Театр и я — вся жизнь
Она отдала театру семьдесят лет. И это было лучшее, что с ней могло произойти. «Eсли бы можно было начать жить сначала, — говорит Анта Колиниченко, — то я бы сделала все точно так же».
Анта (Антонина) Колиниченко родилась весной 1940 года, поэтому своего отца, который ушел на фронт и не вернулся, не помнит. Однако во многом благодаря тому, что он был человеком творческим, играл на разных инструментах и был душой любой компании, как говорили все вокруг, она тоже выбрала творческую стезю.
Совсем маленькой мать отправила ее жить к бабушке в деревню, там же в шесть лет Антонина пошла в школу. Учились все вместе в одном классе — с первого по четвертый. В школу приходили кто в чем, одежды не было, еды тоже. Приходилось собирать мерзлую картошку с огородов и капусту, оставшуюся в полях, иначе было не прожить. В десятилетнем возрасте Анта вернулась в Медногорск к матери, там продолжила учебу и стала заниматься в драмкружке. Но когда ей исполнилось пятнадцать, мать сказала, что поставить на ноги двух детей одна не может. И Антонина сделала единственное, что могла: пришла в Орский драматический театр, который был тогда в Медногор-ске на гастролях, проситься на работу. «Принимали меня директор театра Николай Сорокин и режиссер Василий Маринин, — вспоминает Анта Николаевна. — Я и танцевала, и пела, а еще прочитала стихи Некрасова и монолог Горького. И меня взяли».
Более того, ее не просто приняли, но и сразу дали первую настоящую роль. Eй предстояло сыграть Катю Сорокину в пьесе Виктора Розова «В добрый час!» — молодую девушку, которая приехала поступать в Москву. Так началась ее театральная карьера, которая не окончена до сих пор. Только теперь за плечами огромный опыт, три сотни ролей и звание заслуженной артистки РФ. А когда все только начиналось, у нее были только открытость и огромное желание осознать, отдать, выплеснуть ту энергию, которая скопилась в ее маленьком сердце.
Однажды партнер по сцене предложил прямо перед спектаклем повторить текст. Но юная Антонина наотрез отказалась: «Eсли я вам сейчас все проговорю, отдам этой сцене все свое сердце, то что останется зрителям?» В этом была ее правда жизни: настроившись, она отдавала себя всю без остатка и не могла по-другому.
Та совсем юная девочка, говорит о себе Анта Николаевна в третьем лице, сразу поняла, как надо разговаривать и какой быть на сцене. И уже через пять лет она играла главную роль в «Учителе танцев» испанского драматурга Попе де Вега — младшую дочь богатого и знатного сеньора Альбериго Флорелу. В Орском театре Ан-та отработала пятнадцать лет, сыграв огромное количество ролей. «Я сама не знаю, как это во мне все совмещалось, — вспоминает актриса, — я играла в разных спектаклях и разных героев, несколько раз мальчиков, но я как будто была рождена для жизни на сцене, хоть и образования у меня не было никакого».
После роли Ани в спектакле «Диплом на звание человека», о ней заговорили. «Мы следим не за теми, кто произносит слова, а за той девушкой, что играет без слов, -вспоминает Анта Николаевна слова критиков. — Посмотрите, ей уже в «Грозе» Катерину можно играть, посмотрите, какое у нее выражение лица, как она умеет задумываться о жизни». С гастролями они объездили всю Оренбургскую область, и везде Анта запомнилась зрителю. Поэтому, когда директор фильма «Иван Бровкин на целине» Владимир Роговой набирал актеров, ему посоветовали взять на роль Веры Бухваловой оренбургскую девочку Анту Колиниченко. Так в 18 лет она попала в кино.
Потом в жизни Анты случилось замужество. Вместе с супругом они служили в театрах Магнитогорска и Стерлитамака, в Курганском областном и даже Читинском, куда попали случайно, собираясь в Иркутск. Особенно ей запомнился ТЮЗ в Рязани, где довелось поработать с Верой Eфремовой. С самого начала режиссер задала очень высокую планку, ставя актерам задачу прочувствовать состояние персонажа, прежде чем выходить на сцену. В ее понимании целостность роли зависела от каждого сыгранного эпизода, только так можно было ее наполнить и увлечь зрителя.
Но по-настоящему своего режиссера она встретила в 1970 году в Тюменском театре. Этот театр и стал ей домом на всю последующую жизнь. Eвгений Плавинский давал Анте одну роль за другой, а незадолго до смерти признался: «Знаешь, Анта, мы с тобой оба не от мира сего».
— Что для вас театр?
— Театр — это храм, где открываются человеческие души, — не задумываясь отвечает Анта Николаевна. — В церковный храм люди приходят просить у Бога прощения, а в театр приходят для того, чтобы понять свою жизнь. Мы открываем свою душу, чтобы пропустить через нее те мысли, которые хотел донести до зрителя гений. Это очень тонко… Понимаете, вот человек живет, задает себе много вопросов, а потом приходит в театр и там находит на них ответы. Это возможно тогда, когда актер на самом деле понимает и проживает на сцене свою роль, тогда у него получается передать зрителю то, что хотел сказать автор. Но он не транслирует, а именно пропускает через себя, и через эту тонкость души люди начинают чувствовать душу автора, понимать ее.
«Главное в театре — не просто сказать нужные слова, — продолжает рассуждать Анта Николаевна, -но сделать это так, чтобы наполнить зрительный зал, заразить его своими эмоциями. Чтобы зритель понял все их оттенки и нюансы. Вот как, например, показать силу духа? Иногда даже бывает, что приходится плакать, а зритель при этом понимает: какая же она сильная! И эту силу Анта Николаевна набирала с каждой своей ролью, вынося не только опыт, но и новое понимание жизни. Именно эта сила, как она считает, и помогала ей поднимать залы.
— Остается ли у вас что-то от той роли, которую вы сыграли?
— Между своей жизнью и жизнью на сцене нельзя поставить знак равенства, но все же с каждой ролью я учусь, приобщаюсь к высоким понятиям, высокому вкусу. И уже не хочется быть другой. Вот была у меня одна роль, роль Реганы из «Короля Пира», и хоть критики и отмечали, что я очень точно передала духовное состояние этой гадины, во мне это вызывало протест. Может быть, именно эта злость и помогала мне сыграть роль, но все же к таким работам я отношусь отрицательно. У меня совсем другая линия поведения в жизни, и мне нравится, когда от ролей, которые я играю, у меня остается душевное счастье и теплота. Но все же в каждом человеке есть и плохое, и хорошее. Поэтому, играя Регану, я вытащила из себя все плохое и прожила это на сцене, как бы мне ни было противно. А вообще, все мои роли построены на любви, даже самые маленькие. Нас всегда учили, что маленькую роль надо сделать большой, чтобы она запоминалась зрителю.
— Eсть ли у вас в театре ревность, конкуренция?
— Конечно! Но хорошо, когда соперничество здоровое. Мне доводилось часто играть с теми, у кого есть высшее образование, и я побеждала только раскрытием характера и образа героя, который сочинила внутри себя. Однажды, уже в нашем тюменском театре, мне понравилась роль в пьесе, и я подала на нее заявку. Это была роль солдатской вдовы, которая оплакивала мужа и не понимала, как ей жить дальше с оставшимися на руках детьми. Это была роль моей матери, и мне было совершенно ясно, как ее играть. Но на эту же роль назначили и другую актрису, которая не знала, что я тоже репетирую. Отыграв один раз, она увидела, что на следующий показ спектакля поставили меня. Она оскорбилась, высказала все Плавинскому и ушла из театра. А я осталась, после стало понятно, что Eвгений Анатольевич всех так проверял. Не каждому удается побеждать самого себя, делать правильные выводы и расти дальше.
Пюбовь и позитивный настрой помогали Анте Николаевне в жизни. Однажды на сцене случилась беда — она сломала руку. Причем перелом был очень сложный, чтобы восстановить руку, ее пришлось ломать еще трижды. Кто-то бы, возможно, в этой ситуации сдался, а Анта Колиниченко радовалась. «Какое счастье, — говорила она, — что я не ударилась об косяк необработанного станка и не потеряла сознание или что я не выбила себе тазобедренную кость. Я лишь сломала руку, которую мне поставили на место, я счастливый человек!» «Жизнь меня научила, что жить нужно именно так», — уверена актриса, ясные глаза которой до сих пор полны любви, а душа без остатка отдана тому делу, которому она посвятила жизнь.
ФОТО ИЗ ЛИЧНОГО АРХИВА
***
фото: