Гости возвращаются в Насекину
![](https://tm-courier.ru/wp-content/uploads/2022/03/4025778.jpg)
Деревня Насекина образовалась в начале XVII века. Здесь имели свои деревни-однодворки тюменские служилые люди Олешка и Михалка Насекины «при реке Туре вверх от города». В их честь и назвали поселение.
Деревня небольшая, в конце XIX века в ней было 15 дворов. Eе, как водится, населяли земледельцы, обеспечивавшие Тюмень продуктами питания, но со временем жители деревни стали обслуживать Ирбитский тракт, когда была развита ямщицкая гоньба. Селились здесь и старообрядцы; в Насекиной эксцессов не было, а вот в соседней Каменке случались самосожжения, да дело прошлое. Религиозный фанатизм опасен в любых проявлениях.
Большой урон Насекиной нанесла государственная политика укрупнения, которая активно проводилась в 60-70-е годы XX века и привела к умиранию малых поселений. На начало девяностых в деревне оставался едва ли с десяток дворов, и, казалось, она была обречена на исчезновение. Но уцелела и ожила благодаря горожанам — любителям загородной жизни, которые построили здесь коттеджи.
Купил здесь старый дом на улице Центральной и заслуженный геолог России Иван Иванович Нестеров, который считается идейным вдохновителем музея крестьянского быта.
Мы проходим в типичную тюменскую крестьянскую избу, где каждый предмет обихода на своем месте. Это частный музей крестьянского быта в деревне Насекиной. Инна Александровна Нестерова, его организатор и руководитель, просит подождать пять минут, скрывается в соседней комнате. Затем дверь открывается, и перед нами не современница наша Инна Александровна, а гостеприимная хозяйка крестьянского дома в красивом народном костюме, в котором веками ходили сибирячки в тюменских деревнях.
Она представляет нам котов, которые уже трутся у наших ног.
— Самый главный здесь кот -Василий, его первого нам подбросили, мы пожалели-выходили, а он дал большое потомство. Должность у Василия в музее — кот-педагог, он молодую кошачью поросль учит манерам, поведению, воспитывает, — говорит хозяйка.
Я говорю «мы», «нам», потому что в Насекину мы приехали с Фаузией Маргановой, председателем совета национально-культурной автономии сибирских татар. Хотим поговорить о взаимном проникновении культур, веками живших бок о бок.
В музее крестьянского быта в Насекиной интерактивно все: можно примерить, потрогать, сделать что-то самому: летом, например, участвовать в посеве или обработке льна. Гостям показывают, как шьют народные костюмы, из чего состоят головные уборы и украшения. В интерактивную часть включена лепка из глины, плетение из нитей и бисера, русские народные игры и другое.
Инна Александровна рассказывает, что по Ирбитскому тракту селилось в основном русскоязычное население, это из топографических названий следует. Вот по Тобольскому тракту едешь, обращаешь внимание на то, что там названия больше татарские встречаются.
В остальном оказалось, что многое у двух народов совпадает. Так, например, и сибирские татары, и русские крестьяне владели тайным письмом, когда при помощи символов и узоров можно было отправить послание, написать список желаний или обратиться с молитвой к богу. Инна Александровна показала свою коллекцию писанок, где каждое яйцо покрыто неповторимым, очень красивым затейливым орнаментом. А Фаузия Фаизовна рассказала о своих филологических изысканиях при переводе сборника сказок Василия Радлова, российского востоковеда-тюрколога, этнографа, археолога и педагога. Радлов был одним из инициаторов создания и председателем Русского комитета по изучению Средней и Восточной Азии (1903-1918 гг.), председателем правления общества изучения Сибири и улучшения быта ее народов. Работал учителем в Барнауле, совершил десять поездок в отдаленные районы Алтая, Южной Сибири, Казахстана и Средней Азии, собрал сказки тюркских народов и записал их на латинице. Фаузия Марганова перевела их на сибирско-татарский, а сейчас готовит перевод на русский язык.
Так вот есть в сборнике сказка об отце, потерявшем сына. Когда через много лет к нему пришли путники и подарили ковер, по его узорам он прочел судьбу сына и узнал, где его найти.
В Сибири в лаптях никто не ходил, это общеизвестно. Вот казанские татары носили такую обувь, а в Сибири и местные татары ходили в юфтевых сапогах, и русские носили кожаную обувь. Зато галошам-калошам мы благодарны тюркоязычным народам, этот вид защиты от влаги и грязи был придуман, скорее всего, в Турции.
Много говорили о национальных костюмах. Тайный смысл шести нашитых тесемок вдоль подола юбки разъяснила Инна Александровна: оказывается, это такая личная страница прошлого, и каждая полоса сообщала окружающим, что у ее хозяйки шесть незамужних сестер. Как только выдавали одну из них замуж, так нашитая тесьма отпарывалась. Вот так потенциальные женихи оповещались о матримониальных делах в конкретной семье.
…Сейчас, наверное, Инне Нестеровой забавно вспоминать свои страхи перед открытием музея: казалось, что нечего показывать, нечем увлечь гостей. Помог случай, турфирма привезла гостей из Германии, гид попросила показать, что и как есть в избе. Иностранным гостям все было удивительно! А потом вокруг этой идеи объединились единомышленники. Сейчас музей крестьянского быта -это сообщество ремесленников и мастеров всех видов декоративно-прикладного искусства, фольклористов, знатоков народной песни и обычаев.
— Живем мы по народному календарю, и поэтому экскурсии и праздники у нас в разное время года разные: в январе — колядуем, в феврале — провожаем зиму, в марте — закликаем весну, в апреле — красим яйца, в мае -завиваем березку, — перечисляет Инна Александровна. Поэтому гости в Насекину возвращаются снова и снова.
Интерактивность музея побуждает основательницу самостоятельно осваивать особенности крестьянского быта. Инна — горожанка, в деревне никогда не жила, и, говорит, только через три года поняла, почему жена брата мужа, которая как раз знакома с деревенским бытом, приезжая в дом-музей зимой, сразу начинала шурудить кочергой в печи, разбивая золу. Оказывается, так можно сохранить надолго тепло в деревянном доме! В печи греют пироги, для готовки она все же старовата и небезопасна, зато самовары на углях прямо на улице готовят — аромат чая незабываемый!
А мне было интересно: как соседи по деревне относятся к музею? «Нормально, дружелюбно», — говорит Инна Александровна. Соседи слева держат кур и петухов, летом их пение создает нужную атмосферу деревенской жизни.
Проектов и планов много. Летом будут Красильные выходные. А еще Инна Александровна и ее сподвижники хотят возродить тюменскую роспись. Домик столетней давности с фрагментами этой чудом сохранившейся росписи нашли они во время экспедиции в деревню Калугину. Планируют его перевезти к себе в Насекину.
***
фото: Фаузия Марганова с разогретой выпечкой;Во дворе дома-музея гостей встречает кот;Инна Нестерова.