Уменьшение числа банков говорит о… стабилизации.
![](https://tm-courier.ru/wp-content/uploads/1995/02/3897970.jpg)
Так считает председатель правления Запсибкомбанка Леонид Гринфельд
… Среди вкладчиков банков началось нечто вроде волнений. Стал происходить отток клиентов из одних банков и приток в другие. Даже уважаемая областная газета, которая с первых дней существования пользовалась услугами банка «Тура», недавно перевела счет в ЗапСибкомбанк.
— В Тюмени началось уменьшение числа банков. О чем это говорит? — С этого вопроса мы и начнем беседу с Леонидом Гринфельдом.
— О стабилизации.
— Не о неустойчивости?
— Нет, о стабилизации.
— Звучит парадоксально. Банки разоряются, а вы говорите о стабилизации.
— Поясню на примере. Eсли грязь распихивать по углам, то можно какое-то время квартиру поддерживать в приличном состоянии: на середине же комнаты не валяется мусор! А когда начинаешь из углов выметать этот мусор, то это означает только одно: что ты начинаешь наводить порядок. Сейчас мы выметаем из углов мусор, не так уж много его оказывается — и ничего страшного. Мы обойдемся не капитальным ремонтом, а текущим, генеральной уборкой в квартире. Нормально. Весь мир нас обвинял, что в России банки слишком легко открыть. Любой, даже никогда не работавший в нашей системе, может зарегистрировать и открыть банк. Можно было сказать: я хочу зарегистрировать инвестиционный банк! Ну и ладно… Зарегистрировать — можно. Но запустить в работу инвестиционный банк в то время, когда идет инфляция в стране, это, практически, абсурд. Во время такой инфляции — инвестиции невозможны. Под двести процентов никакой производитель кредитов не возьмет.
Согласитесь и с моим парадоксом: банки слишком легко открываются, значит, также легко они должны и лопнуть. Но они не лопаются сейчас, а пытаются привести себя в порядок. Пытаются подтвердить свое право на жизнь. Кому-то это удастся, кому-то — нет. Ничего страшного. Во всяком случае, паники среди тех, кто занимается банковским делом, я не вижу. Я разговаривал с Мартынушкиным, с Баяновым — паники нет. А то, что банки закрываются, лопаются -нормально. Это наводится порядок. Из углов вытаскивается мусор. Лишнее уберем, остальное останется.
— Конечно, те банки, что окажутся в «куче, которую «убирают», вряд ли так же оптимистичны и вряд ли разделят вашу точку зрения.
— Предложен выход из положения. Клиенты могут перейти в другой банк с согласия Центрального банка. Я скажу и о клиентах. Расчетные счета открывались слишком легко. Фирмы регистрировались слишком легко…
-Я думаю, что вашими устами говорит не столько Леонид Борисович Гринфельд, сколько ЗапСибкомбанк? Который «вот такой!»?
— Нет, он не «вот такой!». Он не большой и не богатый и не вычурный. А он тот, который смог подтянуть свой ремень до нужного международного стандарта и не разрешать себе отпускать живот. Мы могли бы хапнуть, спрятаться и затаиться. Нет, мы сразу определили, что если мы будет работать в международных отношениях, мы вынуждены иметь «международный пиджак», «международный галстук», «международное лицо» и международный баланс. И нам другой раз трудно. Хотя мы могли бы заработать и разделить. А мы вынуждены войти в международные стандарты…
— Как это согласуется с мнением о том, что России пора менять свою позицию в отношении западных инвесторов?
— Вопрос вы сформулировали правильно. Но чего ее менять, позицию? Она же просто не сложилась, эта позиция. И самое главное, давайте не забывать: это не мы к ним на рынок прорываемся, а они — к нам. По этому они долж- ~ ны предлагать себя.
— По-вашему, мы чересчур стараемся зазвать сюда инвесторов?
— Чересчур. Нужно им чаще отказывать. Запретный плод сладок. Они будут больше прорываться к нам… Они хотят предложить нам свои деньги — значит, должны сначала нам понравиться. И убедить, что они стабильные, настоящие партнеры. Мы для них слишком многое уже сделали. Мы все дерьмо у них уже скупили. Теперь ихнего дерьма нам больше не надо.
— Я хочу вас перебить… Вам не кажется, что мы слишком задираем нос?
— Нет, нормально.
— Что я имею в виду: мы хотим, чтобы они пришли к нам со своими деньгами…
— Мы — не хотим!
— … Мы — это более широкое понятие, чем вы и я…
— А-а…
— … И при этом еще говорим, что они должны чему-то соответствовать.
— Обязательно!
— Нет ли тут противоречия?
— Нету никакого противоречия. Россия — несомненно богатая страна. Богаче Германии, Англии, Франции, Бельгии, Голландии… Богаче! Своими природными ресурсами и запасами. А Eвропа — она истощена в своих природных ресурсах. И любой из этих стран нужны ресурсы и запасы. И они собираются осваивать новые рынки, в том числе и Россию? Пусть начинают. Пусть предложат: кто они? Чем они занимаются, какова продукция, в каких банках счета? И кто может за них поручиться или представить? Мы обязательно проверим эту информацию. И после этого к жителям Тюменской области я обращусь: да, это хорошая фирма, у нее устойчивое финансовое положение, она в лучших банках держит счета, и банки подтвердили, что она -хорошо работает.
Во всем мире при подписании контракта в сделке с какой-либо фирмой участвует банк, в котором держатся счета и капиталы. А любой, который приезжает сюда и заявляет: «Я представляю Германию или Англию, соберите быстренько мне генеральных директоров объединений, я перед ними выступлю…»
Да мы что — идиоты, что ли? «Быстренько собирать»… Пусть сначала — у нас! — завоюет свой авторитет.
… О новых «сильных мира сего» существуют самые различные мнения. Но всякое сравнение — хромает, всякое описание — рискует оказаться искаженным, всякая цитата — неполной. Поэтому чтобы читатель мог составить собственное мнение, мы и предложили ему стать участником достаточно пространной беседы с главой Запсибкомбанка — Леонидом Гринфельдом. Здесь только часть этого разговора. Полностью он будет напечатан в первом номере журнала «Сибирский тракт» за 1995 год, который сейчас готовится к выходу в свет.
***
фото: