«Не надо рая, дайте родину мою»
…В 1986 году на конференцию к 400-летию Тюмени приехала Диляра Тумашева, профессор татарского языка Казанского университета. И профессор ТюмГУ Николай Фролов представил ей свою дипломницу. Поговорив с девушкой — ее звали Ханиса, — Диляра Гарифовна воскликнула: «Где же ты была до сих пор? Я бы тебя доктором наук сделала!»
Ну, теперь Ханиса Алишина — доктор филологических наук, профессор ТюмГУ, один из главных специалистов по языку сибирских татар. По ее инициативе в университете началось преподавание татарского языка, возникло татарское отделение, позже центр тюркологии.
Ханиса Чавдатовна коренная тюменка, а род ее из деревни Чечкино Ярковского района. «Оба моих деда — Айтбаев Ахметсабир, Юмашев Сайфутдин — учились в медресе при Чечкинской мечети и были учениками муллы Хафиза. Чечкино славилось тем, что местный мулла Имашев Хафиз был дипломированным служителем ислама, окончил в Казани медресе «Мухаммадия», что приравнивалось к высшему образованию, — рассказывает Ханиса Чавдатовна. — Мой дедушка Ахметсабир прочно усвоил азы религии, ни разу в жизни не пропустил пятикратный намаз».
Дед следил за правильным ходом настенных часов с боем, сам заводил «золотым» ключиком, чтоб не было ошибки в графике пятикратных молитв, сам носил карманные часы на серебряной цепочке. Направляясь в аптеку за глазными каплями, он шел по городу не спеша, высокий, сухощавый, с благородной бородкой и высоко поднятой головой в черной тюбетейке, опираясь на легкую алюминиевую тросточку. Он требовал от внуков дома говорить на татарском языке. «На улице говорите по-русски», — добавлял он. У него и у нас не было пренебрежения ни к одной нации, ни к одной религии. Это была естественная толерантность.
Когда Ханиса пошла в пятый класс, семье пришлось переехать в деревню. Поскольку школа в деревне была только татарская, Ханису и брата-второклассника отдали в Староалександровскую школу-интернат. «Братика в интернате хватило ненадолго, — продолжает рассказ Ханиса Чавдатовна. — Крепился, но не выдержал разлуки с мамой, сказал, что она ему снится, скучает, пришлось перевести в Чечкинскую школу. А я осталась… Через три года я вернулась в город, но за это время укрепила навык разговорной татарской речи, более того, научилась понимать коми-зырянский язык».
Позже она поступила в университет. Чтобы объяснить тот или иной топоним, приходилось проштудировать тонны литературы на русском и татарском языках, искать документы в архивах. Вооружившись теорией, идти в народ, добывать информацию в полевых условиях. Сибирь — единственное место в мире, где могут сохраниться и развиваться сибирские татары, их язык и культура.
— Вы ездили в экспедиции собирать говоры сибирских татар, как они проходили?
— Изучение лексики шло по специальному вопроснику. Трудностей не было, потому что я сама носитель языка, мне была важна точная фиксация особенностей говора, я отбирала слова с фонетическими и словообразовательными вариантами, характеризующие междиалектные и внутридиалектные расхождения. Наш региональный язык характеризуется большим числом говоров, территориальной протяженностью диалектов, функционирующих в семи областях (Свердловская, Тюменская, Курганская, Омская, Новосибирская, Томская, Кемеровская). У нас существует множество разных слов и фонетических вариантов, обладающих одинаковым значением. К примеру, термин родства «бабушка» имеет 15 словоформ. Это очень пестрый в диалектном отношении язык.
— Eсть ли топоним, за которым стоит особенно красивая или неожиданная история? Место, которое особенно вам дорого или памятно?
— Легенда о красавице Мактым сылу, которую впервые удалось записать нам: «Никто не знает, из каких краев прибыла Мактым, возглавлявшая войско в сражении с неверными и попавшая в плен к Тайшему. У них родилось двое детей, но Мактым не могла смириться, что живет с врагом рода, все время думала о побеге. Однажды ей удалось бежать. Тайшем бросился в погоню. Мактым зашла в домик, замесила тесто на грудном молоке, испекла ритуальную лепешку «пэтер» и велела ею накормить Тайшема, а сама побежала к реке Тобол. Тайшем с другого берега просит жену вернуться, на что та велит доставить детей. Когда их доставили, Мактым сказала: «Брось детей в воду, тогда вернусь к тебе!» Детей бросили в воду. Мактым крикнула: «Я не могу вернуться. Родных детей ты бросил в реку, меня тоже не пожалеешь». И спросила: «Ты съел пэтер?» «Да». «Значит, та-лак. Мы в разводе». Тайшем, услышав эти слова, выстрелил ей в ногу. Мактым вернулась в родную деревню Мактым в окрестностях деревни Нусук. Там и сейчас есть круглое озерцо с невысыхающим дном — слезами Мактым. Могила Мактым, говорят, на высокой горе. Люди иногда видят: возле кургана пасутся кони. Подойдут ближе — кони исчезают».
— Вы изучали 244 названия татарских поселений, из которых сохранились не все. Какое исчезнувшее название вам особенно жаль?
— В Бабасанской волости было восемь населенных пунктов. В густом сосновом бору на берегу реки, где стояла большая деревня с сотнями домов, сохранилась одинокая могила с высоким ограждением. Здесь, по мнению старожилов, похоронен один из миссионеров ислама, Баба Хасан. Деревня и волость были названы его именем — Баба[ха]сан[ы], считают информанты. На берегу Тобола, недалеко от кладбища и астаны, сохранился древний некрополь Сыбыр. На самом деле, Бабасан — антропоним монгольского (бурятского) происхождения.
— В серии книг «Жизнь замечательных людей» вы описали много судеб сибирских татар. С кого началась эта работа? Кто из героев оказался для вас самым неожиданным?
— Первая книга серии в 2010 году была посвящена 85-летию со дня рождения Диляры Гарифовны Тумашевой — основоположника научного изучения языка сибирских татар. Я издала ее в знак благодарности своему учителю после ее кончины. Вообще-то точнее так: в 1997 году я написала книжку о Якубе Занкиеве и хотела ее назвать «Якуб Занкиев». Надежда Дементьева, редактор книги, предложила мне назвать книгу «Луноликая красавица Сузге», чтобы она притягивала внимание на книжном прилавке. Вообще-то я не думала торговать, но не смела возразить.
Некоторые книги из двадцати, к моей великой радости, оказались судьбоносными. Именами Азата Сагитова, Диляры Тумашевой названы улицы. Люция Хабибуллина в 96 лет получила звание заслуженного учителя, о чем мечтала всю жизнь. Эрнест Валеев и Юрий Конев награждены званием «Почетный гражданин Тюменской области». Шаукат Гадельша и Якуб Занкиев завоевали государственную премию имени Тукая Республики Татарстан! И главным козырем всегда были мои книги. В целом все книги служат увековечению памяти видных личностей.
— Вы говорили, что вас воспитала русская интеллигенция, но каждая ваша строка пишется во имя сибирских татар. Как эти две части вашей жизни уживаются в вас?
— Тут ларчик просто открывается. Я имею прочные знания, почетные звания, государственные награды, и использую их исключительно для решения проблем и улучшения жизни сибирских татар. Я работаю бесплатно, безвозмездно. Ко мне могут обратиться с любым вопросом, на любом языке, и я стараюсь помочь каждому, кто просит, естественно, в рамках своих компетенций и полномочий. Старейшая и уважаемая преподавательница нашей кафедры общего языкознания Мария Алексеевна Романова всегда поддерживала меня: «Ты работаешь и на русских, и на татар». Защитила я докторскую, отвела в сторонку и говорит: «Ну ты дала щелчок по носу!» Мне дороги были ее оценки, хотя я ни о чем таком не думала.
— Сегодня многие дети из татарских семей уже не говорят свободно по-татарски. Что предпринять родителям, чтоб язык сохранился в семье?
Нашим школам сейчас как воздух нужны квалифицированные учителя. Когда-то существовали курсы повышения квалификации учителей. Сейчас их нет. А жаль. Школьный материал должен постоянно совершенствоваться. И учителям полезны контакты с учеными. Eсли мы хотим добиться серьезных изменений в вопросе о статусе татарского языка, мы должны задуматься о преподавании родного языка в школах с этнокультурным компонентом. Это вопрос политической важности и его надо рассматривать на уровне областного парламента. От родителей и от семьи, а также от самого человека очень многое зависит. Я не посещала детский сад, не изучала в образовательных учреждениях уроки или курсы татарского языка, однако, это не помешало мне стать профессором татарского языка, почетным академиком Академии наук Республики Татарстан. Надо любить то, чем занимаешься. Любить и не предавать родной язык, родной народ, родную землю.
— У вас ведь, насколько я знаю, было немало предложений о переезде, почему вы остались верны Тюмени?
— Я люблю Тюмень за то, что это мой родной город. Люблю за красивое имя Темэн, за то, что здесь хорошо живется людям разных национальностей и вероисповедания. Все, кто приезжает в наш город, отмечают, что в Тюмени народ добрый. Здесь всегда объяснят, как пройти на ту и ли иную улицу. А если не поймешь, догонят и еще раз скажут… Я горжусь своим городом и его жителями.
Тюмень я оставляла несколько раз. Я жила в сельской глубинке, жила в Тобольске, где мне была подарена новая трехкомнатная квартира, жила в Казани, откуда меня не хотели отпускать, сулили квартиру в новом строящемся доме Академии наук. Я бесплатно отдала тобольскую квартиру, не польстилась на казанские хоромы, никакие блага жизни в чужих краях мне не нужны. Как писал Сергей Eсенин: «Я скажу: не надо рая, дайте родину мою».
ФОТО TATARICA.ORG
***
фото: Ханиса Алишина.;