X

Зачем ты странника узнала

С Константином Валентиновичем Артюховым, страстным любителем генеалогии, одним из основателей Санкт-Петербургского родословного общества, я познакомилась сначала заочно. Произошло это так.
«Нелегкая» журналистская судьба занесла меня в Ишим. На самом деле «заносит» меня туда довольно часто: я люблю этот городок за его уют, несуетность, за старину, сохраненную на ишимских улочках.
Здесь живут удивительные люди, «городские сумасшедшие»
— директор Литературного музея Надежда Леонидовна Проскурякова и доцент пединститута Татьяна Павловна Савченкова. Если выражаться фигурально, то, подобно багдадскому сторожу, они ходят с дубинкой в руках по улицам родного города и всеми правдами и неправдами сохраняют его историю.
Эти двое и рассказали мне — очень кратко — о человеке, чье имя волею судьбы оказалось связано с именем сибирского сказочника, автора «Конька-Горбунка» Петра Павловича Ершова.
А некоторое время спустя мне посчастливилось встретиться с Константином Валентиновичем Артюховым и узнать его историю.
ТАЙНА СТАРОГО АЛЬБОМА
Милый женский альбомчик со стихами, рисунками, посвящениями, — подобные были весьма распространены среди барышень XIX века, — достался Константину Валентиновичу в наследство от родного дяди — Николая Константиновича Ушакова. А вместе с ним — множество старинных писем, портреты-миниатюры и родословное древо, составленное отцом дяди Коли еще до революции.
Сказать, что любовь к генеалогии началась с этого наследства, было бы неверно: Константин Валентинович с детства занимался родословиями царских и королевских династий. Архив же дяди Коли пробудил у него интерес к прошлому своей семьи.
По линии матери — Екатерины Константиновны Ушаковой — Константин Валентинович, принадлежит древнему и славному роду, к которому, предположительно, принадлежал и знаменитый адмирал, — считается, что все Ушаковы произошли от одного предка.
Прапрапрадед Артюхова — Афанасий Петрович служил в Ширванском пехотном полку, прошел всю наполеоновскую кампанию, был ранен во время Бородинского сражения, но, оправившись от ран, успел повоевать еще и во Франции. Из рук императора получил орден Владимира IV степени с бантом. Без преувеличения его можно назвать героем войны 1812 года.
Сын его, Яков Афанасьевич, по молодости сильно огорчал отца. В 60-х годах XIX века он служил в Семеновском полку, но это была лишь видимая часть его жизни. Увлеченный модными в то время теориями хождения в народ, Яков Афанасьевич читал лекции рабочим в воскресных «рабочих» школах Санкт-Петербурга. Для офицера, видно, это было сравнимо с воинским преступлением. Его арестовали и, недолго думая, приговорили к смертной казни. Однако милостью своей Александр II заменил казнь каторгой и ссылкой в Сибирь.
Семья Ушаковых очень переживала. «Из переписки того времени, — рассказывает Константин Валентинович, — видно, что Афанасий Петрович не смог пережить позора и умер от огорчения».
Наказание Яков Афанасьевич отбывал в Иркутске, — сохранилась его записная книжка с заметками о сибирской ссылке. Спустя некоторое время наказание смягчили, и бывшему государственному преступнику позволили вернуться в Россию. Интересно, что много позже Яков Афанасьевич Ушаков стал членом Государственного совета, крайне правым по взглядам политиком, забывшим о своей революционной молодости.
НО УМИРАЮТ БЫЛАЯ ЛЮБОВЬ
Среди миниатюр, сохранившихся в семейном архиве, внимание привлекает портрет очень красивой девушки с тонкими, нежными чертами лица и грустным взглядом. История сохранила ее имя: на портрете изображена Анна Петровна Жилина, владелица старого альбома, прапрабабушка Константина Валентиновича Артюхова. Именно ее история стала той «нитью Ариадны», которая и привела питерского кинорежиссера в Ишим на празднование 190-летия со дня рождения автора сказки «Конек-Горбунок» П.П. Ершова.
Петр Дмитриевич Жилин, отец Анны Петровны, был не менее интересной личностью, чем Афанасий Петрович Ушаков. Вырос он в семье отчима — гражданского губернатора Тобольска Михаила Анатольевича Шишкова. В юности у него был роман с некой Марьей Александровной Павлуцкой. Окончился он ничем: барышня отказала Жилину. Молодой человек покинул Тобольск, уехал в Петербург, где и стал гусаром в Павлодарском полку. Прошел войну 1812 года, служил адъютантом у знаменитого генерала Платова и даже командовал отрядом башкир. Уйдя в отставку, женился. Семейная жизнь длилась недолго, — его жена Анна Николаевна, едва достигнув тридцати лет, умерла от чахотки и оставила на руках у Жилина четверых детей. Тогда он и вспомнил о своей тобольской любви — Марье Александровне Павлуцкой.
Здесь нужно сделать небольшое отступление. Как-то в одном из букинистических магазинов Константин Валентинович случайно купил книгу, которая называлась «Семейная хроника и воспоминания». Каково же было его удивление, когда он нашел в ней переписку М.Д. Менделеевой, матери будущего великого химика, «об отношениях П.Д.Ж. с М.А.П.», то есть Петра Дмитриевича Жилина и Марьи Александровны Павлуцкой Именно М.Д. Менделеева свела их, уговорив старую деву Павлуцкую, очень набожную и благочестивую, стать женой гусара. Петр Дмитриевич приехал в Тобольск, они поженились и прожили счастливо двадцать пять лет.
Какое отношение вся эта история имеет к Петру Павловичу Ершову? — спросите вы. Самое прямое. У Жилина было две дочери — Анна Петровна и Софья Петровна. Милые барышни, которых любил весь город. Были они близки и к семье Ершовых. А сам П.Д. Жилин был хотя и косвенно, но виновен в том, что Ершов после смерти матери остался в Тобольске, а не вернулся в Петербург. Именно Петр Дмитриевич уговорил Серафиму Александровну Лещеву, вдову, имевшую на руках четверых детей, к тому же старше Ершова на шесть лет, выйти замуж за молодого поэта, — письма, сохранившиеся с того времени, тому подтверждение. Как знать, если бы не большая семья, которую нужно было кормить, может быть, Ершов и вернулся бы в столицу.
ДУШЕВНО ПРОДАННЫЙ ТАМ…
До последнего времени были известны два стихотворения поэта, посвященные сестрам Жилиным: одно из них подарено Софье Петровне, второе написано на отъезд сестер из Тобольска. Оба опубликованы. В альбомчике Анны Петровны Жилиной, сохранившемся в семейном архиве К.В. Артюхова, найдено третье стихотворение.
«О нет, напрасны укоризны
На бедность чувств, на тягость жизни.
Безумной мыслит тот небо искушал,
Кто жизнь обрек лишь на мученье.
В себе самих мы носим утешенье.
Три перлы чудные Благой нам завещал.
Три перлы блещут светом рая,
На них небесная печать, —
Горит святая благодать
И с них течет незримо нить златая,
С землею небо сочетая.
Счастливица! В богатстве чувств своих,
В своей душе вы все найдете их.
Как часто вы в часы печали
Надеждой душу украшали.
Как часто в сладостных слезах
Вам вера ангелом являлась
И в ярких радужных цветах
На грани слез чудесно отражалась.
Придет пора—быстрей польется кровь.
Блажен, кто в сердце просияет.
И небо свыше увенчает
Святую чистую любовь».
П.Е. 30 сентября 1840 г.
Стихи Ершова сестрам Жилиным оказались пророческими. Софье Петровне он посулил долгую и счастливую жизнь. И она действительно вышла замуж за генерала Николая Ивановича Горского, командующего Сибирским корпусом, родила много детей и счастливо прожила свою жизнь.
Анна Петровна, «нервическая барышня», как называл ее Иван Иванович Пущин, декабрист, друг А.С. Пушкина, вышла замуж за обрусевшего немца Ивана Христофоровича фон Вилькен, родила двоих детей и умерла от чахотки в тридцать лет.
Кстати говоря, Пущин был неравнодушен к Анне Петровне. Был ли у них роман или просто нежные отношения, но в старом альбомчике сохранилось вот такое стихотворение, датированное 4 января 1841 года:
«Зачем ты странника узнала?
Вся жизнь его загадка для тебя.
Ты с тайн его не скинешь покрывала.
Не встретишь с ним ты радостного дня».
Между прочим, сначала предполагалось, что замуж за Николая Ивановича Горского выйдет Анна Петровна, но «он такой толстый и противный, — писал И. Пущин, — что нельзя рисковать такой девушкой». А Софью Петровну ему, видимо, было не жалко. Стоит добавить, что к самому Пущину была неравнодушна Наталья Дмитриевна Фонвизина, жена декабриста М.И. Фонвизина. Она страшно ревновала Пущина к Анне Петровне, — все это в переписке, которая хранится в архиве у К.В. Артюхова. Вот такие страсти!
Получив в наследство от бабушки имение в Ярославской губернии, сестры Жилины уехали из Тобольска. Софья Петровна впоследствии вернулась. Анна Петровна Жилина, в замужестве фон Вилькен, прожила в селе Успенское-Озерки до конца своих дней. Туда приходили письма от Ершова. К сожалению, они утрачены. Сохранилось лишь одно — от 9 июля 1845 года, в котором Петр Павлович сообщает Анне Петровне о смерти своей супруги Серафимы Александровны Лещевой. Подписано оно так: «А вы всегда в памяти душевно преданного вам П. Ершова».
ПОИСК ПРОДОЛЖАЕТСЯ
Для наших читателей остается невыясненным один вопрос: как и где пересеклись линии судеб семьи Ушаковых, с которых мы начали этот рассказ, и Жилиных?
У Анны Петровны, как я уже сказала, осталось двое детей: сын Михаил и дочь Маша. Маша, Мария Ивановна фон Вилькен, вышла замуж за бывшего государственного преступника Якова Афанасьевича Ушакова. У них родился сын — Константин Яковлевич, а у того — сын Николай, тот самый дядя Коля, и дочь Екатерина, мать Константина Валентиновича Артюхова, названного в честь деда. На нем мужская линия Ушаковых — Жилиных обрывается. Дело в том, что хотя у Софьи Петровны Жилиной было много детей, судьба их Артюхову пока неизвестна, — поиском родственников он как раз сейчас занимается. На всякий случай перечислим их: Надежда, Сергей, Анна и Константин Николаевичи Горские.
Была семья и у брата Анны Петровны Жилиной — Александра. О нем известно, что он дружил с поэтом Некрасовым. Маша фон Вилькен в юности даже бывала вместе с семьей дяди у Некрасова в Карабихе — деревне, где он жил. Маша оставила свои воспоминания об этой поездке — они тоже хранятся у Артюхова. Пишет она, к примеру, о том, как во время обеда кормили собак поэта: одна сидела за общим столом, а для другой был накрыт отдельный столик. Некрасов даже подарил Марии Ивановне свою книжку. Томик со стихами долго хранился в семье, а потом дядя Коля преподнес его в дар музею в Карабихе, где книгу благополучно потеряли.
Архив Константина Валентиновича разрастается, как и родословная, составленная первым летописцем рода -. Константином Яковлевичем Ушаковым еще в начале XX века. Я держала в руках этот исторический документ, которому скоро исполнится сто лет. Среди миниатюр, сохранившихся в архиве, портреты Натальи Дмитриевны Фонвизиной, Петра Дмитриевича Жилина, его первой жены Анны Николаевны, урожденной Степановой. Между прочим, дочь Артюхова Катя очень похожа на свою прародительницу. Эти миниатюры были в свое время спасены из имения Успенское-Озерки, где провела последние годы жизни Анна Петровна Жилина. Большие же семейные портреты погибли в огне революции и гражданской войны.
НА БРЕГУ РЕКИ ФОНТАНКИ
Ну и напоследок немного о нашем герое — Константине Валентиновиче Артюхове.
В дни нашего пребывания в Ишиме, а затем в Тобольске, пришло известие из Гатчины, где проходил Всероссийский фестиваль литературы и кино: фильм «На брегу реки Фонтанки» о жизни Гаврилы Державина, снятый Артюховым и его командой, получил «Гран-При». Фильм этот — своего рода летопись русской словесности и музея Державина, открытого в дни празднования 300-летия Санкт-Петербурга. С чего начинается рождение фильма? Как сказал Константин Валентинович, «жизнь есть цепь случайностей и предопределенностей». К примеру, фильм о Ганнибале начался с того, что режиссер… купил дачу. Но купил он ее в Суиде, под Гатчиной, где было имение Ганнибала, — там Абрам Петрович прожил вторую половину своей жизни, умер и похоронен. Но предоставлю слово самому Константину Валентиновичу:
«Поселившись по соседству с Ганнибалом, я заинтересовался пушкинской темой и стал сотрудничать с музеем А.С. Пушкина. А потом из Франции в Питер приехал африканский ученый Дьедоне Гнамманку, по-русски — Богдан. В свое время он женился на русской девушке, выучил русский язык и стал заниматься происхождением Ганнибала. Он опроверг эфиопскую версию происхождения арапа Петра Великого. В прошении к Елизавете Петровне о признании дворянского титула Ганнибал писал, что отец его был владетельным князем в африканском городе Лагоне, ему же принадлежали еще два города. Дьедонне вспомнил, что на севере Камеруна есть место под названием Лагон, где по-прежнему сохранился султанат и правит та же династия, что и во времена Ганнибала. Так потянулась ниточка из России в Камерун.
В Африку мы попали благодаря Дьедоне и нашему другу Борису Владимировичу Голицыну, который живет под Парижем. Его дочь вышла замуж за своего однокурсника, который после окончания университета стал работать в министерстве культуры Камеруна.
— Почему бы вам не снять фильм о Ганнибале? — предложил Б.В. Голицын во время одной из встреч в Париже.
— Почему бы и нет? — полушутя согласились мы. А через какое-то время пришло приглашение из правительства Камеруна… Вот такая цепь случайностей».
***
фото: Анна Петровна Жилина; Петр Дмитриевич Жилин; Константин Артюхов.

Поделиться ссылкой:

Оставить комментарий

Размер шрифта

Пунктов

Интервал

Пунктов

Кернинг

Стиль шрифта

Изображения

Цвета сайта