Шедевры на трансформаторных будках
![](https://tm-courier.ru/wp-content/uploads/2024/08/4289576.jpg)
Что заставляет художников использовать вместо холста фасады домов? Страсть к гигантомании, желание превратить весь город в свою выставку? Порой подобные мысли приходят при разглядывании муралов.
Как сказала руководитель фестиваля «Морфология улиц» Юлия Саначина, как раз в этом году возникли проблемы с площадками. «Неужели закончились все места в городе?» — нарочито удивлялась Юлия, и места с трудом, но находились. Для организаторов важно сотрудничество с городскими структурами и горожанами, потому что хочется, чтобы работа продержалась как можно дольше. Такое встречное движение, благожелательное отношение горожан — залог успеха.
Уличное искусство — это отдельная стезя, и нельзя сказать, что у него нет каких-то своих законов, своей жизни и поклонников. Можно отметить более и менее талантливые работы — все-таки не всегда уличными художниками движет желание следовать существующим общественным трендам и превратить весь город, к примеру, в тюменский ковер (хотя складывается впечатление, что многие тюменские стрит-арты сегодня направлены именно на это).
Обратимся к работам «Морфологии улиц» этого года. Проект паблик-арта уже достаточно известен в городе. В свое время к нему привлекались самые разные художники. Мне, например, очень запомнилась работа «Охлупень’22» художественного объединения «ГУЙ» из Eкатеринбурга. Они создали арт-объект совместно с междисциплинарным артистом из Гамбурга. Из глины и палок слепили рыбака, который сам отчасти является рыбой — у него рыбья голова. Он сидел на трубе у пруда в Городищенском логу. Смотрелся очень органично. Ловил рыбу он там достаточно долго, я давно не проверяла, на месте ли он. Было что-то милое в посещении этой работы — как прийти к старому другу. Помимо рыбака, там был еще охлупень (крыша с коньком на вершине), сделанный на плите, которая пересекала речушку. Задача художников была в одомашнивании технического бетонного сооружения.
Отличие нынешней «Морфологии улиц» в активном привлечении горожан. А темой этого года выступило слово «Коадаптация» (морфологическое и функциональное приспособление разных видов друг к другу в процессе эволюции). Наверно, наиболее понятно для меня тема воплотилась в работе Надежды Опалинской из Санкт-Петербурга «Попытка к коадаптации» на трансформаторной подстанции возле дома N 12 на улице Челюскинцев. Художница изобразила свои чувства и чувства людей с расстройством при взаимодействии с социумом. Вместе с ней работу создавали подопечные мастерской «Мир».
— Так случилось, что художнице совсем недавно поставили диагноз «расстройство адаптации», -рассказала рекламный менеджер проекта «Морфология улиц» и наш экскурсовод Дарья Пасичник, — так удивительно сложилось, что наш оупен-колл был на тему «Коадаптация», и она решила податься со своей идеей. Здесь вы можете увидеть множество персонажей из разных реальностей, которые как будто пытаются состыковаться вместе на одной работе. Где-то получается, где-то совсем не выходит. Это тоже про процесс подстройки друг к другу. Она перенесла личную историю в эту работу.
На подстанции изображены разноцветные люди. Дама с короткой стрижкой в ретроплатье полулежит, опершись на руку. Рядом ходят, как на дефиле, другие, у некоторых вместо лица только цветовое пятно, круг или квадрат -как часто другие такими для нас и оказываются. Люди, несмотря на то, что их много, как будто не замечают друг друга и идут сквозь толпу. Кто-то быстро идет, кто-то раскинул руки в полете — а вот человек лежит, возможно, ему не очень хорошо, но этого никто не замечает. А может, наоборот, ему лучше всех, и надо его оставить в покое? Чем хороши такие работы — трактовки могут быть многочисленными.
Возле дома N 5 на улице Водников, опять на трансформаторной подстанции (как бы без них жили уличные художники?), Beat.C из Москвы создал вместе с горожанами мозаичное полотно «Общежитие». Мы приходим в тот момент, когда волонтеры закрепляют мозаику на стене. На этой мозаике изображены утрированные цветочки с глазами и ногами. Eсли вы видели работы Вовы Перкина — яркие, с фантазийными немного мультяшными персонажами, возможно, вам эта мозаика напомнит о нем. Ирина Никитина, одна из журналистов, присутствовавших на пресс-туре, задумчиво спросила: «Что же все-таки это за персонажи… Моя фантазия меня подводит, цветок-змея, например?» Дарья Пасичник с комсомольским задором ответила: «Цветочки, лягушки, жабы. Все персонажи в стилистике самого художника». «Он по земноводным», -меланхолично определила Ирина.
Я уточняю у волонтера Александра, который занят приклеиванием мозаики, не кажется ли ему, что его труд используют.
— Наоборот. Я думал, что буду помогать, а тут помощи не очень много надо, — ответил он. — Я не только здесь пытался волонтерить, везде, где нужна была помощь, приходил что-то поделать. Это не так тяжело, как я думал. Я закончил «керамику», чуть поработал в керамической мастерской, но что-то не очень пошло. Уличное искусство интереснее именно с той позиции, что мне самому не надо ни к чему руки прикладывать, только помощь.
Пожалуй, главный смысл паблик-арта для меня — взглянуть по-другому на привычное. После экскурсии, устроенной для журналистов по объектам «Морфологии улиц», я стала присматриваться к зданиям — и вдруг увидела арт-объект просто в стене с дырочкой. И да, кстати, надо навестить рыбака в логу, если он еще на месте. Любопытно, что его даже можно найти через 2ГИС. То есть вот тебе железнодорожный вокзал — и вот созданный художниками рыбак из глины, все мы сосуществуем вместе.
Но где же будут рисовать художники, если действительно закончатся все площадки в городе? Да, похоже, единственное пространство, где место не закончится никогда, это ваш мозг и воображение.
ФОТО АВТОРА
***
фото: Роспись на трансформаторной подстанции «Попытка к коадаптации».