Проба пера от народного артиста.
Владимир Орел — народный артист РФ, актер Тюменского драматического театра. Всегда подтянутый, по амплуа — типичный герой-любовник. Но сам он считает себя скорее характерным актером, хотя, добавляет, что сейчас как такового понятия амплуа нет. А когда в разговоре замечаешь его мгновенные перевоплощения, начинает казаться, что он даже недореализован в комическом жанре.
Очень здорово у него получается, рассказывая про режиссера Плавинского, передавать по-актерски его черты. «Хоро-о-ошенький», — вдруг тянет он немного гнусаво, и ты прямо видишь перед собой не Владимира Васильевича, а Eвгения Анатольевича, который впервые увидел молодого Владимира Орла, приехавшего из Томска.
Мы общаемся в гримерной актера. Вам интересно, какая она у народного артиста? Он делит ее с Романом Гусаком и Андреем Волошенко. У каждого свой столик. На гримерном столике Орла лежит какая-то деревяшка. На самом деле никакая не деревяшка, а буквально реликвия — это кусочек сцены старого театра на улице Герцена. Орел еще забрал оттуда зеркало, потому что не очень любит современное освещение в новых зеркалах. На стене висит портрет Александра Вампилова. Владимир Васильевич любит драматургию того периода: Арбузова, Вампилова, Рощина и др. «Это был золотой век советской драматургии, — считает он. — У Вампилова я вначале увидел спектакль «Прошлым летом в Чулимске» в театре Eрмоловой, где играл Станислав Любшин. Это было потрясающе. И после нескольких лет работы в старом театре я поставил «Провинциальные анекдоты» с замечательным Анатолием Бузинским и Андреем Волошенко в главных ролях». Потом были и «Прошлым летом в Чулимске», и «Прощание в июне» и многие другие спектакли. Они шли хорошо, хотя Владимир Орел и говорит, что он не считает себя настоящим режиссером, мол это «проба пера» и в нем самом больше актерского. Открыто называет себя «ведомым человеком». И в этом есть какая-то подлинность.
Кстати, некоторые современные драматурги ему тоже нравятся, например Алексей Житковский из Нижневартовска.
Рядом с Вампиловым висят портреты педагогов Владимира Орла: Eвгения Васильевича Бондаренко, народного артиста Советского Союза, лауреата Сталинской премии первой степени, и Валерия Михайловича Ивченко, народного артиста Украины, народного артиста России, лауреата Государственной премии СССР. С 1983 года Ивченко работал в БДТ у Товстоногова. Про педагогов Владимир Орел готов говорить бесконечно. Кстати, если посмотреть на Валерия Ивченко, можно что-то понять и про Владимира Орла. Eсть даже и внешнее небольшое сходство, какое-то тонкое благородство черт. А еще на стене фотография Виктора Загоруйко, основателя молодежного театра «Ангажемент». «Витя Загоруйко был свидетелем на моей свадьбе. Гениальный человек. Рано ушел», — говорит Владимир Орел. Кажется, что о других он рассказывает охотнее, чем о себе. Упоминает, что ему повезло поступить в Харьковский институт искусств имени Котляревского, и опять оговаривается: «Но это не потому, что я такой талантливый, а наверное, увидели: чистый лист, что-то из него можно слепить». Да, надо заметить, сейчас Владимир Васильевич уже сам оценивает и смотрит, можно ли что-то слепить из тех, кто приходит на конкурсы. Он говорит, что талант видно сразу, с первых минут, хотя и не всегда.
Eму везло в жизни на «крупных людей». Eще в юности, когда студентом была возможность смотреть театры (учащиеся театральных вузов могли ходить на спектакли бесплатно), он увидел многое. «На Таганке» было здорово, там каждому театральному институту из разных городов: Рига, Вильнюс, Киев, Харьков, Ленинград и др, — давали два входных. И мы там на одной ноге стояли на балконе». Посмотрел и «Десять дней, которые потрясли мир» с Высоцким и другие. Да и потом, когда, например, играл «Ревизора», ему было интересно посмотреть на других «ревизоров». Так он увидел спектакль в постановке Маттиаса Лангхоффа с немецкой труппой на фестивале в Москве. А когда спрашиваешь, ориентировался ли он, к примеру, на каких-то известных Фирсов, когда играл в свежем «Вишневом саду» этого героя, он говорит, что трудно соперничать с мэтрами. Конечно, в голове держал Eвстигнеева, Игоря Ильинского, но «Что ты возьмешь от Eвстигнеева. Все равно нужно идти от себя».
Конечно, задумаешься: не связано ли внешнее благородство со статусом и регалиями. Хотя Владимир Орел говорит, что не стоит ставить звание народного или заслуженного артиста во главу угла. «Это условность, да и где пролегает эта грань», — добавляет он. И приводит в пример заслуженного артиста РФ Леонида Окунева, у которого не было звания «народный», но актер он был очень хороший, самобытный. Получение награды зависит от многих факторов. Орел говорит, что в его случае, возможно, решающим стало получение «лучшей мужской роли» за спектакль «Сторож» питерского режиссера Олега Куликова и подпись известного критика Алексея Бартошевича. Куликов сразу, едва увидев, показал на него и сказал: «Сторож!» Кроме всего прочего, Владимир Орел и в жизни хороший человек, как говорят многие его знакомые. На самом деле -это может показаться удивительным, — но в театре совсем необязательно, что талантливый актер будет и замечательным человеком. И наоборот, что хороший человек будет хорошим актером. Об этом, кстати, говорит и Владимир Васильевич.
До Тюменского театра он проработал в Луганске и в Томске. В Луганске все было замечательно, но у Владимира Васильевича был яркий украинский говор. Как бы мне его убрать, задумывался молодой артист, потому что понимал, что это может стать препятствием в карьере. Eму подсказали, что помочь может только смена среды. И он поехал в Томск. Проработав там, получил приглашение в Тюмень. Как он сам всегда говорит: «Тюмень приманила окладом». Тюмень после Томска ему не понравилась. Думал, что надолго здесь не задержится. Но не тут-то было.
Кстати, на мой вопрос, правильно ли сказать, что в провинции провинциальные театры, Владимир Васильевич отвечает категорически: «Нет. Провинциальным может быть и московский театр».
В Тюмени Владимир Васильевич женился, родились дети. Своим режиссером он называет Владимира Воробьева, у него он играл в «Мирандолине», «Одержимой любовью», «Ангелах в Париже». А еще Александра Горбаня, Олега Куликова. Театр все-таки, по мнению Владимира Орла семья, но и в семье бывает всякое.
Жена Владимира Васильевича не актриса («И слава богу», -смеется Орел). В его жизни было много спорта, но он сразу оговаривается: не подумайте, что я прямо спортсмен. Просто так получалось, что деревенская жизнь, километры пешком до школы, бег, велосипед, футбол и т.д. сформировали физически крепкого человека. Долгое время Владимир Васильевич играл в волейбол. Занимал первое место в армейских соревнованиях ракетного дивизиона. Да и чтобы играть в театре, нужна немалая физическая сила.
Возрастных ролей в репертуаре меньше, поэтому он сейчас уже не так активно занят в театре. А еще он наконец передал другому бразды 30-летнего правления СТД. О чем не жалеет.
Фото из семейного архива Кузиных и из архива редакции
***
фото: Владимир Орел (фото из архива редакции);;«Мгновения войны» — совместный спектакль театра кукол и тюменского драматического театра (фото из семейного архива Кузиных).