Лучшее детство, что можно представить
Год единства народов России
Продолжение.
Начало в NN 88, 93, 98, 103.
Часть 12. Лыжня
За трудами на огороде, за школьными делами, за осенним праздником наступили зимние, светлые, теплые еще дни. Всем было сказано: готовьтесь на лыжи. Мы пошли к дяде Спартаку просить показать лыжи. Всем раздали по паре лыж и по одной палке; вторую, сказал Спартак, смеясь, дам попозже, пока на одной походите.
Ребятишки ханты хорошо ходили на лыжах и без палок, Володя Алачев ходил на настоящих взрослых лыжах, узких, не таких, как его папа, широких… Так что зима для нас началась неважно, лыжи это не кедр, посложнее.
Владик, гордый мальчишка, старался, делая вид, что умеет хорошо ходить, нам, девочкам, даже делать вид не удавалось. Мы лежали на лыжне по всему маршруту. Это было что-то совсем безнадежное. Лидуська плакала, я подвывала, она даже головой в снег зарылась. Подошел незнакомый дядя с ружьем, взял Лидуську на руки и утащил по лыжне. Я заорала диким голосом. Словно из ниоткуда возник дядя Спартак, уволок и меня.
Все взрослые поняли, что сделали что-то не то, что нужен другой метод обучения. Алачев-отец привел взрослого школьника, мальчика лет пятнадцати, он несколько дней мучился с нами, но поставил всех на лыжи, объяснил, что такое лыжня, откуда она и докуда, как нужно одеться, как идти, как дышать, как обгонять, — в общем, все что надо объяснил. Нарисовал на листке бумаги, как выглядит наша трасса на карте Низям. Оказалось, что нам с девочками нужно было пройти всего несколько метров, потом свернуть налево, потом еще раз налево — и окажешься в том месте, откуда вышел.
На другой год в угрюмую промерзлую зиму мы без уговоров встали на лыжи и стали кататься — с переменным успехом, конечно, но все-таки это была победа над собой. Через пару лет нас уже возили в Октябрьский на соревнования по лыжам для начальных классов; нам там подарили по кукле без одежды. На ней была только красивая цветная ткань для платья, чтобы мы сами сшили — и мы сшили.
Мы все стали неплохими лыжницами; я, уже работая, участвовала в соревнованиях.
Часть 13. Школьные дела, Новый год, елка
Классный кабинет был разделен на три части перегородкой и шкафом, чтобы дать возможность детям из разных классов заниматься одновременно. Нас было немного, в разное время разное количество, все зависело от того, сколько детей приехало из юрт и когда.
Первоклашки очень сильно старались, слушали учителя; сразу после уроков обедали, поиграв, садились за уроки, не хотели никуда уходить. Школа стала самым любимым местом и у меня, я думаю, и у всех было какое-то очень сильное чувство привязанности. Это скромное, без всяких украшений и обоев, помещение рождало в нас постоянное чувство ожидания чего-то интересного. Мы знали, что впереди праздники, учили стихи, пели детские песни, разговаривали со взрослыми о том, когда елка, что там будет, что нужно для этого приготовить. Самым младшим все эти разговоры кружили голову, начинался смех, баловство… В таком удаленном от большого мира месте нужно еще и уметь поддерживать в детском коллективе здоровую, нескучную обстановку. Нам помог Новый год. Мы его ждали, как из печи пирог с муксуном, он всех объединил и помог еще лучше свыкнуться со школой и ее порядками.
По выходным начали делать игрушки. Я хорошо помню приготовления к Новому году в первом классе, да и в других они были восхитительными: огромная стеклянная звезда, облезлая, старая, была покрашена краской для рисования, шары для елки оклеивались золотинками из конфет. Мишки, шишки кедровые тоже подвешивались на ниточках за проволоку, проткнутую через макушку шишки. Были и стеклянные маленькие шары, но их было мало, поэтому из бумаги вырезали и клеили длинные цветные бумажные цепи. Все блестящее, что имелось у интерната и у хантов в юртах, собрали на эту первую настоящую елку. Ханты привезли очень пушистую большую елку в ведре с песком, привязали к потолку, надарили изготовленные женщинами круглые поделки из бисера на пушистых шкурках, все разного цвета; каждую можно было рассматривать, они были просто произведениями искусства. После праздника они все из новогодних украшений исчезли: девочки их разобрали и попрятали. Даже уехав из интерната, мы продолжали хранить эти поделки в заветных мешочках.
Феозва Степановна пригласила на Новый год в школу всех, кого мы знали и не знали. Ко всем ученикам-ханты прибыли родители и даже те братья и сестры, которые в этом году в интернат учиться не приехали. Пригласили деревенских детей, которые не учились, лесника, нашего друга и учителя по природоведению. Приехала моя мама, все привезли подарки. Из меховых вещей, привезенных хантами, воспитатели сделали костюмы медведя, лисицы, зайца. Во время представления со зверями, которое получилось замечательным, маленькие гости испугались и разревелись; их утешали, целовали, шум, гам. Дед Мороз всех поразил — в настоящей шапке с бородой, только в светлой малице из шкуры оленя.
Ханты все ночевали в интернате, на свободных кроватях — детей училось не очень много, и кровати всегда стояли заправленными в ожидании. На другой день был огромный праздничный стол; готовили воспитатели, Феозва Степановна и моя мама. Спартак рубил рыбу, мясо, таскал дрова, на улице горел огонь, потом взрослые жгли костер, на котором жарили мясо. Строганину нам не давали, но со временем мы научились ее, мягко говоря, брать без спроса. В общем, на второй день новогоднего праздника все и взрослые, и дети ели пироги рыбные, всякие компоты и ягоды, капусту соленую, мясо, оленье, вареную стерлядь — это из того, что я помню, стол был большой и очень много на нем вкусной еды. Наевшись, мы ушли досыпать, а взрослые остались, и ели, и пили, и пели песни, и танцевали, моя мама пела песню «Мой костер в тумане светит». Она всегда пела эту песню, и я ее пою всю жизнь.
После того, как все гости из юрт разъехались, Алачев, Володин папа, привез к нам двух девушек ханты. Они начали с нами делать всякие поделки, просто очень интересные и очень красивые из меха, бус, цветных шнурочков, со всякими приспособлениями. Сразу научиться такому было нельзя. Взрослые сказали, что эти девушки еще к нам приедут, будут учить, пока мы не научимся простой женской работе. И еще нам обещали, что приедут две тети и будут показывать, как выделывать шкурки для шапок и воротников своими руками. Я, живя уже в другом месте, много износила дорогих меховых шапок, и все шкурки для них я выделывала сама, вспомнив те занятия в интернате с девушками ханты. Они научили нас выделывать даже такие серьезные шкуры, как выдра и ондатра, где еще можно было этому научиться? Только в Низямах.
ФОТО ИЗ ЛИЧНОГО АРХИВА
***
фото: