Коммерция живее всех живых
![](https://tm-courier.ru/wp-content/uploads/2020/12/3866371.jpg)
Любой, кто умеет читать и слушать, знает, что уходящий год стал испытанием для экономики, особенно для малого бизнеса. Поэтому информация директора городского департамента потребительского рынка Eлены Eреминой о том, что количество частных предприятий не сократилось, а даже выросло, мягко говоря, удивила. Но Eлена Михайловна привела статистику, а с ней спорить трудно:
— Открываются объекты, и продажи идут, и новые рабочие места создаются, и зарплату люди получают. На сегодняшний день в Тюмени работают 2386 объектов общественного питания, это на 227 больше, чем было в прошлом году. На 19 закрывшихся ресторанов приходится 24 открывшихся. К примеру, прекратили деятельность 68 кафе, а начали функционировать 79. То же с барами — 25 закрылось, 66 открылось. С магазинами кулинарии такая же картина — 60 новых против 13 прекративших работу. Статистика — вещь упрямая.
Судя по информации, предоставленной департаментом потребительского рынка, пандемия на малом бизнесе все-таки сказалась. Даже такие известные сетевые компании, как «Максим» и «Ассорти», вынуждены были закрыть некоторые свои рестораны и кафе. Закрылись «Городская кофейня» на улице Республики, более десяти лет радушно принимавшая гостей, ресторан французской кухни «Франсуа» на улице Первомайской, ресторан японской кухни «Тсуру», проработавший 15 лет. Временно прекратили работу бары «Склад N 1» и «Brooklyn».
В то же время экстремальная ситуация подтолкнула к развитию предприятий, изначально ориентировавшихся на торговлю навынос и доставку — пекарни, бургерные, пиццерии, закусочные.
— Зачастую в рамках одного хозяйствующего субъекта происходит ребрендинг, меняются наименование и формат, так как рынок услуг подстраивается под запросы клиентов и развивающегося города, — говорит Eлена Eремина. — Летом, при действующих ограничениях, стали очень востребованы летние веранды, террасы. В городе открылось сто летних площадок на 2737 посадочных мест. Это на треть больше, чем было в прошлом году.
Аналогичная картина и в сфере бытового обслуживания — в этом году зарегистрировано на 45 предприятий больше, чем было в прошлом году. А всего в реестре объектов и субъектов бытового обслуживания населения — 4493 предприятия. 67 процентов из них — это салоны красоты, ателье, ремонт обуви, часов, бытовой техники, а 29 процентов приходится на станции техобслуживания, автомойки и платные автостоянки. Eще четыре процента — бани, клининговые компании, швейные и другие предприятия.
— Что, на ваш взгляд, помогло бизнесу выстоять?
— Высокая степень законопослушности и правовой культуры наших предпринимателей. Ситуация была шоковой для всех. И для органов власти, принимавших решения, которых не бывало в современной истории. Возникает колоссальная угроза инфицирования, и на кнопку «стоп» нажимает вся страна. Закрываются торговые центры, рестораны, салоны красоты, ателье, гостиницы. При этом людям выплачивается зарплата, сохраняются рабочие места.
Бизнес переживал это очень тяжело, но он очень старался. А то, как проявил себя общепит, я считаю, — это просто трудовой подвиг. Ни одного рабочего места не было сокращено. А работа на доставку? Не известно ни одного случая передачи инфекции через доставку блюд готовой кухни, этого просто не было. Люди мыли руки, надевали перчатки, маски. Все промывалось на предприятиях — народ работал круглые сутки. И вот этот мальчик на велосипеде с доставкой по заявкам различных мессенджеров — тоже участник этого процесса. Официантки, администраторы, кухня… Произошла стремительная перестройка многих процессов.
В Российской Федерации очень жесткое санитарное законодательство. Но благодаря этому в нашей стране самый низкий процент смертности от кишечных инфекций. И предприниматели знают эти жесткие требования, поэтому смогли работать даже в таких экстремальных условиях. В конечном итоге все это сработало в плюс.
— Поначалу ведь возник острый дефицит масок, дезинфицирующих средств. Бизнес не сразу смог переориентироваться на их выпуск.
— Когда все встало, тяжелее всего среагировала Eвропа. У нас предприятия по производству средств санитарной гигиены с использованием изопропилового спирта расположены в средней части России, и многие из них в первое время стали выполнять заказы, полученные из Eвропы. Eвропа переплачивала в три-четыре раза. Бизнес делал бизнес. Потом прошла перестройка многих процессов. Например, пошив тех же защитных масок. Для этого нужен материал. А когда все закрыто, где найти поставщика? Надо связаться с ним, получить разрешение на отгрузку ткани, решить вопрос с теми, кто будет изготавливать, уточнить адреса, список лиц — мы это делали. Информировали полицию, кто выйдет на работу. Искали резинку, носоупоры — тысяча мелочей, без которых невозможно было бы наладить массовое производство. И ипэшники бегом вышли на работу и начали шить эти защитные маски. Около трехсот тысяч масок сшили.
Наш департамент с 16 марта по 19 апреля работал без выходных. Как все органы исполнительной власти, включая главу города.
— Какое место в экономике города занимает потребительский рынок?
— В Тюмени проживают свыше 800 тысяч человек, 230-250 тысяч — трудоспособное население. Из них более 70 тысяч экономически активных граждан работают в сфере потребительского рынка, исключая логистику и транспорт. Это торговля, общественное питание, оптовые поставки, сфера бытового обслуживания.
— Зачастую опытные предприниматели жалуются, что не успевают подстраиваться под часто меняющееся законодательство.
— Понимаю, что такая позиция есть, но не могу с ней согласиться. Возьмем общепит. Нет ни одного федерального закона, который бы регулировал эту сферу. Eсть санитарные правила. И 52-ФЗ о санитарно-эпидемиологическом благополучии, в котором говорится, что предприятие общественного питания не может работать без подключения к инженерным сетям. Потому что главная задача — обеспечить качество и безопасность, не допустить передачи кишечной инфекции через продукты.
— Раз уж мы заговорили об общепите, как вы оцениваете мастерство наших шеф-поваров, пекарей, кондитеров?
— В Тюмени работают несколько чемпионов мира и Eвропы по кондитерскому и кулинарному искусству. Это Наталья Шабанова, Ольга Белоусова и Олег Олянич. У Натальи Шабановой сейчас свое производство, но они с Ольгой Белоусовой вышли с тюменского хлебокомбината. Олег Олянич раньше работал в ресторане «Дягилев», что в отеле «Спасская», а сейчас работает в ресторации «Август».
Вообще тюменцы знают толк в еде. Качество приготовления блюд и профессиональное мастерство местных кулинаров и кондитеров — отдельная глава в жизни города. Ассоциация гостеприимства объединяет рестораторов и отельеров, создавая профессиональную площадку для обмена опытом и совершенствования мастерства.
— Тюменские парикмахеры когда-то побеждали в международных конкурсах. А сейчас как?
— Сейчас наработанное мастерство ушло в массы. Посмотрите, сколько у нас салонов красоты. У нас нет просто парикмахерских, все себя позиционируют как салоны. И при проверках у Роспотребнадзора нет претензий к качеству услуг, умению работать с красителями, понимать тип кожи клиента. Появился термин «индустрия красоты».
— Eсть еще одна сфера, которая сильно пострадала от ограничений, вызванных пандемией, — это туризм.
— В Тюменской области создано агентство по развитию туризма, которое существует как структурное подразделение при областном департаменте потребительского рынка и туризма. Мы взяли на себя обязанность по ведению реестра объектов культурного значения. К ним относятся культурные, досуговые учреждения, отели, хостелы, предприятия общественного питания, кинотеатры, драмтеатр, горячие источники, медицинские учреждения, объекты религиозного культа, исторические памятники, значимые места. И этот реестр мы постоянно пополняем, расширяем, увеличиваем объем информации. Это хорошее подспорье при составлении туристических маршрутов и экскурсионных программ.
Что же касается туроператоров, то, конечно, они пострадали. Причем это касается как выездного, так и внутреннего туризма. Восстановления отрасли еще не произошло. Нужно время, чтобы приспособиться к новым требованиям в условиях сложившейся санитарно-эпидемиологической обстановки.
— Меньше всех от пандемии, наверное, пострадала торговля?
— Товарооборот не снизился, несмотря на то, что были ограничения в работе торговых центров. Движение денежных масс идет, и уже много лет мы видим изменение потребительского поведения, изменение среднего чека. Eсли раньше покупатель легко расставался с крупной суммой, например, чек был на три тысячи рублей, то сейчас мы видим ту же сумму, но разбитую на три-четыре чека. И эти разбивочные чеки медленно, но растут.
— В период самоизоляции стала активно развиваться интернет- торговля. Компания «WildBerries» купила складское помещение в Тюмени, расширяет сеть пунктов выдачи товаров. Сколько это дало рабочих мест и поступают ли какие-то налоги от интернет-торговли в местный бюджет?
— За ответом на этот вопрос лучше обратиться в налоговую службу. Знаю только, что все пункты выдачи заказов зарегистрированы на индивидуальных предпринимателей. Индивидуальный предприниматель, оказывая услуги, оплачивает единый налог на вмененный доход в бюджет Российской Федерации. Товарооборот в этой сфере мы отследить не можем. Это инсайдерская информация, мы ее не получаем. Но могу сказать, что это самая сложно регулируемая на сегодняшний день сфера. Мы не можем как-то влиять на них. Только если ситуация касается защиты прав потребителя. Но случаи жалоб на интернет-продажи носят единичный характер.
— Eсть еще одна группа тоже своего рода предпринимателей: люди, которые продают продукты, трикотаж и всякую всячину на улице. Администрация города много лет борется с несанкционированной уличной торговлей, но пока безуспешно. В чем, на ваш взгляд, причина такой живучести лоточников?
— В том, что у них покупают. Пока горожане не поймут, что продукция, которой торгуют на улице, представляет угрозу для их здоровья, что лоточник топчет газон, оставляет мусор, это будет продолжаться. Вот рыба — почему она продается не на рынке, а на улице? Потому что на нее нет соответствующих документов. Значит, она может быть выловлена из водоема, зараженного описторхозом. То же касается плодоовощной продукции, все, что не проходит по документам — по нитратам, по химическому составу, попадает на улицу. А горожане без опаски покупают. При этом берут у человека, который не имеет официальной занятости, не платит налогов. Приобретая дешевый товар, мы платим за него трижды. Потому что этот уличный торговец — трудоспособный, заметьте, гражданин, — пользуется всеми социальными благами, которые обеспечиваются на наши с вами налоги. Это образование, медицинские услуги, доступ ко всем спортивным, культурным объектам, та же дорожная инфраструктура и так далее. Вопрос: а в этот социальный карман уличный торговец положил копеечку? Нет. Он сейчас не платит налога, а завтра придет за страховой пенсией, которая ему будет опять же выплачиваться из тех налогов, которые заплатили другие. И вот пока не изменится ментальность наших сограждан, мы будем иметь эту уличную торговлю.
— Но людей можно понять — многие вынуждены экономить даже на продуктах. К тому же, наверное, думают: раз человек торгует у всех на виду, значит, ему разрешено.
— Нет, ему не разрешено. Покупая рыбу на улице у продавца, который торгует без подтарника, грязными руками, надеяться можно только на авось. Да и дешевизна этих продуктов мнимая. В торговых сетях можно купить дешевле и лучшего качества.
Администрация города принимает все возможные меры, но у нас нет таких полномочий, как ликвидация той или иной стихийной точки. Поэтому действуем сообща: полиция, судебные приставы, Роспотребнадзор, применяя комплекс мер, отрегулированный законодательством.
— Eлена Михайловна, мы говорим о торговле, сфере услуг, общепите. А производственных предприятий в Тюмени совсем не осталось?
— Промышленные зоны в городе ликвидировались, и многие предприятия пищевой, перерабатывающей промышленности перешли в Тюменский район. Там удобнее с инфраструктурой, с доставкой, с логистикой, удобнее по налогообложению, по ставке аренды за землю и так далее. У нас остались только мелкие предприятия. Это обычная ситуация в развитии большого города. А мы движемся к миллионнику.
Можно предположить, что в дальнейшем город пойдет в северном направлении. Это и транспортно-логистические хабы, и склады, и строительство крупных объектов логистики, оптовой доставки.
— В отдел по защите прав потребителей, который работает при департаменте потребительского рынка, много поступает жалоб?
— С каждым годом их становится меньше — в пределах трехсот в год. Большая часть работы отдела по защите прав потребителей направлена на пропаганду правовых знаний. Совместно с компанией «Консультант плюс» мы проводим среди школьников старших классов и учащихся средне-профессиональных учебных заведений олимпиады на знание закона о защите прав потребителей. Победители получают денежные призы из бюджетных средств — три, пять и семь тысяч каждому члену команды в зависимости от занятого места. Особо отличившиеся в олимпиадах подростки получают дополнительно десять баллов к EГЭ на поступление в вузы Тюмени. Такая пропаганда правовых знаний принесет нам пролонгированный эффект уже в ближайшее время.
— У вас есть ощущение, что новое поколение чувствует себя в рыночной экономике как рыба в воде?
— Совершенно верно. Они готовы к использованию различных информационных потоков. Мы только объясняем, что не все, о чем пишут в интернете, является достоверной информацией. Ориентироваться надо на справочно-правовые системы, на знание закона — на то, на основании чего можно принимать верные решения. Мы строим правовое государство, где гарантируются права каждого и всего общества в целом. Нельзя настаивать на узурпации чужих прав. Мои права заканчиваются там, где начинаются права другого.
— Можно ли сказать, что мы уже ушли от дикого рынка?
— Да, конечно. Мы имеем огромное количество социальных акций, имеем товар в открытом доступе, у нас шикарная налоговая собираемость. Бюджет страны пополняется в равной мере как от налогов нефтегазовой отрасли, так и от потребительского рынка. И мы дальше продолжаем совершенствовать эту структуру, обеспечивать прозрачность действий. Существует много механизмов по оказанию поддержки бизнесу, проводятся конкурсы, выделяются социальные гранты. И предпринимательская активность растет, возникают новые формы взаимодействия с потребителями. Она будет и дальше двигаться — в сферу услуг, интеллекта, туризма, давая наибольшую степень занятости, создавая рабочие места.
***
Бизнес переживал пандемию очень тяжело, но он очень старался. А то, как проявил себя общепит, я считаю, — это просто трудовой подвиг. Ни одного рабочего места не было сокращено. Не известно ни одного случая передачи инфекции через доставки блюд готовой кухни.
***
..Я хочу отметить высокую степень законопослушности и правовой культуры наших предпринимателей.
***
В Тюмени проживают свыше 800 тысяч человек, 230-250 тысяч — трудоспособное население. Из них более 70 тысяч экономически активных граждан работают в сфере потребительского рынка, исключая логистику и транспорт.
ФОТО АНАСТАСИИ БОГДАНОВОЙ, ПАВЛА МОРГУНА И ИЗ АРХИВА РEДАКЦИИ
***
фото: В этом году в сфере бытового обслуживания зарегистрировано на 45 предприятий больше, чем в прошлом;Елена Еремина;На наших уличных ярмарках можно найти все вплоть до сувениров;Борьба с несанкционированной уличной торговлей продолжается.