, а понять, кому именно его продавать. Не пациентам, которые пользуются им один раз, а врачам, у которых этих пациентов много. А затем и вовсе выяснилось, что ключевая ценность компании не сам элайнер, а искусственный интеллект, который помогает рассчитывать параметры производства. Это уже переход от медицинского изделия к В2В-технологии.
Константин Яковенко с докладом «Из медицины в бизнес» показал эту же траекторию уже не через чужие кейсы, а через собственный опыт. С первого курса он мечтал о хирургии, тратил много времени на профильную литературу, участвовал в жизни студенческого хирургического кружка. То есть шел тем путем, который в медицинском вузе считается понятным и правильным. Но параллельно с этим вместе с партнером занимался стартапом, поначалу почти как хобби.
Первым их проектом стали силиконовые коврики для отработки практических навыков у студентов-хирургов. Продукт возник не из желания «зайти на рынок», а из понимания, чего именно не хватает «своим». Потом уже выяснилось, что коврик можно доработать и продавать. Первые продажи были среди знакомых хирургов, и Яковенко даже не скрывал иронии: возможно, покупали из жалости. Но именно это и стало первым опытом предпринимательства, когда у идеи появляется цена, а у усилий появляется отдача. Позже команда вышла на крупное стартап-мероприятие, переработала проект уже как бизнес-концепцию и выиграла грант в 50 тысяч рублей. Маленькая сумма по меркам серьезного бизнеса, но для студенческого старта вполне реальное подтверждение: идея кому-то нужна.
Команда ушла в 30-модели-рование, выиграла новый грант, на базе университета появилась лаборатория, где начали разрабатывать анатомически приближенные модели и прототипы. Это уже была не разовая история, а среда, из которой выросли олимпиады, образовательные мероприятия, профессиональные связи. Но затем, как честно признал Константин, стало ясно, что этот проект во многом остается социальным, а не коммерческим. И наступил момент, который, наверное, знаком очень многим: дело интересное, правильное, даже нужное, но оно не превращается в устойчивый заработок.
Перелом случился после большого заказа на мерч для команды из Сеченовского университета. Планов почти не было. Не было и ясного понимания производственных цепочек, подрядчиков, логистики. Но именно из этой, в общем, довольно хаотичной попытки вырос новый проект — бренд медицинского мерча SSC_MED.
Вот и пример, что предпринимательство в медицине не всегда начинается с грандиозного технологического прорыва. Иногда оно начинается с умения увидеть запрос у своей же профессиональной среды и не испугаться сделать вещь, за которую готовы платить. По словам Яковенко, проект продолжает развиваться, вокруг него собирается аудитория.
Eсли свести три выступления к общему знаменателю, то речь в них о взрослении медицинской среды. О том, что молодой человек в белом халате вполне может оказаться не только хорошим специалистом, но и человеком, который умеет собирать команду, искать ресурсы, тестировать гипотезу, признавать провал и начинать заново. Может быть, именно это и есть самая практичная версия «медицины будущего».
Анастасия Соснина, Александр Eрмаков.
ФОТО ОЛЬГА ГОЛЬДИНБEРГ
***
фото: